Как я вообще сумел пробиться в режиссеры?

Коллекция. Караван историйКультура

Сергей Соловьев. О дружбе с Абдуловым, Янковским, Тихоновым и Михалковым

Наталья Николайчик

«Эпизодическую роль Трубача я предложил отдать Смоктуновскому. Вот только когда об этом узнал Ульянов, который играл Булычова, он строго сказал: «Ты что, брат, охренел, что ли? Придет Кеша, дунет два раза в трубу, и ни меня нет, ни трудов моих». И я понял, что он не шутит и меня зарежет, и всех зарежет, но Смоктуновского здесь не будет. Над фильмом уже вовсю шла работа, а я все никак не мог признаться Иннокентию Михайловичу, что «передумал» его снимать. Трусливо юлил и нес какую-то чушь. В итоге Смоктуновский мне отомстил», — вспоминал Сергей Соловьев в одном из интервью прошлых лет.

Мне всегда везло на актеров, а потому и на друзей. Первые почти всегда становились вторыми. Так повелось с самого начала: когда, еще снимая дипломный фильм, я получил согласие на главную роль от Вячеслава Тихонова, который с тех пор стал мне, мальчишке по сравнению с ним, другом. Хотя мы с ним мало того что разного возраста, но и довольно разные люди. Тихонов, к примеру, обладая отличным чувством юмора, терпеть не мог анекдотов про Штирлица. Я время от времени не мог удержаться — ужасно хотелось ему рассказать такой анекдот. И вот я начинаю: «Вячеслав Васильевич, слушайте. Пришел Штирлиц к себе в кабинет, открыл сейф и стал вытаскивать записку Мюллера. Мюллер кричал и сопротивлялся». Тихонов скорбно помолчал: «И что, это все?» — «Ну да, — говорю. — Понимаете? Он вытаскивал за писку Мюллера». А Тихонов мне с еще большей скорбью: «Сережа, а ты как-то не производил впечатления совсем глупого человека». Что делать? Ему правда ни грамма не было смешно.

Да то, как мы с Тихоновым просто познакомились, — это тоже целая история. В своем дипломном фильме по Чехову (он назывался «От нечего делать» и вошел в киноальманах «Семейное счастье». — Прим. ред.) я собирался снять Леонида Кулагина. Он мне нравился, и потом, он был «модный». Но мне не дали. И тут Люция Людвиковна Охрименко (при знакомстве она всякому говорила: «Я Люция ЛюдвиКовна, а не ЛюдвиГовна») — совершенно великолепный второй режиссер — посоветовала: «Позвоните Славе». — «Какому Славе?» — «Тихонову». Ее фраза прозвучала так, как сейчас прозвучало бы: «Позвоните Путину, если захочет, он вам поможет». Тихонов тогда уже снялся у Бондарчука в роли князя Андрея. Она продолжила: «Он чудный парень, позвоните ему, я его знаю еще с «Мичмана Панина». Кстати, посмотрите этот фильм. Вы поймете, что Слава — великий комический артист». И я, преодолевая робость, позвонил. Тот говорит: «Чехов?.. Ну давайте, по этому случаю я приеду». Пробы Тихонов играл неудачно, можно даже сказать, ужасающе. Зачем-то таскал Николая Бурляева за подтяжки, таращил глаза: «А поди сюда, любезный!» Если бы я тогда промолчал, Тихонов со всей своей славой непременно угробил бы фильм. Но я нашел в себе силы подойти и сказал очень осторожно: «Вячеслав Васильевич, понимаете, наш герой странный человек. Он в собственном доме ходит все время в пальто, не снимая его. Не спит с женой по 20 лет. К тому же у него разбитое стеклышко в очках». — «Почему же разбитое стеклышко, если у него 20 тысяч дохода?» — «Ну вот так у него складывается жизнь». То есть я его ввел в абсолютное непонимание всей этой вещи. Тогда Тихонов подумал и сказал: «Но это же Чехонте». А я в ответ: «Это Чехов». — «А знаешь, диплом ведь твой, а не мой. Я ничего из того, что ты говоришь, не понимаю, но буду делать то, что ты говоришь».

Вячеслав Тихонов в фильме «Семейное счастье», 1969 год

И мы поехали снимать в Ялту. Тихонов пришел на площадку: «Ну, давайте снимать — с Богом!» А я опять свое: «Подождите, стеклышко в очках разбить надо». Я понимал, что единственным способом выжить было оставаться нудным до вынимания печени. Он снял очки и протянул мне: «На, бей!»

