Фредерик Маль об искусстве, коллекционировании и кризисе нишевой парфюмерии

The RakeСтиль жизни

Парфкуратор

Фредерик Маль называет себя издателем ароматов, но также его работа близка к деятельности арт-куратора. Мы встретились, чтобы поговорить об искусстве, коллекционировании и кризисе нишевой парфюмерии

Текст Александр Рымкевич

Фредерик Маль на кухне в ньй-йоркской квартире. За спиной — литография Роберта Лонго, слева — Роя Лихтенштейна, справа вверху — детский рисунок дочери Луизы. Стол Ээро Сааринен, Knoll

Правда ли, что поначалу вы хотели стать арт-дилером?

Да, я многое делал наоборот. Несмотря на то, что мой отец закончил Гарвард, я принадлежу к не самому амбициозному поколению. Все, чем я хотел заниматься, — это некоторый симбиоз коммерции и искусства — арт-дилерство. В Нью-Йорке была школа Sotheby’s для образования экспертов, но они принимали людей, уже имевших диплом по истории искусства. Отец счел это безумием — «ты будешь банкиром, как и я!», — но все же я поступил в школу Sotheby’s, когда мне не было и 18. Я изучал одновременно коммерцию и историю искусства, много смотрел кино и научился соотносить время и стиль. В те годы я довольно много тусовался, почти каждую ночь проводил в Ice Palace, Xenon, Studio 54. В таких местах ты становишься наблюдательным. И мне нравилось анализировать стиль людей и то, как они носят тот или иной аромат. Тогда на рынке было куда меньше духов и они были более своеобразными. Так развивался мой интерес к парфюмерии. Это были очень информационно насыщенные годы для меня. Я помню, как пасынок Кристо однажды позвал нас к себе домой…

Их квартира тоже была целиком обтянута тканью, как и работы Кристо?

Не совсем, но у него было немного Кита Харинга, — мы встречали его в метро, в те годы он расписывал мелом стены в подземке. Но во всем этом было так много энергии. И даже когда ты не самый креативный человек, она возвышает тебя до определенного уровня, наполняет. Хорошее искусство — музыка, живопись, фотография — производят на меня такой эффект. Одним словом, в эти годы я что-то понял про стиль, но также про себя самого.

Мне как-то попались снимки вашей квартиры в Нью-Йорке, наполненной очень эклектичным искусством: фотографии, гравюры, абстрактная живопись, африканские маски, бронза и картины XVII века… Как все эти очень разные произведения пришли в вашу коллекцию?

Это микс всего. Большая картина в гостиной венецианского живописца эпохи Ренессанса принадлежала моему отцу. С ней я вырос — и это то, что я мечтал иметь, еще будучи ребенком. Так и сказал своему брату: ты можешь взять что угодно, но я хочу эту картину. Для меня в ней есть что-то отеческое. Остальное приобрел со временем. Фотографию Джеффа Уолла я купил в арт-галерее в Нью-Йорке. Мне всегда нравились работы Жана Дюбюффе. Мне кажется, он становился лучше и лучше и под конец звучал, как симфония. У меня есть пара работ его последних лет. 

Я начал коллекционировать искусство, будучи еще совсем юным, когда денег не было. Тогда я покупал гравюры и платил за них в рассрочку. Когда дела наладились, я стал позволять себе вещи, которые действительно хотел. Но всегда существует искусство, которым я хочу обладать, но оно слишком дорого для меня. Пожалуй, это самое печальное в коллекционировании. 

Мое мнение таково, что хорошего качества работа не потеряет свою силу со временем. И есть смысл в том, чтобы объединять вместе такие сильные произведения. Правда, идея того, что они все должны быть в одном стиле, мне совершенно не близка. Я не поступаю так с ароматами, которые выпускаю, и с искусством, которое находится в моей коллекции.

