Ни один литератор в России не пережил столь головокружительных переоценок

ДилетантКультура

Александр Грин

Портретная галерея Дмитрия Быкова

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БЫКОВЫМ ДМИТРИЕМ ЛЬВОВИЧЕМ

1.

Кажется, ни один литератор в России не пережил столь головокружительных переоценок, прижизненных и в особенности посмертных. Встреченный снисходительно и даже пренебрежительно, как всегда встречают в России мастеров увлекательной прозы, он заработал ярлык беллетриста — словно в том, чтобы создавать бель летр, есть что-то постыдное. К середине десятых он уже щедро издавался, и в нём начинали видеть символиста, а не фантаста, — на чём он сам и настаивал; семнадцатый год обнулил репутации, одни уехали, другие стали приспосабливаться к социальному реализму. Грин уцепился за островок утопии — на нём можно было спастись; для настоящего революционного утописта он был, пожалуй, слишком асоциален и надеялся не на классовую борьбу, а на добрую волю и солидарность, — но паруса были всё-таки алые, революционные, и во времена революционной романтики он некоторое время сходил за своего (плюс эсеровское прошлое, отсидки, ссылки, побеги — даром что подпольщиком он был неумелым и с политикой скоро порвал). Потом настал НЭП, когда возродились частные издательства, ослабла цензура и стало можно издавать читабельное, а не только идейное; тогда в России поднялся вал переводной приключенческой литературы, печатали много западной фантастики — в том числе близких Грину Перуца и Майринка, — и на этой волне интереса к интересному он опубликовал довольно много. У него даже впервые в жизни завелись деньги. Последние его годы были омрачены почти полной литературной изоляцией, умирал он в нищете («без табаку и чаю» — последняя приписка его рукой, письмо с обычной просьбой об авансе писала жена, под диктовку). К концу тридцатых его перестали упоминать вовсе: Андрей Платонов, например, написал о нём замечательную статью, но после смерти в 1932 году Грин был полузабыт, а со второй половины сороковых и запрещён как буржуазный космополит. С начала оттепели его немногочисленные друзья и ученики — в первую очередь Паустовский, находившийся под его сильнейшим влиянием и представляющий как бы разбавленного, освежённого Грина, — стали о нём писать и проталкивать его переиздания; реабилитирована была и его вдова Нина Николаевна, оставшаяся в Старом Крыму в немецкой оккупации и безосновательно обвинённая в коллаборационизме. Когда началась романтика шестидесятых, «Алые паруса» экранизировали и вообще захватали, и о Грине стали писать как об одиноком мечтателе, вечном подростке, скитальце, преобразователе скучной реальности в литературный праздник. Подлинное понимание Грина как современника и единомышленника Кафки и Акутагавы, предшественника Булгакова (об этом хорошо написал Владимир Березин), как одного из крупнейших прозаиков Серебряного века (об этом писала автор диссертации о Грине Елена Иваницкая) — начало проступать в конце семидесятых, в восьмидесятые. Его глубоко интерпретировала и неустанно популяризировала — именно как символиста, а не как пионерского романтика, — Новелла Матвеева, автор жестокой гротескной пьесы по «Алым парусам» — «Предсказание Эгля», которое поставили в ТЮЗе и поспешили снять именно за подчёркнутую ярость в изображении толпы и травли. Каперна узнала себя и обиделась.

В девяностые было не до Грина, но его, по крайней мере, много издавали — увлекательности его прозы не оспаривали и те, кто отказывал ему в глубине и попрекал неоромантическими штампами. Штука в том, что Грин не был неоромантиком, продолжателем Стивенсона и Киплинга; его называют иногда ницшеанцем, — но он постницшеанец и постромантик, потому что формировался не в девяностые, а в десятые, в эпоху депрессии, реакции и разочарования.

