Евгений Ижикевич — о том, почему нейроученый должен уметь программировать

Inc.Бизнес

Как ученый из СССР создал одну из главных американских компаний в области ИИ

Мария Салтыкова, специальный корреспондент INC.

0:00 /
1370.34
Фото: Taryn Kent

В сентябре Forbes опубликовал список 50 самых перспективных американских компаний в области искусственного интеллекта. На 22 месте — Brain Corp., основанная российским эмигрантом Евгением Ижикевичем. Brain Corp. разрабатывает операционную систему BrainOS, которая использует компьютерное зрение и искусственный интеллект. Роботов на BrainOS с 2018 года использует американский Walmart. Сейчас компания выходит на рынки других стран. Евгений Ижикевич, переехавший из Москвы в США в начале 1990-х годов, рассказал Inc., где в СССР можно было узнать об искусственном интеллекте, почему нейроученый должен уметь программировать и зачем он заставляет сотрудников решать задачки на логику.

Перфоленты, нейроны и синапсы

В одном интервью вы говорили, что у вас всегда была мечта создать искусственный мозг. Откуда она взялась в советское время?

Я увлекся программированием еще в 10—11 классах. Персональных компьютеров тогда еще не было, но у нас в школе в учебно-производственном комбинате стояла «Мир-1» («Машина инженерных расчетов» — советская электронно-вычислительная машина версии 1968 года. — Inc.) с перфолентой. Я и несколько моих друзей каждый вечер приходили туда и что-то программировали. В 1984 году, когда я поступил в МГУ на факультет вычислительной математики и кибернетики (ВМК), я уже свободно программировал на трех или четырех языках.

Когда вы впервые услышали об искусственном интеллекте?

Были такие хорошие журналы, как «Наука и жизнь», «Техника молодежи»; только появившийся журнал «В мире науки» (переведенный американский Scientific American). Там были статьи про искусственный интеллект, и я понял: это то, что я хочу сделать: запрограммировать компьютер, чтобы он работал, как человек.

Во время учебы на ВМК я начал ходить по вечерам на лекции на факультете психологии МГУ, чтобы больше узнать о естественном интеллекте. Но психологи не могли объяснить, как работает мозг. Они могли, например, нарисовать на доске квадратик и сказать, что это центр оценки решения. Я спрашивал: «А что же внутри этого квадратика, как он принимает решение?» Мне говорили, что это неважно.

Через полгода на лекции по нейробиологии нам рассказали о нейронах, синапсах и анатомии мозга. Я подумал, что эта наука больше знает о работе мозга. Вместо психфака я стал ходить на факультет биологии, на кафедру нейробиологии. Он находился в 10 минутах пешком от моего факультета, так что следующие 2 года я просто пропускал некоторые лекции на ВМК и шел туда.

Тогда как раз началась перестройка. СССР постепенно разрушался, никому до нас не было дела. Я мог делать то, чего никто никогда не делал: даже сдавать экзамены сразу на двух факультетах и ездить с биологами в научные экспедиции. Через 2 года я понял, что биология тоже не знает, как работает мозг. Но к тому времени я уже влюбился в нейронауку.

В 1992 году я закончил аспирантуру МГУ, написал диссертацию. Но СССР уже совсем развалился. Я женился и понял, что не смогу продолжать делать науку в России. На следующий год я уехал в Америку, поступил в Мичиганский университет, получил PhD.

А свой первый день в Штатах помните?

Да. Знаете, есть много историй о людях, которые приехали в Америку с десятью долларами в кармане. Мне пришлось занять у друга $2 тыс. под очень большие проценты — он эту сумму тоже у кого-то занял. Когда я прилетел и опоздал на последний автобус из аэропорта в университет, я остался там ночевать. Сидел на стуле до утра, чтобы взять свои вещи и не тратиться на такси.

Фото: BrainOS

Больше зарплаты и больше свободы

Вы больше 10 лет работали в Институте нейронаук в Сан-Диего, написали как ученый две книги о моделировании мозга. Когда вы поняли, что одной науки вам недостаточно?

Я немного разочаровался в Институте, потому что осознал: понять, как работает мозг, мне здесь не удастся. Во-первых, это займет больше времени, чем я думал, а во-вторых — в нейронауке сейчас отсутствует большая идея. Современная нейронаука представляет собой примерно то же, что астрономия 300 лет назад, когда люди смотрели в телескоп и просто описывали, что видят. В ней нет единой теории: люди просто проводят эксперименты и анализируют их с разных точек зрения.

