«Правила жизни» исследуют семейную историю Владимира Набокова

Правила жизниИстория

Король, дама, валет

«Правила жизни» исследуют семейную историю Владимира Набокова – не только великого писателя, но и представителя одной из самых любопытных дореволюционных династий – политиков, филантропов, купцов, промышленников и ученых.

Записала Вера Полищук

Весной 2020 года мы с коллегами, разделенные карантинными границами, встревоженные неясным будущим, совещались по почте и в зумах, о чем говорить на очередных Набоковских чтениях. До 125-летия Набокова оставалось еще четыре года, но, как всегда, нас волновали тайны уникального писателя. Тогда возникла идея круглого стола «Набоков во время чумы»: как этот восприимчивый, ранимый художник смог выстоять во времена красной большевистской чумы, а потом коричневой чумы фашизма? Он сумел не просто не согнуться душевно, когда в эмиграции ломались и даже кончали с собой, не выдерживая нищеты, неудач, гонений, многие деятели искусств. Набоков смог перелинять, словно змея или ящерица, и остаться собой. Сменил писательское имя с Сирина на Набокова, язык книг с русского на английский и сохранил дар, душевную свободу, витальность, иронию и презрение к тирании, как точно заметил филолог Михаил Вайскопф.

Тогда я в который раз задалась вопросом, волновавшим меня с первого, еще студенческого, прочтения Набокова: почему он был именно таким? В чем причина, источник, корень этого аристократизма души и несгибаемой силы духа, а не только редчайшего таланта?

Ответить на этот вопрос можно цитатой из всенародного любимца – булгаковского Воланда: «Как причудливо тасуется колода! Кровь!» – как ее ни произнеси, хоть с холодноватым акцентом новомодного насмешника-дьявола Аугуста Диля, хоть с вескими царственными интонациями Олега Басилашвили. Кстати, и искристого дара насмешки, и своеобразной царственности Владимиру Набокову было отпущено щедро. И от высших сил, как их ни назови, и от интереснейшего, многоликого рода – династии Набоковых. Широкая публика склонна замечать лишь ту информационную пену, которую ей показали на поверхности бурного потока набоковской биографии, да и показали те, кто не заглянул в глубокие воды этой реки и не увидел в ней ни поющих русалок, ни пестрых рыб. Спроси любого – выложат лишь обрывки неверно истолкованных фактов: «отпрыск богатейшей петербургской семьи, аристократ, беглец, белоэмигрант, из Европы перебрался в Америку и ради славы и денег написал одиозный роман «Лолита» о нимфетках, а значит, и сам был не прочь, да еще и сноб и не выносил Достоевского». Вот дежурный набор.

Но чтобы понять Набокова как одного из величайших писателей двадцатого века и неординарную личность, нужно отвернуться от домыслов и мифов. И проследовать из королевства кривых зеркал в персональную вселенную Набокова. Эту вселенную мы не поймем, если не узнаем историю династии Набоковых. Историю его великолепного наследства. Не миллионов, не особняков и усадеб, а чего-то неизмеримо более важного. Недаром в своих мемуарах Набоков писал, что презирает россиянина-зубра, ненавидящего советскую власть, потому что она отняла у него земли и деньги: сам Набоков стоически перенес эту потерю и резкую смену статуса – с потомка знатной и богатой семьи на нищего эмигранта-литератора, порой даже гувернера. Но в его книгах звучит пронзительная нота, тоска по утраченному миру с его неповторимым очарованием. Именно поэтому Набоков снова и снова возвращается к картинам прошлого. Без истории набоковской семьи не было бы героев его последнего завершенного русского романа «Дар» – семьи Годуновых-Чердынцевых: путешественника-естествоиспытателя Константина и его сына-литератора Федора.

Даже в 1969 году, уже в Америке, в фантасмагорическом романе «Ада, или Радости страсти», написанном уже по-английски, на пике славы, вызванной «Лолитой», Набоков снова возвращается к истокам. Эта барочная семейная сага развертывается в зазеркальном мире Антитерры, где никакой революции не было, и это сон о России прошлого. Как замок из кубиков, как складные картинки-«пузеля» (так он называл пазлы), Набоков собирает гибрид Америки и России, где весь памятный ему с детства уклад жизни сохранился, только оброс фантастическими деталями: да, здесь есть белые океанские лайнеры и поезда, но телефоны вместо электричества работают на водяной тяге, а над барской усадьбой летит моторный ковер-самолет, унося юных любовников, отпрысков дворянского рода. Во время работы над «Адой» Набокова отделяли от детства и юности в России десятки лет, и все-таки в обитателях Антитерры угадываются воспоминания о тех, кто когда-то окружал его в России. Экстравагантные аристократы, сановники, ученые, артисты, все эти Дурмановы и Виноземцевы не появились бы, не напиши Набоков раньше яркие мемуары Conclusive Evidence («Другие берега»), где обрели литературное бессмертие его предки.