Я всегда искал качество в людях — неважно, кто они, каков их статус или возраст. То же самое с искусством: если я нахожу что-то, что мне нравится в молодом художнике, я куплю его работу. Единственное, что приводит меня в замешательство, так это истерия вокруг современного искусства. Когда мои родители собирали свою коллекцию, не существовало понятия «современное искусство», было послевоенное искусство, поскольку ощущение войны еще никуда не ушло. Идея современного искусства появилась в 70-е, и мне она не слишком нравится. Многие нынешние коллекционеры попросту не знают, что было раньше, для них современное искусство является самодостаточным. 

Для меня существует хорошее и плохое искусство. Как и люди — бывают с хорошим вкусом, а бывают вовсе без вкуса. Но не существует разновидностей вкуса: вот такой, вот другой. Поэтому я не устанавливаю для себя рамок. Последняя работа, которую я купил, — XVII века, и я ею очень горжусь. До этого я купил произведение французского скульптора Жан-Люка Мулена. Но вся эта идея собирательства современного искусства — всего лишь новая буржуазность и сплошная конвенциональность в моих глазах. 

Фотография над камином — «Автопортрет SP5-88» (1988) Джона Копланса — соседствует со старинной бронзой и дизайнерской мебелью — стулья Butterfly и Wiggle, Vitra

Люди приобретают то, что им советуют арт-консультанты в качестве инвестиций, мало кто покупает по зову сердца.

Верное замечание. Я считаю, что это одна из величайших ошибок нашего времени. Идея инвестиций по-своему дика. Рассматривать в таком ключе — это все равно что вместо произведений искусства выбирать доходности. Это начало катастрофы, очень опасный путь. Я покупаю вещи, которые вызывают у меня порхание бабочек в животе. Рынок искусства стал слишком неинтересным, потому что все хотят одно и то же. Мне же представляется интересным приобрести то, что не нужно всем подряд. 

Мне кажется, это созвучно тому, что вы делаете в парфюмерии. Я сужу скорее как потребитель, но среди армии нишевых брендов ваш — один из немногих, у кого есть свой стиль и кто не поступается принципами. Остальное для меня сливается в нечто неразличимое и бесхарактерное. 

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

«Делай только то, что любишь»: почему этот подход не работает «Делай только то, что любишь»: почему этот подход не работает

Где гарантия, что у нас окажется талант к делу всей жизни

Psychologies
Нефутбольная страна: что мешает России развиваться в самом популярном спорте Нефутбольная страна: что мешает России развиваться в самом популярном спорте

«Россия — нефутбольная страна!» — заявил как-то Леонид Слуцкий

Playboy
Иду на рекорд! Иду на рекорд!

Как привить ребенку любовь к спорту

Лиза
Воры времени Воры времени

Эти люди приходят к вам и не уходят

Psychologies
Не делай так: 10 ошибок домашнего окрашивания, которые портят твои волосы Не делай так: 10 ошибок домашнего окрашивания, которые портят твои волосы

Не всегда получившийся цвет волос полностью соответствует нашим ожиданиям

Cosmopolitan
Дочка, дочка, запятая Дочка, дочка, запятая

Светлана Захарова о том, каково это — родить еще одного ребенка после сорока

Tatler
След на воде След на воде

Шлюп Ngoni постройки голландской верфи Royal Huisman

Robb Report
Ипотека для богатых. Зачем обеспеченные люди берут кредиты на жилье Ипотека для богатых. Зачем обеспеченные люди берут кредиты на жилье

Что заставляет обеспеченных людей брать ипотеку на покупку элитной квартиры

Forbes
Меланхолический брак: как преодолеть скуку? Меланхолический брак: как преодолеть скуку?

Как спасти отношения, в которых партнеры не чувствуют себя живыми?

