Дебютный роман Соболева – «Грифоны охраняют лиру» – вышел в 2021 году

Правила жизниКультура

Крылатый гость

Александр Соболев

1950-е

Мария Юдина. Они встретились с Пастернаком еще в 1930-х, она просила его помочь с переводом Рильке. Позже Борис напишет в личном письме: «Простите, что не знал, кто Вы. Напишите из Ленинграда, переведу все, что захотите». Их дружба была настоящей и продлилась до самой смерти поэта. Юдина до конца поддерживала Пастернака. Читала его стихи на своих концертах. Приехала и играла по очереди с Рихтером и Нейгаузом на рояле на его похоронах.

Еще один великий пианист – Станислав Нейгауз – был пасынком Пастернака и после смерти Бориса Леонидовича жил в Переделкине на его даче. Сюда приезжали Рихтер, Гилельс, Гутман, Коган.

Послушайте плейлист, составленный специально для литературного номера «Правил жизни»

Дебютный роман Соболева – «Грифоны охраняют лиру» – вышел в 2021 году. Это интеллектуальная проза с тонкими отсылками к классической литературе, изощренная игра, в которой читателю нужно найти все авторские намеки. При этом Соболев лихо закручивает сюжет и выстраивает вселенную романа: в Гражданской войне победили не большевики, а белые, и в Париже появляется красная эмиграция, из которой главный герой возвращается на историческую родину, чтобы узнать правду о своем отце. Второй роман писателя, «Тень за правым плечом», только что вышел и обещает читателю не менее интересное приключение. Филолог, историк литературы, автор множества исследований, Соболев занимался малоизвестными поэтами начала ХХ века. Его стараниями высвечены имена Артура Хоминского, Николая Минаева, Николая Тарусского и многих других. Так, Соболев создал собственное издательство «Трутень», где публикует свои литературоведческие исследования и работы коллег, книги по истории библиофильства, книжного собирательства и книготорговле.

ФИЛОСОФ И ПОЭТ ВЯЧЕСЛАВ ИВАНОВ в начале двадцатого века, предрекая скорое торжество дионисийского духа в России, писал: «Страна покроется орхестрами и фимелами, где будет плясать хоровод, где в действе трагедии или комедии, народного дифирамба или народной мистерии воскреснет истинное мифотворчество». Как известно, двадцать лет спустя страна покрылась отнюдь не фимелами, а исправительно-трудовыми лагерями; сам философ, на тот момент пребывая в собственной итальянской квартире, окнами выходящей на Тарпейскую скалу, смиренно принимал глумливые упреки современников в недостаточной точности прогнозов: случалось ошибаться и сивиллам. Впрочем, еще через полвека его пророчество стало сбываться самым прямым образом, и музыка неожиданно оказалась в России делом жизни и смерти.

Тяжелый рок (уже в заголовке явления намекавший русской предсказательной омонимией на нешуточность ауспиций) зародился, как известно, где-то в британских и американских рабочих кварталах в те плосковатые годы нашей истории, когда голубоглазые комбайнеры еще бороздили бескрайние поля между Клайпедой и Херсоном под влюбленными взорами аллегорически полногрудых доярок. Чуть позже, когда поворотный круг истории приготовился сместить эти благостные декорации, явив на их месте дымящиеся руины, божественные звуки перенеслись чрез железный занавес, и чуть выдыхающийся побег heavy metal rock’a оказался привит к нашему пустившемуся в рост дичку. Благодарение небесам, что мы в массе своей не знали английского языка и не могли оценить сугубую незамысловатость текстов: русский школьник со своей врожденной волчьей серьезностью готов простить что угодно, кроме простоты (каламбур почти невольный). В первый и, вероятно, последний раз за русскую историю музыка стала общим народным деланием, не насаждаемым сверху (заставку «Пионерской зорьки» знали поголовно, но кто стал бы крутить ее на проигрывателе), а проросшим из самой глубины национального духа. «Дай мне, на что опереться в моем разрушенном мире», – воскликнула юная душа. Ответом прозвучали первые аккорды тринадцатиминутной великолепной Rime of The Ancient Mariner группы Iron Maiden, истинного гимна эпохи: да, мы (по крайней мере, в массе своей) и не слыхали в те годы о Кольридже, но дух культуры, который дышит где хочет, предпочел предстать перед первым послесоветским поколением именно в таком обличье.

На несколько лет музыкальные пристрастия сделались не просто главным, но единственным способом самоидентификации для лиц возрастом от двенадцати до двадцати: вопрос «что слушаешь?» сменил сакраментальный, державшийся веками «с какого ты района?», хотя неверный ответ по-прежнему грозил самыми плачевными последствиями. Английские названия, с трудом просачиваясь через не по возрасту огрубевшие носоглотки, служили шибболетом и охранной грамотой; новое явление Эвтерпы было обставлено эмблематически: ее служители носили длинные волосы, джинсовые или кожаные жилетки, металлические цепи и браслеты. В полном соответствии с учением покойного Иванова зрители и слушатели сами вовлекались в оргиастическое действо – и по всему пространству исчезающей страны, хотя и с семидесятилетним опозданием, расцвели-таки долгожданные фимелы и орхестры – школьные рок-группы, вплетающие свои голоса и мелодии во всенародный дионисийский хор.

