В середине сентября в Москве открылся Центр по работе с проблемой насилия

ForbesОбщество

«Финансовая зависимость от мужчины — один из первостепенных факторов риска»: интервью с директором Центра по работе с проблемой насилия

Юлия Варшавская

71885601_1212470222274420_1001734412359958528_n.jpg__1569932103__88734.jpg
DR / Анна Ривина

В середине сентября в Москве открылся Центр по работе с проблемой насилия, куда могут обратиться женщины, пережившие или переживающие физический и эмоциональный абьюз. Мы поговорили с его директором, учредителем проекта «Насилию.нет», юристом Анной Ривиной, которая занимается этой проблемой с 2015 года, о том, почему в России почти нет мест, где женщинам в такой ситуации оказывают системную помощь, какова взаимосвязь между домашним насилием и финансовой зависимостью и почему Малышева вступилась за сестер Хачатурян.

Я знаю, что идея сделать подобный центр была уже давно. Почему удалось осуществить ее именно сейчас?

Получилось, на самом деле, очень просто — мы наконец смогли получить финансовую поддержку, без которой это было невозможно сделать раньше. Честно могу сказать, было непросто. Мы столько лет работали на волонтерском запале, и когда в прошлом году открыли возможность поддержать нас пожертвованиями, я была уверена, что люди придут и скажут: «Вы такие молодцы, вы так много сделали, сейчас мы вам поможем». Но оказалось, к сожалению, так оно не работает. Оказалось, что все считают, что если вы сами справляетесь, то и центр откроете без внешней помощи.

В целом, это была долгая эпопея, когда годами я вела различные переговоры — и те обещали, и те обещали, но до конца никто не доходил. В итоге мы просто смогли дождаться момента, когда в одном из конкурсов мы получили грантовую поддержку фонда CAF. Это российское представительство британского фонда, который дал нам эти средства на семь месяцев. И сейчас у нас есть семь месяцев, чтобы доказать себе, можем мы сами работать или не можем. И если окажется, что эта история не найдет продолжения, если у нас не выстроится система, значит, этот центр не так нужен людям. Поэтому я не считаю, что это мой крест, который нужно нести всю жизнь. У меня есть ощущение, что я делаю все возможное для того, чтобы создать важную институцию. Если она женщинам нужна, значит она будет жить, если нет — так тому и быть.

Из личных архивов

Как эта помощь женщинам осуществлялась до того, как появился центр?

В основном мы оказывали помощь онлайн, еще были какие-то встречи. Все равно в первую очередь мы выполняли распределительную функцию. То есть у нас был такой механизм: максимум усилий тратилось на медийные ресурсы для того, чтобы люди узнали, что мы существуем. Чтобы нам могли написать из любой точки страны, в том числе, конечно, и из Москвы. Потому что абсолютное большинство пострадавших в Москве не знают о том, что в городе есть государственный кризисный центр. И не знают, что нужно сделать, чтобы туда обратиться.

Я тоже о нем не знала. Где он находится, и как там помогают женщинам?

Государственный кризисный центр — это убежище для женщин, переживших насилие, он уже несколько лет существует на улице Дубки 9А. Но там проблема в чем? Во-первых, туда бесплатно могут обратиться только женщины, у которых есть регистрация в соответствующем субъекте. То есть мы всех более уязвимых женщин из регионов сразу убираем. Помимо этого, там нужно бюрократически доказать, что тебя били.

То есть ты «по дороге» должна сначала зайти в полицию, зафиксировать побои, а потом уже с бумагами обращаться в центр? Но ведь обращение в полицию обычно и есть самый психологически сложный момент для женщины, пережившей насилие?

Да. Очень хорошо, что они в принципе существуют, но насколько доступно они работают — большой вопрос. Я считаю, такая помощь должна осуществляться в совершенно других масштабах, это раз. Во-вторых, в совершенно ином качестве. Будучи несколько лет исполнительным директором фонда «СПИД. Центр» Красовского, я интересовалась активно и доступностью для женщин ВИЧ+, оказалось, что туда (в кризисный центр) не берут ВИЧ-положительных женщин. У них нет ни одного запрещающего документа, ни одной инструкции, но не берут — и все.