Psychologies
Эпигенетика: мутации без изменения ДНК Эпигенетика: мутации без изменения ДНК

«Генетика предполагает, а эпигенетика располагает»

Популярная механика
Без шума и ярости. О премьере «Трех сестер» в постановке Константина Богомолова Без шума и ярости. О премьере «Трех сестер» в постановке Константина Богомолова

МХТ им. А. Чехова выпустил долгожданную премьеру «Трех сестер»

СНОБ
Субмарина-истребитель проекта 705 Субмарина-истребитель проекта 705

Чем же на самом деле был проект 705

Популярная механика
3 любви Михаила Пореченкова: тайна первых отношений и счастливый служебный роман 3 любви Михаила Пореченкова: тайна первых отношений и счастливый служебный роман

По-настоящему тронуть сердце Михаила Пореченкова удалось лишь трем женщинам

Cosmopolitan
«Делайте то, чего никогда не делали раньше»: премия «Инновация» глазами «Сноба» «Делайте то, чего никогда не делали раньше»: премия «Инновация» глазами «Сноба»

Как премия за вклад в искусство обернулась иммерсивным спектаклем

СНОБ
Личный опыт: как за полгода из домохозяйки с целлюлитом превратиться в фитоняшку Личный опыт: как за полгода из домохозяйки с целлюлитом превратиться в фитоняшку

История нашей читательницы Натальи Кузьмич

Cosmopolitan
Разбойники на службе государства Разбойники на службе государства

Громкими титулами за преступления был обласкан не только Фрэнсис Дрейк

Дилетант
Главные вечеринки ПМЭФ 25 мая: фильм о Собчаке, праздник Прохорова и ужин Гергиева Главные вечеринки ПМЭФ 25 мая: фильм о Собчаке, праздник Прохорова и ужин Гергиева

Главные неофициальные события второго дня форума ПМЭФ

Forbes
Объект 279: самый необычный танк, похожий на НЛО Объект 279: самый необычный танк, похожий на НЛО

Боевые машины с нестандартной формой корпуса

Популярная механика
Худи-бедно Худи-бедно

Поколение детей, которые приходят в «Детский мир», чтобы ничего там не купить

Esquire
Иран: поколение санкций Иран: поколение санкций

Иран: поколение санкций очевидно, России еще долго жить под санкциями

Огонёк
Владимир Гуриев — о русской классике и книгах, перед которыми невозможно устоять Владимир Гуриев — о русской классике и книгах, перед которыми невозможно устоять

Владимир Гуриев рассказывает о страшных литературных впечатлениях детства

Esquire
Ради тишины и чистоты: электрические контейнеровозы Ради тишины и чистоты: электрические контейнеровозы

Маленькая революция по переводу морских судов с дизельной на электрическую тягу

Популярная механика
Истории призраков, или Как создать один из лучших хорроров последних лет Истории призраков, или Как создать один из лучших хорроров последних лет

Как театральная постановка «Истории призраков» стала пробирающим хоррором

Playboy
Самые жуткие травмы в истории спорта Самые жуткие травмы в истории спорта

Шесть случаев, узнав о которых, ты ограничишь свою физнагрузку игрой FIFA 17

Maxim
В августе на дизайн-заводе «Флакон» пройдет недельный фестиваль Summer Sound В августе на дизайн-заводе «Флакон» пройдет недельный фестиваль Summer Sound

Cерия концертов под открытым небом с 6 по 12 августа на дизайн-заводе «Флакон»

Cosmopolitan
Юлия Ромашина. Судьба Юлия Ромашина. Судьба

Беседа со вдовой Анатолия Ромашина

Караван историй
Мохнатые, зимние, свои Мохнатые, зимние, свои

«Огонек» соприкоснулся с тайнами шмелеводства

Огонёк
На берег крутой На берег крутой

Байк Indian Roadmaster покоряет дикий шотландский маршрут North Coast 500

Robb Report
Топ-8 хитов для караоке к Чемпионату мира по футболу Топ-8 хитов для караоке к Чемпионату мира по футболу

Рейтинг хитов, которые можно исполнить в караоке в месяц ЧМ2018

Cosmopolitan
Как эффективно разогнать мозг: советы невролога Как эффективно разогнать мозг: советы невролога

У нас такой же мозг, как у людей, которые придумали теорию струн и баночное пиво

Maxim
Открыть в приложении