Искусственное воображаемое
«Второй акт»: Кантен Дюпьё вооружается ИИ
![](https://cs.kiozk.ru/content/ms6/wb1/thq/8hxnb7nci7wizrmrrtzuo15/art/98975/n4em6sv9.jpg?v=1&temp_url_sig=DthA4aBjz85lErjuRblbqw&temp_url_expires=1725840034)
В российский прокат выходит «Второй акт» Кантена Дюпьё. Французскому абсурдисту удалось снять свою «Матрицу» — на коленке и без единого спецэффекта, не считая накладных усов.
Сюжет нового двухчасового скетча Кантена Дюпьё пересказать не так-то просто. Лучше всего с этим делом справляется сам режиссер в остроумном трейлере. Итак, вкратце: «Второй акт» — это история импозантного сердцееда Давида (Луи Гаррель) в дурацкой кожанке из секонд-хенда. Или нет — это история великого актера (Венсан Линдон), который играет заботливого отца, которому предстоит познакомиться с бойфрендом дочери. Или нет, это история Вилли, настоящая трагедия парня с северным акцентом (Рафаэль Кенар), потерявшего себя. Хотя нет, это женская история, главной героиней которой является она (Леа Сейду) — подруга и дочь, преступно отодвинутая на второй план тремя мужиками. А может, это история о невидимой миру драме актера-эпизодника (Манюэль Гийо), подло обобранного продюсерами?
Все эти версии одинаково легитимны и в равной мере не являются исчерпывающими, поскольку главная тема «Второго акта» — вечный идефикс Дюпьё о размытии границ между реальным и сыгранным, воображаемым. Плюс смутные размышления о философии актерский игры и кино вообще, а также об онтологии феномена кинозвезды (в одном из его фильмов — «Шина» — эта роль была отведена обычной старой покрышке). А поскольку мы живем в мире побеждающего ИИ, то к этому золотому набору добавляются шутки про возмутительную виртуализацию и симулякризацию мира, данного нам в ощущениях. Возможно, именно по причине столь глубокого и многослойного содержания эту очаровательную безделушку сделали фильмом открытия Каннского фестиваля — но если не морочить себе голову сложными материями, «Второй акт» покажется форменным издевательством над двумя базовыми конструкциями всякого порядочного авторского кино. Первая из них — долгий, многозначительный проход героев, снятый с тележки (привет,