Группа, собравшаяся, отыгравшая четыре концерта, процветшая и распавшаяся в средней школе № 4 города Энска состояла из пятерых участников. Никто из свидетелей их триумфа не догадался запечатлеть концерт, да хотя бы и репетицию, на кинопленку (о видео тогда не слыхивали). Если бы какой-нибудь досужий историк культуры задумал собрать десятилетиями спустя свидетельства их существования, ему пришлось бы иметь дело с полусотней устных рассказов, чудом сохранившимися магнитофонными записями и несколькими чуть пожелтевшими от времени глянцевыми фотографиями. Одна из них и сейчас лежит передо мной. Снята она, очевидно, кем-то из родителей, а может быть, и учителей – по крайней мере, фотограф стоял в правом (если смотреть от двери актового зала) проходе: весь центр был занят «танцующим партером», стулья были убраны, и старшеклассники, которых только и допустили на концерт, заходились там в особенной вакхической пляске, которая почти не изменилась за три тысячи лет, разве что виночерпиям приходилось соблюдать определенные меры предосторожности, чтобы не попасться в лапы отряженным смотреть за порядком физруку и военруку.

На фотоснимке с заваленным, как сказали бы десятилетие спустя, горизонтом (язык специально расставляет нам в назидание эти хронографические вешки) хорошо видны все пятеро: Аня Пихтина с микрофоном, воздевшая свободную руку в типично марианском жесте (слащавая дрянь Делакруа непременно перепархивала из учебника на стену кабинета истории и обратно), Женя Хотиловский и Саня Нарышкин с двумя одинаковыми 650-ми «Уралами», синхронно наклонившиеся в подсмотренном где-то жесте, отрешенно стоящий в стороне Юра Говоров с редчайшей, раздобытой на один концерт ереванской бас-гитарой «Крунк» и в глубине сцены, под громадным, склеенным из шести ватманских листов плакатом «Крылатый гость» (так называлась группа) – еле видная из-за ударной установки миниатюрная Юля Сиротина, самозабвенно колотящая по том-тому, – очевидно, снимок был сделан во время барабанного соло. После долгих экспериментов, во время одного из которых пришлось тушить загоревшийся занавес, опыты со сценическим дымом решено было оставить, так что фотография вышла неожиданно четкой для любительского аппарата тридцатилетней давности: видны не только малейшие детали сцены, но и тончайшие оттенки выражений лиц музыкантов – почти тождественная смесь тревоги, воодушевления, внимания и эндорфинового нутряного довольства, известного каждому, кто выступал со сцены перед многолюдным залом.

Через тридцать один год, четыре месяца и два дня после запечатленного концерта, последнего в истории группы, в кабинет Евгения Алексеевича Хотиловского, коммерческого директора рекламной компании «Грифон», вошел посетитель. Был он не просто невелик ростом, а как-то гармонически компактен, словно увеличенная до размеров некрупного человека реалистичная кукла, изображающая менеджера: короткая, хотя и в меру затейливая стрижка, аккуратная, явно вымеренная по миллиметрам, поросль на подбородке и щеках; пиджак с легкой свободомыслинкой, заключающейся в чуть более ярких полосках, чем позволил бы себе отправляющийся на заработки московский негоциант, кожаная папка-портфель, пошитая, впрочем, из шкуры какого-то нетипичного существа, заполнявшего эволюционное зияние между крокодилом и страусом. Отличали визитера лишь ярко-красные губы, сильно выделявшиеся на бледноватом лице: хозяин кабинета подумал даже, не накрашены ли они (что его, как человека прогрессивных взглядов, конечно, ничуть бы не смутило), но уже минуту спустя, после ритуального рукопожатия, обмена визитными карточками («Мещанинов, ходатай по делам») и отвергнутого предложения кофе, детали внешности гостя померкли на фоне его речей.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Методом пропп Методом пропп

Хтоническая подоплека классических русских сказок

Правила жизни
Лучший друг Лучший друг

Царь Пётр именовал уроженца Женевы Франца Лефорта лучшим другом

Дилетант
Хигураси Хигураси

Анаит Григорян не только посол японской культуры в русскоязычной литературе

Правила жизни
Возможно ли в Москве землетрясение? Если нет, то что стало причиной тряски в 1977 году? Возможно ли в Москве землетрясение? Если нет, то что стало причиной тряски в 1977 году?

4 марта 1977 года Москву тряхнуло так, что люстры в квартирах раскачивались

ТехИнсайдер
Вдовцы Вдовцы

Полину Барскову узнали благодаря ее стихам – умным, тонким

Правила жизни
Как выбрать для ребенка подходящий кружок или секцию? Отвечает педагог Дима Зицер Как выбрать для ребенка подходящий кружок или секцию? Отвечает педагог Дима Зицер

Какие внешкольные занятия подойдут ребенку?

СНОБ
Валерия: «Старость – это когда тянет к земле. А я стремлюсь вверх!» Валерия: «Старость – это когда тянет к земле. А я стремлюсь вверх!»