Из набоковских экскурсов в историю династии видно, что многие века род, где сплелись известные фамилии, развивался по накатанному пути. «По отцовской линии мы состоим в разнообразном родстве или свойстве с Аксаковыми, Шишковыми, Пущиными, Данзасами», – писал Набоков.

Перед нами проходит вереница персонажей, и о многих можно было бы написать отдельный роман. Среди них немало и обрусевших иностранцев, например, Корфы и фон Грауны. Набоков вглядывается в прошлое с азартным любопытством исследователя: «усыпанные бриллиантовыми знаками участники славных войн»; «есть министр юстиции Дмитрий Николаевич Набоков (мой дед)», «сибирский золотопромышленник и миллионщик (Василий Рукавишников, дед моей матери Елены Ивановны); есть ученый президент медико-хирургической академии (Николай Козлов, другой ее дед)». Последнему Набоков, по его словам, отчасти обязан научным складом ума и, добавлю, интересом к темным уголкам человеческой психики: Николай Илларионович Козлов был патологом, автором работ о помешанных и самоубийцах, а во многих книгах его потомка появляются фигуры безумцев и даже маньяков, и мы видим искаженный мир их глазами.

И заметьте: рассказывая историю династии, Набоков выбирает для каждого из портретов занятные и яркие подробности, а не сухие, как гербарий, факты. Автор романа «Смотри на арлекинов!», он и историю воспринимал через цветные ромбики усадебного окна – его излюбленный образ. Например, о Карле-Генрихе Грауне, композиторе и оперном теноре, придворном Фридриха Великого, Набоков весело сообщает, что его предок как-то экспромтом заменил прямо на сцене часть оперной партии, которая ему не понравилась. Истинно набоковская изобретательность! А вот одна из бабушек Набокова, Прасковья Николаевна Тарновская, – выдающийся врач-невропатолог и антрополог, криминолог-исследователь и, кроме того, общественный деятель, активная поборница женского образования в России. (Возможно, именно за последний пункт ее жестоко, но, конечно, образно и талантливо высмеял в одном из частных писем мизогин Чехов.) Но сам Набоков из всей ее биографии выделяет одну подробность, драгоценную для него лично. Перед смертью Тарновская сказала: «Теперь понимаю: все – вода». Эти слова Набоков, с его острейшим интересом к метафизике, отдал умирающему персонажу «Дара», потомку Н. Г. Чернышевского, и в романе они – звено сложной цепочки размышлений автора о смерти и бессмертии. Думаю, Козлов и Тарновская – предки не только Набокова, но и Вана Вина из «Ады», писателя и психиатра, коллекционера безумцев. В биографии дяди, Константина

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Еда из прошлого: почему хлеб и молоко стали считаться вредными продуктами Еда из прошлого: почему хлеб и молоко стали считаться вредными продуктами

За что нутрициологи и велнес-блогеры демонизируют самые привычные хлеб и молоко

Forbes
Этот продукт содержит втрое больше пробиотиков, чем йогурт: что это такое? Этот продукт содержит втрое больше пробиотиков, чем йогурт: что это такое?

Есть кое-что полезнее, чем йогурт и содержащее больше пробиотиков!

ТехИнсайдер
Почему мы боимся потерять деньги Почему мы боимся потерять деньги

Почему так страшно терять финансы? Ведь все просто: если заработали, сможем еще

Psychologies
«Если коммерции нет, это уже музей, а не бренд» «Если коммерции нет, это уже музей, а не бренд»

Почему продолжать семейное дело – это в первую очередь большая ответственность

Правила жизни
Работа из дома: насколько она эффективна и как не сойти с ума — 9 советов Работа из дома: насколько она эффективна и как не сойти с ума — 9 советов

Справляться со сложностями и не терять эффективность на удаленке

РБК
Главы моды: как женщины развивают модную индустрию Главы моды: как женщины развивают модную индустрию

Самые влиятельные героини модной индустрии в России и основательницы брендов

Forbes
Ярослава Пулинович: «Земля Эльзы». Фрагмент из монолога Ярослава Пулинович: «Земля Эльзы». Фрагмент из монолога

«Наташина мечта»: отрывок из сборника драматурга Ярославы Пулинович

СНОБ
За и против За и против

Друзья и враги Симона Петлюры иногда переходили из одного стана в другой

Дилетант
«Напоминает какой-нибудь американский городок»: как выглядел Ташкент в XIX веке «Напоминает какой-нибудь американский городок»: как выглядел Ташкент в XIX веке

Отрывок из книги «Центральная Азия. От века империй до наших дней»

Forbes
Одна семья Одна семья

Президент РФБ Андрей Кириленко — о том, как спорт объединяет людей

RR Люкс.Личности.Бизнес.
10 способов чистки лимонной кислотой, о которых ты даже не подозревала 10 способов чистки лимонной кислотой, о которых ты даже не подозревала

Чистка лимонной кислотой — это классика уборки. Но знаешь ли ты о ней всё?