А я все-таки программист — и хотел сделать что-то практическое. Я всегда был увлечен компьютерами и использовал их, чтобы моделировать мозг. Мне пришла идея создать нейрокомпьютер. Тогда я как раз познакомился с предпринимателем Алленом Грубером, который запустил уже несколько стартапов.

Как вы с ним встретились?

Он ходил на лекции по вычислительной нейронауке в Мичиганском университете, просто для удовольствия. Меня познакомил с ним Джерри Шварц (основатель фонда для изучения нейронауки The Swartz Foundation. — Inc.). Вместе с Алленом в 2009 году мы основали Brain Corp. Деньги на запуск дала известная в США компания Qualcomm — производитель чипов и процессоров для сотовых телефонов.

Они сами нашли меня, когда решили делать нейрокомпьютер и искали, кто занимается исследованиями в этой области. Они увидели мои модели и стали их использовать, затем предложили стать их консультантом. Но я сказал, что хочу создать свою компанию. Тогда они спросили, не могут ли они в нее инвестировать.

В 2009 году — $1 млн, и еще $10 млн — в 2012 году?

Да. Первые 5 лет Brain Corp. была консалтинговой компанией и занималась научными проектами для Qualcomm. Я нанимал ученых со всего мира: почти все они имели докторские диссертации по нейронауке или по вычислительной математике и искусственному интеллекту.

По сути, мы тоже занимались научными исследованиями — только не в академическом, а в коммерческом мире, где было больше свободы — и больше зарплаты. Это было хорошо, но я понимал, что никогда не смогу создать свой Microsoft или Google, если буду продолжать заниматься консалтингом. И я решил: наш продукт — это должны быть «мозги» для роботов. Полгода мы спорили, для каких именно роботов: для людей, для компаний, для дронов или каких-то еще. Мы решили не создавать новых роботов, а найти машины, которые покупают многие компании. И это оказалось правильным.

Почему?

Я понял, что если хочу создать самую большую в мире компанию, которая делает роботов, то ни в коем случае не надо делать роботов. Так же как Microsoft. Сейчас эта компания оценивается больше чем в $1 трлн. Ее стоимость стала расти в конце 1980-х — начале 1990-х годов, потому что они сфокусировались на производстве операционной системы и дали возможность всем другим компаниям — большим и маленьким — делать свои персональные компьютеры.

Сегодня индустрия роботов выглядит так же, как индустрия персональных компьютеров до Microsoft. Больше сотни компаний делают «железо», при этом пишут для него свою собственную операционную систему. Я понял, что надо делать это за них. Грубо говоря — если проводить аналогию с животными, эти компании должны сфокусировать свои усилия на «скелете» и «мышцах» роботов, а мы дадим им «мозг» и «нервную систему».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Полнолуние Полнолуние

Родкер лежал в лунном кратере среди отработанных ракетных дюз

Наука и жизнь
Астрономы нашли гигантские магнитные пятна на маленьких горячих звездах Астрономы нашли гигантские магнитные пятна на маленьких горячих звездах

Астрономы обнаружили на поверхности горячих звезд гигантские магнитные пятна

N+1
Сколько можно спать? Сколько можно спать?

Еще несколько сотен лет назад европейцы спали дважды за сутки

Популярная механика
Жизнь в горах заставила тибетских антилоп отказаться от «взрослого» гемоглобина Жизнь в горах заставила тибетских антилоп отказаться от «взрослого» гемоглобина

Тибетские антилопы приспособились к жизни в условиях гипоксии неожиданным путем

N+1
Почему подростки ничего не хотят? Почему подростки ничего не хотят?

Почему подростки валяются целыми днями на кровати с телефоном и ничего не делают

Здоровье
Геном микроскопических водорослей указал на третью ветвь зеленых растений Геном микроскопических водорослей указал на третью ветвь зеленых растений

В группе зеленых растений обнаружили третий отдел — Prasinodermophyta

N+1
Откуда не ждали: натуральные ткани могут быть опаснее синтетических Откуда не ждали: натуральные ткани могут быть опаснее синтетических

Растительное волокно — потенциальный враг здоровья

Популярная механика
Белая горячка: как стирать белые вещи Белая горячка: как стирать белые вещи

Как выйти белым из воды — в этой подборке советов

Maxim
Маттиас Брешан (CEO Rado): «У вас должно быть столько часов, сколько вы можете себе позволить» Маттиас Брешан (CEO Rado): «У вас должно быть столько часов, сколько вы можете себе позволить»

Интервью с генеральным директором Rado – Маттиас Брешан

GQ
Принцу Филиппу - 99! Малоизвестные подробности о муже британской королевы Принцу Филиппу - 99! Малоизвестные подробности о муже британской королевы

История принца Филиппа запомнит не только как супруга Елизаветы II

Cosmopolitan
Почему ссоры с родными ранят особенно больно? Почему ссоры с родными ранят особенно больно?