О жизни на две пятерки, творчестве, детях и муже Иосифе Пригожине

Добрые советы
Настасьин лес Настасьин лес

На картинах Насти Худяковой пробиваются сочные ростки, для тайги не простые

Seasons of life
Охота за реальностью Охота за реальностью

Как живет сельский театр в деревне Фомиха

Seasons of life
Что говорит создатель советского «Птичьего молока» о современных тортах: ты удивишься, когда узнаешь! Что говорит создатель советского «Птичьего молока» о современных тортах: ты удивишься, когда узнаешь!

Откуда и как в СССР появился торт «Птичье молоко»

VOICE
Без пакетов и цветных бутылок: как не засорять окружающую среду отходами упаковки Без пакетов и цветных бутылок: как не засорять окружающую среду отходами упаковки

Как минимизировать отходы упаковки и как их утилизировать?

Forbes
Королева-отец: юнгианский психолог разбирает образ Елизаветы II Королева-отец: юнгианский психолог разбирает образ Елизаветы II

Елизавета II была отцовской фигурой — что это значит?

Psychologies
Иллюзия выбора Иллюзия выбора

Если не «Гранта», то кто?

Автопилот
Что означает символ креста на багажнике автомобиля? Что означает символ креста на багажнике автомобиля?

Иногда на крышке багажника машины встречается странный символ – крест

ТехИнсайдер
Лучшие научно-популярные книги о человеке Лучшие научно-популярные книги о человеке

Пожалуй, ни одно существо на свете наука не изучала так подробно, как человека

ТехИнсайдер
9 продуктов, которые помогут избавиться от тошноты 9 продуктов, которые помогут избавиться от тошноты

Как не допустить тошноты? Мы знаем способы обойтись без таблеток!

Лиза
Ремесла, ирония и прощание с королевой: что нужно знать о Джонатане Андерсоне Ремесла, ирония и прощание с королевой: что нужно знать о Джонатане Андерсоне

Что стоит знать об одном из главных британских дизайнеров современности?

Правила жизни
У каждого авто особый запах и вот почему так важно об этом помнить У каждого авто особый запах и вот почему так важно об этом помнить

Помните, как пахла ваша новая машина?

ТехИнсайдер
«Это ненадолго, мы скоро вернемся»: отрывок из мемуаров об отъезде из России «Это ненадолго, мы скоро вернемся»: отрывок из мемуаров об отъезде из России

Отрывок из мемуаров «Холодная весна. Годы изгнаний: 1907–1921»

Forbes
Хочу помочь! Хочу помочь!

5 простых способов делать добро

Лиза
Почему стервятники никогда не убивают свежую добычу, а предпочитают питаться мясом с тухлинкой? Почему стервятники никогда не убивают свежую добычу, а предпочитают питаться мясом с тухлинкой?

Почему стервятники выбрали роль падальщиков?

ТехИнсайдер
«Тяжелые времена для обувного бизнеса»: почему закрылся бренд, который обувал Урганта «Тяжелые времена для обувного бизнеса»: почему закрылся бренд, который обувал Урганта

История российского обувного бренда Gottlieb Schwarz

Forbes
Ученые нашли нейроны головного мозга, которые измеряют положение и перемещение в пространстве Ученые нашли нейроны головного мозга, которые измеряют положение и перемещение в пространстве

Какую роль играет гиппокамп в навигационной системе мозга?

ТехИнсайдер
Декомпозиция цели: инструмент, который упрощает жизнь и помогает добиться желаемого Декомпозиция цели: инструмент, который упрощает жизнь и помогает добиться желаемого

Как добиться цели: какие шаги предпринять и сколько ресурсов задействовать?

Psychologies
Мария Миногарова Мария Миногарова

Мода — это работа! Что мы будем носить осенью? Русских дизайнеров!

Собака.ru
Исследователи MIT разработали микроробота, который может вести Исследователи MIT разработали микроробота, который может вести

Чем лучше мы сможем рассмотреть живую клетку, тем лучше мы поймем, как ей помочь

ТехИнсайдер
Равная Халку: удалась ли новая попытка добавить феминизм во вселенную Marvel Равная Халку: удалась ли новая попытка добавить феминизм во вселенную Marvel

«Женщина-Халк» — отражение эпохи Time’s Up и #MeToo

Forbes
Дюк Д’Окелюс Дюк Д’Окелюс

Среди работ Вильяма Бруй мозг отключается, ты весь становишься сердцем

Seasons of life
«Охотник на мальчиков»: история маньяка Владимира Усова, похищавшего детей из-под носа родителей «Охотник на мальчиков»: история маньяка Владимира Усова, похищавшего детей из-под носа родителей

Владимира Усова ловили два года — всё это время он похищал и убивал детей

VOICE
На чужих берегах: аудиоспектакль к 100-летию первой волны русской эмиграции На чужих берегах: аудиоспектакль к 100-летию первой волны русской эмиграции

Отрывок из текстовой версии аудиоспектакля «На чужих берегах» об эмиграции

СНОБ
Открыть в приложении