VOICE
Stenosis Stenosis

Stenosis делают художники Даниил Шульгин (Shulya) и Анатолий Алексеев

Собака.ru
Не только собака Не только собака

Семь идеальных питомцев для маленького ребенка: дружелюбных и гипоаллергенных

Лиза
Какие на самом деле были зарплаты, пенсии, стипендии в СССР Какие на самом деле были зарплаты, пенсии, стипендии в СССР

Многие современники имеют ложное представление о доходах советского человека

Maxim
У всех своих причуды: 7 необычных традиций и примет российских космонавтов У всех своих причуды: 7 необычных традиций и примет российских космонавтов

В космосе свои традиции и суеверии — не менее странные, чем на Земле

ТехИнсайдер
Колдовство — это политика: как в средневековой Ирландии пытались осудить ведьму Колдовство — это политика: как в средневековой Ирландии пытались осудить ведьму

Отрывок из книги «Леди-убийцы. Их ужасающие преступления и шокирующие приговоры»

Forbes
Реальная история героини картины Густава Климта «Поцелуй» Реальная история героини картины Густава Климта «Поцелуй»

Глава из книги «Картинные девушки. Музы и художники: от Рафаэля до Пикассо»

Psychologies
Культовые кроссовки, выпуск 18: история New Balance 997 — классической беговой модели Культовые кроссовки, выпуск 18: история New Balance 997 — классической беговой модели

Беговая модель кроссовок, которые в свое время оценил даже Билл Клинтон

Правила жизни
Пошел по комнате дымок: откуда взялся неошансон и почему он популярен? Пошел по комнате дымок: откуда взялся неошансон и почему он популярен?

Неожиданная эволюция и популярность шансона в России

Правила жизни
Полибромированные дифениловые эфиры связали с повышенным риском смерти от рака Полибромированные дифениловые эфиры связали с повышенным риском смерти от рака

Смерть от рака и содержание полибромированных дифениловых эфиров в крови

N+1
Добытый в Польше свинец экспортировали в Древнюю Русь Добытый в Польше свинец экспортировали в Древнюю Русь

Ученые провели химический анализ 14 свинцовых печатей и пломб из древних городов

N+1
Ни дать ни взять: бизнес не хочет делиться с государством данными Ни дать ни взять: бизнес не хочет делиться с государством данными

Бизнес не хочет бесплатно отдавать государству персональные данные клиентов

Forbes
Что такое движок Unreal Engine 5, и что он может? Что такое движок Unreal Engine 5, и что он может?

Все, что нужно знать про движок Unreal Engine 5

CHIP
Секс-просвет, мутанты и монархия: 20 сериалов Netflix, которые нужно посмотреть всем Секс-просвет, мутанты и монархия: 20 сериалов Netflix, которые нужно посмотреть всем

Проекты Netflix, на которые не жалко потратить драгоценное время.

Правила жизни
Заряженная пыль на Луне Заряженная пыль на Луне

Откуда взялась пыль на Луне?

Знание – сила
Иван Гончаров. Принц де Лень Иван Гончаров. Принц де Лень

Свои любовные болезни Иван Гончаров скрывал, считая их стыдными и недостойными

Караван историй
Ваш район влияет на риск развития сердечно-сосудистых заболеваний! Вот что нужно знать Ваш район влияет на риск развития сердечно-сосудистых заболеваний! Вот что нужно знать

Как социальная группа влияет на здоровье людей?

ТехИнсайдер
Зачем производители клеят пленки на стекла смартфонов Зачем производители клеят пленки на стекла смартфонов

Производители клеят на смартфоны специальную пленку. Зачем она нужна?

CHIP
Вездесущие карлики Вездесущие карлики

В чем может скрываться опасность наночастиц

Наука
«Нужны личности особого душевного склада»: как сегодня существует литературный театр «Нужны личности особого душевного склада»: как сегодня существует литературный театр

Какую литературу сегодня можно считать современной и зачем люди идут в театр

Forbes
Открыть в приложении