Но свой едва завоеванный режиссерский авторитетик я чуть не утратил тем же вечером в гостинице. В разгар сезона мне не нашлось в Ялте другого места для ночлега, кроме как в крошечном номере гостиницы «Южная», где две кровати были уже заняты оператором и художником. Директор картины распорядился принести мне раскладушку. В комнате она не помещалась и частично вылезала на балкон. Я так на ней и разместился — голова на улице, ноги в помещении. Уставшим я был невероятно и тут же уснул. Через полчаса в гостиницу приехал Тихонов и спросил, где меня найти. Его привели к нам в номер. Когда он увидел, где я сплю, то едва не упал в обморок: «Кто это с ним сделал? Это же режиссер!» Следующим в обморок падал уже директор. Тут же немедленно нашелся для меня люкс... На радостях мы начали было выпивать и резвиться. Тихонов был сдержан. Сделал вид, что выпил с группой немного вина, и отправился спать. Мы же с товарищами ночью решили искупаться в горной реке, впадающей в море. Уже утром, отрезвев, поняли, что купались в канализационном стоке. Тихонов к такому загулу отнесся с пониманием. Я даже почувствовал с его стороны некое облегчение. Видимо, именно в таких проявлениях я отвечал его представлениям о том, как должен держаться молодой режиссер, снимающий Чехонте...

Иногда я звонил Губенко в министерство: «Это прачечная?»

Как я вообще сумел пробиться в режиссеры? На самом деле это большая загадка. Тогда на курс к Михаилу Ромму поступали три тысячи человек, а мест было одиннадцать. В том году сверху пришла государственная установка: на режиссуру принимать только «опытных взрослых людей», желательно после армии, поработавших на производстве. В лидерах при поступлении у нас был Феликс, успешный командир только что появившихся Ил-18, который, на радость приемной комиссии, видимо сильно волнуясь, рассказал о том, как у него когда-то в двухместном самолете рожала женщина. Рассказ произвел впечатление. Его взяли. У Феликса были жена и двое детей, которых нужно было кормить, и чтобы как-то заработать, Феликс по ночам перегонял троллейбусы. С трудом окончив институт, он бедствовал и наконец снял фильм почему-то про певицу Шмыгу. А лет через десять умер, как говорили, от сердечной недостаточности. Всего этого могло бы и не быть, если бы не «счастливое поступление» на режиссуру. Ведь мог бы быть превосходным востребованным пилотом...

Иннокентий Смоктуновский и Екатерина Васильева в спектакле МХАТа «Иванов», 1976 год

Ну а я пришел поступать во ВГИК, только школу окончив. То есть шансов не было никаких. На мое счастье, Михаил Ильич Ромм, как человек независимый и творческий, стал, естественно, сопротивляться «государственным установкам», которые пытались навязать институту. Для него было важно самому решать, кого брать к себе на курс, а кому говорить нет. Мне повезло. Я стал поводом для его споров с властью. Для поступления я написал раскадровку небольшого своего рассказика про старика, мальчика и петуха. Время действия — перед рассветом. Идет по берегу моря старик, несет на руках спящего мальчика, за ним ковыляет петух. Старик заходит в воду, восходит солнце, и петух кукарекает. Рассвет... Я описал все это до мелочей, очень точно. Мне поставили твердую двойку, потому что член комиссии Евгений Николаевич Фосс решил, что я списал все у Паустовского. Потом подумал и сказал: «Или, может быть, у Пришвина». Фосс был человеком хорошим и влиятельным. Когда-то он работал ассистентом у Эйзенштейна. На полученный за первую серию «Ивана Грозного» гонорар Фосс купил себе мотоцикл, поехал на нем и стукнулся головой о столб. Сам потом говорил: «Так я в первый раз пораскинул мозгами». И вот этот чудесный человек, пораскинув мозгами, почему-то решил, что я все списал. Ромм вместо того, чтобы согласиться со своим старым товарищем, тем не менее заставил его пойти в библиотеку и не возвращаться, пока не разыщет первоисточник. А когда Фосс пришел ни с чем, Ромм вздохнул и сказал: «Ну, раз он пишет как классики, мы обязаны брать». Все предыдущие отметки зачеркнул и поставил все пятерки. Что вовсе не означало, что он как бы восхитился моим юным талантом. Ну, во-первых, он показал Фоссу пример человеческого отношения. А ко мне он отнесся как к симпатичному неизвестно кому: ну приехал мальчик из Ленинграда, чистенькая белая рубашка, чего-то, видимо, он хочет — ну и пусть учится. Не было ничего такого: «Ах, поглядите, какую немыслимую прелесть я случайно нашел на пыльной дороге!»

