Юлия Цветкова — как судебное дело повлияло на её жизнь?

ForbesРепортаж

Признанная иноагентом Юлия Цветкова: «Воплощаю все, что не любит государство»

Юлия Варшавская

Юлия Цветкова (Фото из архива Анны Ходыревой)

22 ноября суд утвердил оправдательный приговор художнице Юлии Цветковой (внесена Минюстом в реестр СМИ-иноагентов) по делу о «распространении порнографии» за бодипозитивные рисунки женского тела в соцсетях. Уголовный процесс длился три года и вызвал большой общественный резонанс. Сразу после решения суда Цветкова покинула Россию. В интервью главному редактору Forbes Woman Юле Варшавской художница рассказала, почему была вынуждена уехать, как это дело повлияло на ее жизнь и работу и что она планирует делать дальше.

Юлия Цветкова — художница, режиссер, активистка. В 2018 году она вместе с матерью Анной Ходыревой организовала в своем родном Комсомольске-на-Амуре театральную студию для подростков «Мерак», где ставила спектакли на социальные темы. Например, постановка «Благослови господа и амуницию его» критиковала культуру агрессии, спектакль «Голубые и розовые» был посвящен гендерным стереотипам. Кроме того, Цветкова вела в «ВКонтакте» паблик «Монологи вагины», где публиковала стилизованные изображения женского тела — чтобы снять табу с женской физиологии.

В феврале 2019 года началось давление на театр — несовершеннолетних актеров даже допрашивали сотрудники полиции. В ноябре Цветковой предъявили обвинение в незаконном изготовлении и обороте порнографических материалов, несмотря на то что опубликованные ею рисунки не содержали сексуализированных образов.

До марта 2020 года Цветкова находилась под домашним арестом. Только через год дело передали в суд; вскоре после этого в дело вошел адвокат Александр Пиховкин. Художницу дважды признали виновной в «пропаганде нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних» и приговорили к штрафам в 50 000 и 75 000 рублей. В июне 2022 года Цветкову включили в реестр СМИ-иноагентов. В июле она была оправдана по делу о порнографии. Прокуратура обжаловала оправдательный приговор, но 22 ноября Хабаровский краевой суд утвердил его. Тогда же стало известно, что Юлия Цветкова и Анна Ходырева покинули Россию.

— Я не знаю, можно ли поздравлять человека с окончанием уголовного процесса, но если это уместно, то я вас поздравляю — мы следили за ходом вашего дела, писали о нем и очень рады, что все, кажется, закончилось. Можно же теперь сказать, что все закончилось?

— Вообще нет, но это разные уровни цинизма. То есть мой защитник не может так сказать, а вы, я думаю, можете.

— А в чем разница между нашей оценкой и вашей? В какой плоскости она лежит?

— Это все, к большому сожалению, не кино, когда суд закончился победой — и все ушли в закат. Во-первых, на меня есть еще ряд дел, у нас продолжаются тяжбы. Кроме того, мы будем пробовать получить компенсацию, а это отдельный судебный процесс. А еще уже без малого два года длится административное дело по блокировке группы в «ВК», и сейчас мы идем в кассацию, и это отдельный долгий бюрократический ад. Новые дела, которые могут возникнуть, иноагентство, которое на мне висит… Эта штука — она не заканчивается. Кто не судился в России, имеет счастье не знать, что система тебя быстро не отпускает и в общем-то не отпустит, скорее всего, пока она сама существует.

И пока нас все поздравляли и радовались, мы с защитником, как только услышали новости, пошли обсуждать, может ли обвинение обжаловать решение суда и что это принесет. То есть у нас мысли не про хорошее, а про то, могут ли они продолжить. А они могут.

— Насколько на ваши планы влияет решение России не исполнять решения ЕСПЧ (Европейский суд по правам человека)? Планировали ли вы в него обращаться?

— Я не метила в ЕСПЧ, скажем так. Мы сошлись с адвокатом в позиции, что если тебя уже посадили, то, честно говоря, ЕСПЧ — это мертвому припарка. Если смотреть цинично, то, возможно, через много-много лет человек получит какую-то денежную компенсацию. А может, и не получит. Так что для нас было важно биться здесь и сейчас. Через мой кейс прошло 10 адвокатов, и я знаю про дела, которые, уж извините, просто просирают во всех российских инстанциях, причем сознательно, только ради того, чтобы пойти в ЕСПЧ. И это ужасно, это ломает жизни, потому что это в том числе уголовные дела.

Конечно, ЕСПЧ хорош в том смысле, что тяжело быть верблюдом, и когда есть возможность доказать, что ты не верблюд, — это приятно. Именно на уровне ощущения своей победы — это доказательство, что ты не сошел с ума, и нет, так не должно быть, людей не должны пытать, людей не должны судить за пропаганду и так далее. Но это я могу и сама себе сказать.

Юлия Цветкова (Фото wearejulia·Telegram)

— Вы будете что-то делать со своим иноагентством? И насколько сейчас этот статус, уже на новом этапе жизни, когда вы можете полноценно вернуться к работе, вам мешает?