Но главная проблема в том, что о них большинство тех, кому эта помощь нужна, не знает. При этом они говорят: «У нас несколько десятков койко-мест, и в Москве больше не надо, мы более чем справляемся». Конечно, вы справляетесь! Потому что все, кому нужна помощь, просто не знают, что к вам можно прийти за ней!

Нашей главной задачей было выстроить такую систему, когда нам могут написать из любого уголка России, и мы могли отправить человека либо в государственное, либо в негосударственное убежище, или к психологу. Помимо этого, в прошлом году мы делали набор волонтеров-психологов, которых обучили так, чтобы они вели с женщинами именно психотерапию. Я, как юрист, веду какое-то консультирование. В случаях, связанных с судом, отправляем к коллегам, кто умеет работать с этой темой. Еще до появления центра сотни женщин за эти годы от нас получили помощь.

Расскажите, как устроен весь процесс. Вот с женщиной случился прецедент домашнего насилия. Что дальше она может сделать, и что происходит, когда она приходит к вам?

В первую очередь, она должна быть готова попросить о помощи. И этот момент для многих остается не понятным. Например, недавно на Facebook (соцсеть признана в РФ экстремистской и запрещена) был очередной скандал, когда некий молодой человек написал пост о том, что его соседку по квартире избивает партнер. И он стал очень эмоционально писать нам, мол, помогите. А мы отвечаем, что не можем помогать женщине, которая за помощью к нам не пришла. В итоге в наш адрес получили кучу оскорблений и агрессии потому, что мы не бросили все в ту же секунду и не поехали разговаривать с этой соседкой. Мы пытались ему объяснить, что методология работы с жертвами насилия выстроена не просто так. Человек должен сам обратиться за помощью, потому что иначе это не имеет никакого смысла.

Поэтому очень важно, чтобы женщина пришла к нам сама. Если она к нам пришла, у нас есть два ключевых направления специальной помощи: психологи и юристы. Если ей нужна помощь психологическая — мы с этого начинаем. Я за то, чтобы всегда сначала проводилась хотя бы одна сессия с психологом, а уже потом женщину отправляли к юристу. Потому что очень часто те юридические меры, которые необходимы — алименты, бракоразводные документы — просто невозможно осуществить, пока человек себя психологически не соберет.

У вас можно остаться на какое-то время?

Жить у нас нельзя — и будет нельзя, потому что мы не хотим быть убежищем. Это происходит по нескольким причинам: во-первых, у нас на это нет денег. Во-вторых, мне это неинтересно. Мы даже не называемся «Центром помощи женщинам», мы называемся «Центром по работе с проблемой насилия». Мне интересно работать с превенцией, мне хочется сделать так, чтобы эти женщины оказались у нас до того, как произошло что-то страшное.

Кроме того, я не хочу замещать государство. Я не хочу, чтобы наши налоги переставали служить нам. Я хочу, чтобы власть понимала, что нужен закон, защищающий женщин от насилия, что необходимо оптимальное количество кризисных центров и доступной помощи за счет государства. Если мы начнем все это инициировать, они точно скажут: «Вы сами справляетесь, так ради бога». А это все должно происходить не так.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

6 способов правильно высушить обувь осенью и зимой 6 способов правильно высушить обувь осенью и зимой

Правильные способы привести обувь в порядок в период слякоти

Cosmopolitan
Как научить ребенка учиться и все не испортить Как научить ребенка учиться и все не испортить

Как поддержать интерес ребенка к познанию

Psychologies
Волнение. Фрагмент пьесы Волнение. Фрагмент пьесы

Отрывок пьесы «Волнение» Ивана Вырыпаева

СНОБ
Вышли в прайм-тайм Вышли в прайм-тайм

Эксперт: как координировать жизнь, руководствуясь фазами менструального цикла?

Cosmopolitan
Разговор с людьми о ценах: может ли Центробанк управлять инфляционными ожиданиями Разговор с людьми о ценах: может ли Центробанк управлять инфляционными ожиданиями

Как Центробанку добиться взаимопонимания с обществом?