Точней всего будет обозначить литературное направление Грина как неоготику. Неоромантизм, как и положено всем романтизмам, сосредоточен на покорителе пространств, завоевателе племён, конкистадоре в панцире железном. У Грина тоже есть такие герои — в романах послабей, вроде «Золотой цепи». Грей, например, совсем другой, Грей скорее беглец из мира, чем боец, навязывающий ему свою волю. Он не боится человечества, скорее брезгует. Герои Киплинга, Стивенсона, да и Моэма в его колониальном или шпионском циклах, наводят в мире порядок, они — носители абсолютных ценностей. Неоготика на месте этих ценностей видит клубящийся ядовитый туман: мир Грина, Конрада, Перуца — прежде всего тревожен, повествователь ненадёжен, мораль не выводится. И вот любопытная особенность этого жанрового скачка: в мире неоромантики всякая мистика проблематична, у неё, как правило, оказываются вполне рациональные объяснения. Это реакция на викторианство с его туманами и нераскрываемыми преступлениями, с его Потрошителями и тёмными глубинами подсознания. Шерлок Холмс поднял над миром факел знания, а всякая мистика ему, так сказать, классово ненавистна: мир неоромантизма — мир ответственности. Даже у Стивенсона, наиболее склонного к фантастике и сказке, в самой мистической и знаменитой из его историй — «Доктора Джекила и мистера Хайда» — в основе чуда лежит научное открытие, снадобье, раскрепощающее в человеке зверя. Герой следующего поколения понимает, что он собой-то не владеет, — где ему покорять человечество; неоромантики шли устанавливать в мире свои правила — мастера неоготики бегут от цивилизации, которая упёрлась в неразрешимый тупик. Герой Конрада — торговец слоновой костью Курц, которого Коппола сделал безумным полковником, — перед смертью стонет: «Ужас! Ужас!» — почти как Мопассан с его предсмертным «Тьма! О тьма!» Герой неоготики не пытается распространить на человечество свои внутренние законы — их нет; он одиночка, мизантроп, ипохондрик, и чудесные, таинственные уголки земли нужны ему, чтобы спрятаться там. Мистика окружает его на каждом шагу. Неоромантики делали внятные, понятные места из туманного Лондона или непроходимых джунглей (как Маугли, озаривший сумрак дикого леса Красным цветком). Неоготика, напротив, всему возвращает таинственность, делает волшебный город из глухой провинции, строит утопию в пустыне, обнаруживает чудесное в русском кабаке. Она пытается разобраться в мире, в котором только что орудовали романтики: они подняли бунт против Бога, объявили его мёртвыми устаревшим — только для того, чтобы на его место поставить своих жестоких и более примитивных божеств, а то и просто встать на его место. Ницшеанцембыл Горький. Грин был ему благодарен за спасение в голодном Петрограде, но во всём противоположен ему: Горький сделал из своей биографии главный свой материал, построил прозу на материале скептических наблюдений и отвратительных воспоминаний; Грин сделал всё возможное, чтобы сбежать от своего опыта, выстроить альтернативу ему, — и все, кому отвратительна память, найдут в нём верного поводыря. Реализм питается реальностью, романтизм её преобразует — готика её с презрением отталкивает.

2.

Наглядней всего эта разница у Грина в «Блистающем мире», романе неровном, незрелом — и всё же исключительном по глубине.

Герой его, Друд (думаю, не без влияния самого таинственного романа Диккенса), обладает чудесной способностью летать. Но это не просто полёт без всяких приспособлений — Друд своими полётами вызывает у людей мистический ужас, как если бы у них на глазах рушилось мироздание. Романтический герой использовал бы эту способность для покорения мира. Друд же, когда роковая красавица Руна Бегуэм предлагает ему совместно покорить человечество, в панике бежит от этого предложения. Ему нужно другое — фантастические полёты под звон хрустальных колокольчиков; ему нужна не романтическая Руна, а довольно скучная Тави. (Роман во многом ученический, хотя оставалось Грину всего десять лет работы; за эти десять лет он научился писать нескучных красавиц, хотя положительные героини у него всё равно розоваты.) В конце концов Друд исчезает (а не гибнет, как хотелось бы думать Руне и некоторым читателям): это и есть неоготика. Романтик победил бы или погиб.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Норманны vs славяне. 300-летняя война Норманны vs славяне. 300-летняя война

Кого призвали старейшины: братьев-славян или братьев-варягов?

Дилетант
Как научиться принимать комплименты Как научиться принимать комплименты

Почему бывает трудно принимать комплименты и как с этим справиться

Inc.
«Я же по милосердию Божьему остался невредим…» «Я же по милосердию Божьему остался невредим…»

Письмо Александра II дочери

Дилетант
Золотые гривы Золотые гривы

Как в Ивашкове появилось ранчо с золотогривыми лошадьми

Отдых в России
Стрельцы: преступление и наказание Стрельцы: преступление и наказание

Стрелецкий бунт 1698 года: «усердие в усмирении» достигало высот заоблачных

Дилетант
«Двойка» за хорошее поведение «Двойка» за хорошее поведение

BMW M2 Gran Coupe: баварское купе, которое на самом деле седан

Автопилот
«Цезарь идёт!» «Цезарь идёт!»