— Иноагентство было большой бомбой замедленного действия на тот момент, пока я была под уголовным делом. Очень мало, кто просекает эту фишку, но в России, насколько я знаю, всего три или четыре человека, которые являются и иноагентами, и уголовниками. А это очень опасно, потому что ты находишься у них [органов власти] в доступе.

Но сейчас я не в России, поэтому всю историю иноагентства можно частично похоронить. И, с одной стороны, понятно, что Минюст до меня ручками не доберется, если я не соблюдаю иноагентсткий закон. Например, мало кто задумывается о том, что если на человека заведено уголовное или административное дело по несоблюдению этого закона, то человек лишается возможности отказаться от российского гражданства. Понятно, что не все ставят перед собой такую цель, но Минюст может лишить человека такой опции в принципе.

Кроме того, по закону они публикуют мои личные данные, ИНН и так далее. А за мной бегает группа праворадикальных активистов. И если они решат что-нибудь сделать с этими данными, тогда я получу новые проблемы. В общем, система вообще не отпускает.

А еще отдельный вопрос: как вернуться к моей деятельности? Мало, кто понимает, что такое уголовное дело для художника. Сейчас, по существующему закону, если бы я не уехала, а осталась в России — даже не в моем городе, а, предположим, в Москве — и попыталась что-то сделать, я бы попала сразу под целый пакет законов, включая пропаганду. Вся моя деятельность направлена на творчество, на работу с несовершеннолетними и на просвещение, и все эти вещи я сейчас как иноагент не смогу делать. Да, можно искать какие-то лазейки, но это до такой степени поражение в правах. Если раньше иноагенты в России как-то могли работать, то сейчас у меня очень большие вопросы, насколько это вообще возможно внутри страны, учитывая, какие полномочия получили власти, какие они могут проводить обыски и проверки.

— Вы сказали, что сейчас не находитесь в России. Вы уехали сразу после решения по делу, насколько я понимаю?

— После суда, да.

— Это связано с тем, что в России вам оставаться больше не безопасно?

— Я просто попыталась представить сценарий, в котором я остаюсь в России, и к чему это приводит. Когда на тебе черная метка — на тебе черная метка. На мне висит минимум два возможных уголовных дела, на меня написано до 200 заявлений особо активными товарищами. На мне висит иноагентсткая история опять же. В своем городе я в принципе не могу существовать, потому что от меня шарахаются люди — буквально, физически, на улицах. Говорить про какую-то осмысленную работу в этих реалиях просто невозможно.

С 2019 года полиция — наш лучший друг. Они знают, где ты работаешь и что ты делаешь, как только ты в этой системе, как только ты у них на крючке (а еще если им сопротивляешься, и достаточно успешно). Я уже который день жду, когда и как они додумаются мне ответить. Могут не ответить, но ждать я этого буду, по крайней мере, какое-то время.

В России уголовное дело выжгло для меня все. У меня в России нет ничего — у меня нет ни друзей, ни коллег, ни команды, ни товарищей. А с новыми законами я пойду по новой статье о пропаганде уже через пару месяцев, потому что я воплощаю все, что не любит наше государство.

При этом, хотя мне угрожает опасность на родине, я не считаю себя беженцем. Но это не добровольный отъезд, когда уезжают, потому что «мне тут душно, тесно, мне бы побольше карьерного роста». Я не экспат, который уехал за красивой жизнью. Я не иммигрант, который составляет осознанные планы. У меня просто в России больше нет дома, и после окончания суда все решалось быстро, в моменте. Мне было очень страшно, в том числе за мою маму, которая со мной все это прошла.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

5 лучших книг Виктора Пелевина: подборка, которую должен прочитать каждый 5 лучших книг Виктора Пелевина: подборка, которую должен прочитать каждый

Самые крутые романы Виктора Пелевина

Популярная механика
Кто такой философ Ильин, которого постоянно цитирует Путин Кто такой философ Ильин, которого постоянно цитирует Путин

Кто же такой любимый философ Путина?

Maxim
Какой вы друг на самом деле? Какой вы друг на самом деле?

У каждой дружбы свой почерк. Какой почерк у вашей?

Psychologies
4 модные вещи, которые не стоят твоих денег, — на что не нужно тратиться зимой 4 модные вещи, которые не стоят твоих денег, — на что не нужно тратиться зимой

Супертрендовые вещи, которые не стоят твоих денег

VOICE
Дьявол под видом ботаника: как Сэм Бэнкман-Фрид всех одурачил Дьявол под видом ботаника: как Сэм Бэнкман-Фрид всех одурачил

Сэм Бэнкман-Фрид создал финансовую пирамиду и не отрицал это

Forbes
5 причин, почему быстрая зарядка может разочаровать 5 причин, почему быстрая зарядка может разочаровать

Быстрая зарядка: какие проблемы могут вас ждать

CHIP
Действуй, сестра: как четыре дагестанки сбежали от домашнего насилия Действуй, сестра: как четыре дагестанки сбежали от домашнего насилия

Почему кавказские женщины покидают свои дома?

Forbes
Зачем ехать: Дельта Волги Зачем ехать: Дельта Волги

Как провести уик-энд в Астраханской области?