Иногда именно близкие люди причиняют больше всего боли. Почему так происходит?

Psychologies
6 гурманских супов, приготовить которые сможет даже новичок 6 гурманских супов, приготовить которые сможет даже новичок

Супы тоже еда, особенно те, варить которые чуть ли не легче, чем яичницу!

Maxim
Почему меня возбуждают очкарики? Почему меня возбуждают очкарики?

Их выбор неизменно останавливается на мужчинах в очках

Psychologies
Живая смерть: что такое биологическое оружие Живая смерть: что такое биологическое оружие

Полковник медицинской службы запаса объясняет, что такое биологическое оружие

Популярная механика
Удачная идея! Удачная идея!

Семь способов быстро обновить дачный интерьер

Лиза
INSTAGRAM сделайте нам красиво! INSTAGRAM сделайте нам красиво!

Давайте учиться делать красивые фото своих шикарных блюд

Bones
Почему оппозиция не смогла ничего противопоставить «путинским поправкам» Почему оппозиция не смогла ничего противопоставить «путинским поправкам»

Почему «конституционный вопрос» не заводит противников Владимира Путина

СНОБ
Бетельгейзе, или Черное солнце Олигархов*. Опыт лженаучного анализа дел земных Бетельгейзе, или Черное солнце Олигархов*. Опыт лженаучного анализа дел земных

Шутливый астропрогноз по случаю солнечного затмения от художника Олега Кулика

СНОБ
7 советов по стилю от Стиви Уандера 7 советов по стилю от Стиви Уандера

Готовьтесь познать безумные и свободные 1970-е

GQ
16 случаев радикальных превращений 16 случаев радикальных превращений

Яркие метаморфозы этого мира

Maxim
Искусство на замке: Пиотровский, Трегулова, Лошак и Свиблова о главных музеях страны после пандемии Искусство на замке: Пиотровский, Трегулова, Лошак и Свиблова о главных музеях страны после пандемии

Смогут ли музеи компенсировать выпадающие из-за карантина доходы за счет онлайна

Forbes
Учёные нашли способ увеличить ёмкость аккумуляторов с помощью сурьмы: как это работает и есть ли альтернативы Учёные нашли способ увеличить ёмкость аккумуляторов с помощью сурьмы: как это работает и есть ли альтернативы

Группа исследователей попробовала улучшить литий-ионные аккумуляторы

VC.RU
Выключи, мне дует: как не простудиться под кондиционером Выключи, мне дует: как не простудиться под кондиционером

Подбираем комфортный режим работы кондиционера

CHIP
Любимые автомобили Пола Маккартни Любимые автомобили Пола Маккартни

Один из автомобилей Пола Маккартни даже купил Капитан Америка.

GQ
Сказочные лихие Сказочные лихие

Почему к 90-м привязался эпитет «лихие»?

Огонёк
«С утра я на подиуме, а вечером уже меняю кому-то унитаз»: Надя LERTULO, модель агентства Lumpen «С утра я на подиуме, а вечером уже меняю кому-то унитаз»: Надя LERTULO, модель агентства Lumpen

Моделью Надя стала в 37 лет, благодаря фотографии спины, сделанной на стройке

Домашний Очаг
Российские астрономы заметили потускнение блазара при излучении нейтрино Российские астрономы заметили потускнение блазара при излучении нейтрино

Оптическая переменность блазара совпала с приходом нейтрино

N+1
Как восстановиться после насилия со стороны партнера? Как восстановиться после насилия со стороны партнера?

Слишком многие женщины сталкивались с домашним насилием

Psychologies
Александр Колмановский: «Детские сады — зло, которого нужно избегать» Александр Колмановский: «Детские сады — зло, которого нужно избегать»

Что не так в детсадовской системе и опасна ли она для детской психики

Psychologies
Вооруженное отчуждение Вооруженное отчуждение

С кем чеченцы довоевывают в Европе?

Огонёк
Открыть в приложении