Помню, в результате мне выдали квиток, по которому полагалось получить койку в общежитии. Я приехал, стал искать общагу. Стояла жара. По газонам бегали дети, из окон звучала музыка, рядом с бочкой с квасом стояла очередь. Какой-то парень в синих тренировочных штанах, с голым торсом атлета стоял за квасом. У него я и спросил, как пройти к общежитию ВГИКа. Интуиция меня не подвела. Парня звали Коля Губенко. Все годы учебы он ходил по общаге только так — в подтянутых под колени трениках и с голым торсом. Его все знали. Много позже, когда я узнал, что Коля, Николай Николаевич, стал министром культуры СССР, я немало изумился. Иногда, звоня по утрам в его кабинет, я не мог удержаться и спрашивал: «Это прачечная?» Тогда был популярным такой анекдот с нецензурным продолжением. Но посерьезневший, купивший себе хороший костюм Коля шутку не подхватывал. И спрашивал: «Сережа, а ты дурак?!»

Учеба и жизнь в общежитии ВГИКа изменили меня в большом и в малом. Допустим, до самого института я в рот не брал спиртного. В Москву из Ленинграда интеллектуально я приехал с огромным чемоданом ценной литературы. В частности, там была вся подшивка редчайшего журнала «Любовь к трем апельсинам», который под псевдонимом Доктор Дапертутто издавал великий Всеволод Мейерхольд. А обложки к каждому журналу рисовал великий Александр Головин. Такого собрания, думаю, в принципе ни у кого не было. Так вот мы с Катей Васильевой, моей первой женой и однокурсницей, в компании со сценаристом, а тогда просто студентом Эдиком Володарским целенаправленно пропили всю подшивку номер за номером. Я регулярно носил их в букинистический магазин, который располагался на втором этаже «Метрополя». Мне отстегивали по номиналу. Конечно, ужас. Но, видимо, когда-то нужно пережить и период такого вот полного маразма...

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Артем Быстров и Ксения Теплова: Не вся жизнь - театр Артем Быстров и Ксения Теплова: Не вся жизнь - театр

Артем Быстров и Ксения Теплова рассказывают друг о друге с невероятной нежностью

Караван историй
Почему диеты не работают: 3 причины — объяснение клинического психолога Почему диеты не работают: 3 причины — объяснение клинического психолога

Почему диеты заканчиваются срывами, а с сброшенные килограммы возвращаются снова

Psychologies
«Не можешь купить бриллианты, стекло не надевай», — говорила Людмила Зыкина «Не можешь купить бриллианты, стекло не надевай», — говорила Людмила Зыкина

Бедная деревенская девочка может достигнуть всего!

Коллекция. Караван историй
«Я люблю слишком сильно»: как уменьшить «громкость» чувств «Я люблю слишком сильно»: как уменьшить «громкость» чувств

Могут ли люди усиливать или ослаблять чувство любви?

Psychologies
Тайна завещания Леонида Быкова Тайна завещания Леонида Быкова

Воспоминания Глеба Скороходова о Леониде Быкове

Коллекция. Караван историй
10 страшных игр, в которые лучше не играть ночью 10 страшных игр, в которые лучше не играть ночью

На тот случай, если хочешь стать непосредственным участником ужастика

Maxim
Татьяна Правдина: «Когда Зяма смотрел свои фильмы, всегда говорил: «Это — не то!» Татьяна Правдина: «Когда Зяма смотрел свои фильмы, всегда говорил: «Это — не то!»

Актеру Зиновию Гердту было 44 года, а переводчице Татьяне Правдиной — 32

Коллекция. Караван историй
«Преприятный человек» «Преприятный человек»

Почти 200 лет не утихают споры вокруг фигуры Леонтия Дубельта

Дилетант
Джулия Робертс и три ее самых заветных желания Джулия Робертс и три ее самых заветных желания

Второй Джулии Робертс все еще нет как нет

Караван историй
Деменция или простая забывчивость: в чем разница — объяснение врача Деменция или простая забывчивость: в чем разница — объяснение врача

В какой момент стоит начать бить тревогу, подозревая деменцию?