«Alea iacta est» — то ли сказал, то ли не сказал Цезарь, когда переходил Рубикон

Дилетант
Очень странные дела Очень странные дела

Какие бьюти-тренды из соцсетей искренне настораживают косметологов

Лиза
Представление пленного царя Василия Шуйского Сенату и Сигизмунду III в Варшаве в 1611 году Представление пленного царя Василия Шуйского Сенату и Сигизмунду III в Варшаве в 1611 году

Символизм картины живописца Яна Матейко

Дилетант
Лидеры немного замедлились Лидеры немного замедлились

Топ-25 игроков увеличили выпуск комбикормов на 2,8%

Агроинвестор
Почему пароход был «философским»? Почему пароход был «философским»?

Почему пароход был философским и что собой вообще представляла русская философия

Дилетант
Прививка от аллергии АСИТ — как она работает? Прививка от аллергии АСИТ — как она работает?

Вместо того чтобы смягчать симптомы аллергии, можно устранить причину

СНОБ
Книжная Маргарита Книжная Маргарита

Александр Дюма — мастер жонглирования событиями прошлых лет

Дилетант
8 вещей, которые нашатырный спирт сделает идеально чистыми 8 вещей, которые нашатырный спирт сделает идеально чистыми

Аммиак — один из самых мощных и недорогих бытовых очистителей

VOICE
Если все тряпки закончились: 5 предметов домашнего обихода, которыми можно вытирать пыль Если все тряпки закончились: 5 предметов домашнего обихода, которыми можно вытирать пыль

Чем, кроме тряпки, можно эффективно удалить пыль с любой поверхности

ТехИнсайдер
В Госдуму внесли законопроект о запрете выгула опасных собак пьяными людьми и детьми В Госдуму внесли законопроект о запрете выгула опасных собак пьяными людьми и детьми

Госдума хочет внести изменения в нормы об ответственном обращении с животными

Forbes
Угольщикам недогрузили триллионы Угольщикам недогрузили триллионы

Минэнерго оценило потери российской угольной отрасли в 2 трлн руб

Ведомости
Город нереализованных генпланов Город нереализованных генпланов

Нижний Новгород — лоскутное одеяло из обрывков больших проектов

Weekend
Как сохранить близость с детьми, даже когда они становятся взрослыми Как сохранить близость с детьми, даже когда они становятся взрослыми

Если вы хотите, чтобы ваши дети всегда доверяли вам, следуйте этим советам

Inc.
Кто же все-таки виноват Кто же все-таки виноват

«Переходный возраст» — сериал, который только вышел и уже самый обсуждаемый

Weekend
Система Юпитера: Ганимед и Каллисто Система Юпитера: Ганимед и Каллисто

Что делает Ганимед и Каллисто очень интересными космическими телами?

Наука и техника
ВЭБ определил стратегию ВЭБ определил стратегию

Группа ВЭБ ориентируется на нацпроекты

Эксперт
Исследователи обнаружили, что черные дыры могут помочь в процветании жизни, а не положить ей конец Исследователи обнаружили, что черные дыры могут помочь в процветании жизни, а не положить ей конец

Черные дыры могут быть не такими губительными для жизни, как предполагалось

Inc.
Рукопожатие крепкое Рукопожатие крепкое

Как развивается рынок высокотехнологичных протезов

Эксперт
«Галилея археологов» «Галилея археологов»

Археологи давно борются с искушением перекопать поглубже всю Святую Землю

Знание – сила
Неуместные следы и водоплавающий единорог: злоключения Карла Бау Неуместные следы и водоплавающий единорог: злоключения Карла Бау

«Научный» креационизм. Мифы и предубеждения

Наука и техника
Беззубый театр. Беседа на спорные темы Беззубый театр. Беседа на спорные темы

Продолжение статьи худрука Марка Розовского о современном театре

Знание – сила
«Это ведь не считается!»: 3 неочевидных признака эмоциональной неверности, которые опасно игнорировать «Это ведь не считается!»: 3 неочевидных признака эмоциональной неверности, которые опасно игнорировать

Как понять, что вы вот-вот измените, пусть и не в стандартном понимании?

Psychologies
Монеты в восточной пыли Монеты в восточной пыли

Важным источником наших знаний об античной истории являются монеты

Знание – сила
Сарацинка, воительница, христианка Сарацинка, воительница, христианка

В эпоху джахилийи у разных племен бедуинов положение женщин различалось

Знание – сила
Открыть в приложении