СНОБ
Взрослый секс Взрослый секс

13 фактов о сексе, которые вас порадуют

Новый очаг
Глаза, мозг, ромб Михаэлиса: 8 самых неожиданных эрогенных зон Глаза, мозг, ромб Михаэлиса: 8 самых неожиданных эрогенных зон

Гайд по эрогенным зонам

Maxim
«В моей коллекции есть суперредкая Kelly в коллаборации с Jay Ahr, и ее дико сложно купить — по экземпляру есть у Карди Би, Ким Кардашьян, Кайли Дженнер и у меня, Насти Ножиной из Красносельского района» «В моей коллекции есть суперредкая Kelly в коллаборации с Jay Ahr, и ее дико сложно купить — по экземпляру есть у Карди Би, Ким Кардашьян, Кайли Дженнер и у меня, Насти Ножиной из Красносельского района»

Где найти винтажную Birkin, на которой можно кататься с горки?

Собака.ru
«Дома у нее точно не все в порядке»: как Индра Нуйи 12 лет руководит PepsiCo «Дома у нее точно не все в порядке»: как Индра Нуйи 12 лет руководит PepsiCo

Отрывок из автобиографической книги Индры Нуйи «Себе нужно верить»

Forbes
«Это проходит по категории смешного, но это совсем не смешно» «Это проходит по категории смешного, но это совсем не смешно»

Как происходит слияние госсмеха и госстраха

Weekend
Большая перемена: зачем девелоперская группа «А101» занялась педагогическим дизайном Большая перемена: зачем девелоперская группа «А101» занялась педагогическим дизайном

Любой новый район Москвы должен быть обеспечен социальной инфраструктурой

Forbes
Как настроить Смарт ТВ: подробная пошаговая инструкция Как настроить Смарт ТВ: подробная пошаговая инструкция

Как подключить Cмарт ТВ на телевизоре и настроить его основные функции

CHIP
Дом для всех Дом для всех

Раритетный стол, русская печка, современное искусство и много цвета

SALON-Interior
«Скажи же мне, разве это можно видеть и не сойти с ума?» «Скажи же мне, разве это можно видеть и не сойти с ума?»

Солдаты «потерянного поколения» о том, что такое война

Weekend
От SOMA до Resident Evil: топ-7 самых страшных видеоигр на любой вкус От SOMA до Resident Evil: топ-7 самых страшных видеоигр на любой вкус

Хорроры-видеоигры, которые не оставят вас равнодушным

ТехИнсайдер
Секс с новыми вводными Секс с новыми вводными

Секс — это в первую очередь мозги

Men Today
На золотой волне На золотой волне

По сути, это квартира с функционалом загородного дома

SALON-Interior
На грани срыва: почему женщинам не прощают гнев На грани срыва: почему женщинам не прощают гнев

Как неумение сердиться приводит к плохим последствиям

Forbes
Сейчас! Или никогда? Сейчас! Или никогда?

Зачем нам надо осознать, что такое антропоцен, гиперобъект и постгуманизм?

Собака.ru
Топ-5 осенних бьюти-процедур: как сделать так, чтобы красота не навредила Топ-5 осенних бьюти-процедур: как сделать так, чтобы красота не навредила

Рассказываем о принципах ответственной косметологии

VOICE
Моли не место в квартире: 6 лайфхаков для борьбы с пожирателями одежды Моли не место в квартире: 6 лайфхаков для борьбы с пожирателями одежды

К счастью, от моли легко избавиться, если знать парочку хитрых трюков

ТехИнсайдер
«Сердце пармы» — русское «Храброе сердце», которое начинает биться лишь в финальной схватке «Сердце пармы» — русское «Храброе сердце», которое начинает биться лишь в финальной схватке

«Сердце пармы» — просто блокбастер про князя из XV века или нечто большее?

Правила жизни
Клей ПВА, монтажная пена, строительный фен: нет, мы собрались не на стройку, а на рекламу еды. Раскрываем все секреты Клей ПВА, монтажная пена, строительный фен: нет, мы собрались не на стройку, а на рекламу еды. Раскрываем все секреты

Кто так ловко дергает нас за вкусовые рецепторы?

ТехИнсайдер
Призрачные привилегии: почему сегодня все еще важно говорить о гендерном равенстве Призрачные привилегии: почему сегодня все еще важно говорить о гендерном равенстве

Почему женские привилегии — это фантом, а равноправие все еще необходимо всем

Forbes
Свет мой зеркальце скажи: что видят животные, когда смотрят на свое отражение в зеркале? Свет мой зеркальце скажи: что видят животные, когда смотрят на свое отражение в зеркале?

Что видят животные в зеркале?

ТехИнсайдер
Окситоцин помог рыбам залечить раны на сердце Окситоцин помог рыбам залечить раны на сердце

Окситоцин заставил клетки эпикарда делиться и замещать мышечные

N+1
Брат мой, враг мой: почему враждуют братья и сестры? Брат мой, враг мой: почему враждуют братья и сестры?

Разобраться в сложных отношениях сиблингов поможет аналитик Генри Абрамович

Psychologies
Открыть в приложении