Psychologies
Татьяна Буланова: «Все сама... и уважаю себя за это» Татьяна Буланова: «Все сама... и уважаю себя за это»

Оглядываясь назад, скажу, что можно было бы выглядеть и поприличнее

Коллекция. Караван историй
Нарцисс и карьера: как излишнее самолюбование вредит работе Нарцисс и карьера: как излишнее самолюбование вредит работе

Чем опасен нарциссизм на рабочем месте

Psychologies
6 ключей, чтобы продлить любовь 6 ключей, чтобы продлить любовь

Шесть моделей поведения, которые делают любовные отношения счастливыми

Psychologies
Художник Лариса Ломакина — о работе с Богомоловым, дедлайнах и адреналине Художник Лариса Ломакина — о работе с Богомоловым, дедлайнах и адреналине

Интервью с художником-постановщиком Ларисой Ломакиной

РБК
Как отправить большой файл: 6 способов Как отправить большой файл: 6 способов

Как отправить большой файл, не оплачивая подписки на облака и файлообменники

CHIP
Налоговик в штате и «инфоюристы»: как чета Блиновских годами нарушала налоговое законодательство и не боялась последствий Налоговик в штате и «инфоюристы»: как чета Блиновских годами нарушала налоговое законодательство и не боялась последствий

Как Блиновская годами игнорировала ФНС и что из этого вышло

Inc.
История провала: как российский стартап умных камер SmaSS умер, несмотря на инвестиции и связи История провала: как российский стартап умных камер SmaSS умер, несмотря на инвестиции и связи

Антон Крамаров поделился своей историей взлетов и падений

Inc.
Насколько опасна радиация для человека и как защитить себя, если вы выступили в контакт с радиоактивным веществом Насколько опасна радиация для человека и как защитить себя, если вы выступили в контакт с радиоактивным веществом

Что делать, если вы подверглись воздействию радиоактивных веществ?

ТехИнсайдер
Что сделать, чтобы муж перестал пить? Как психолог отвечает на такой запрос Что сделать, чтобы муж перестал пить? Как психолог отвечает на такой запрос

Иногда запрос — только вершина айсберга, под которым скрывается семейная история

Psychologies
Это нейробаза Это нейробаза

Кратко объясняем ключевые термины из области ИИ

N+1
Роборука может идентифицировать объект одним прикосновением Роборука может идентифицировать объект одним прикосновением

Ученые разработали роботизированную руку, которая использует сенсорное осязание

ТехИнсайдер
Вся правда о неваляшке: вы будете в шоке, когда узнаете родину главного символа СССР Вся правда о неваляшке: вы будете в шоке, когда узнаете родину главного символа СССР

Увлекательная история неваляшки началась в Японии много веков назад

ТехИнсайдер
Почему подкова считается символом удачи? Почему подкова считается символом удачи?

Немногие талисманы на удачу так же узнаваемы, как подкова!

ТехИнсайдер
По техническим причинам: почему продажи электроники перетекают в маркетплейсы По техническим причинам: почему продажи электроники перетекают в маркетплейсы

1/4 всей электроники и бытовой техники в 2022 россияне купили на маркетплейсах

Forbes
Скользкий след в истории Земли: почему люди испытывают отвращение к слизи Скользкий след в истории Земли: почему люди испытывают отвращение к слизи

Отрывок из «Книги слизи. Скользкий след в истории Земли»

Forbes
Весёлые наклейки концептов доказывают, что у Jeep всё ещё есть чувство юмора Весёлые наклейки концептов доказывают, что у Jeep всё ещё есть чувство юмора

Дизайнер экстерьера Jeep разгуливает с целым портфелем забавных наклеек

4x4 Club
«Женщины с Венеры»: почему отличия в физиологии могут помочь в покорении Марса «Женщины с Венеры»: почему отличия в физиологии могут помочь в покорении Марса

Женщина — это «коварная соблазнительница на борту»

Forbes
Cамый загадочный диагноз Cамый загадочный диагноз

ВСД: что это за болезнь и почему врачи её отрицают?

Лиза
Сопротивление в психотерапии: как выявить и преодолеть Сопротивление в психотерапии: как выявить и преодолеть

Думаете, главная трудность с психотерапией — это дойти до нее?

Psychologies
Узнайте интересные факты о легендарной франшизе «Терминатор» Узнайте интересные факты о легендарной франшизе «Терминатор»

«Терминатор" до сих пор может поразить своими содержанием и историей создания

ТехИнсайдер
Открыть в приложении