Forbes
Как потомственный целитель создал крупнейшую в России стоматологическую сеть Как потомственный целитель создал крупнейшую в России стоматологическую сеть

Тамаз Мчедлидзе пробует управлять ресурсами человеческого здоровья

Forbes
Работа над ошибками Работа над ошибками

Учимся соблюдать правила деловых отношений

Cosmopolitan
7 грехов Гуфа: измены, наркотики и другие вещи, за которые ему наверняка стыдно 7 грехов Гуфа: измены, наркотики и другие вещи, за которые ему наверняка стыдно

Составили список вещей, в которых обвиняли рэпера Гуфа

Cosmopolitan
Формула смазки: что объединяет гоночное и гражданское масла Формула смазки: что объединяет гоночное и гражданское масла

Существуют бренды, которые превратились в живых легенд мирового автоспорта

Популярная механика
Рецепт успеха Рецепт успеха

Эти женщины умеют сделать из лимонов не лимонад, а настоящие миллионы долларов

Добрые советы
Стоматолог-ортопед — о том, как выбирать виниры Стоматолог-ортопед — о том, как выбирать виниры

Как виниры влияют на качество жизни

РБК
Сила притяжения Сила притяжения

Риналь Мухаметов рассказал об отношении к возрасту, о будущем кино, Саше и Дане

Glamour
Малый бизнес и налоги: кто кого? Малый бизнес и налоги: кто кого?

В 2020 году налоговая нагрузка на малый бизнес увеличится на 4,9%

Forbes
Дефицит кальция у детей Дефицит кальция у детей

Кальций – макроэлемент, который необходим для большинства процессов в организме

Здоровье
Не беси меня! Не беси меня!

Рассказываем, что мужчин раздражает в женщинах

StarHit
Бортовой журнал: Audi Q8, Lexus UX, Toyota CH-R, Kia Cerato и другие Бортовой журнал: Audi Q8, Lexus UX, Toyota CH-R, Kia Cerato и другие

Ежедневно сотрудники Autonews.ru тестируют новые автомобили

РБК
Bloomberg рассказал о кардинальной смене внешней политики России Bloomberg рассказал о кардинальной смене внешней политики России

Владимир Путин решил применить более мягкий подход во внешней политике России

Forbes
В рейтинг богатейших женщин России впервые вошли два миллиардера В рейтинг богатейших женщин России впервые вошли два миллиардера

Богатейшие женщины России

Forbes
АСВ взяло на работу юриста из «списка Магнитского» АСВ взяло на работу юриста из «списка Магнитского»

АСВ начало избавляться от внешних юристов

Forbes
Кто получит Нобелевскую премию по литературе в этом году Кто получит Нобелевскую премию по литературе в этом году

Букмекеры ставят на писательницу из России, а Джордж Мартин закрывает шорт-лист

GQ
От войны до войны От войны до войны

В каких условиях была выстроена советская медицина

Дилетант
Если и отращивать бороду, то как у Майкла Кейна Если и отращивать бороду, то как у Майкла Кейна

Мы задаемся вопросом: почему Кейн не ходил так всегда?

GQ
Лучший выбор Лучший выбор

Учёные провели самую масштабную ревизию широко распространённых методов лечения

Здоровье
Мощные вещи Мощные вещи

Какова движущая сила Четвертой промышленной революции?

РБК
Интерьер для счастья Интерьер для счастья

Моя встреча с человеком, который уверен: красивые квартиры делают нас другими

StarHit
Как запрограммировать пульт для шлагбаумов и гаражных ворот? Как запрограммировать пульт для шлагбаумов и гаражных ворот?

Если вам мало одного пульта для управления, можно сделать его дубликат

CHIP
7 факторов, которые влияют на твою сперму (и не у всех положительный эффект!) 7 факторов, которые влияют на твою сперму (и не у всех положительный эффект!)

Информация о сперме, которой должен владеть каждый

Playboy
Тест монитора Asus Designo Curve MX38VC: король ультра-широкого формата Тест монитора Asus Designo Curve MX38VC: король ультра-широкого формата

Монитор Asus Designo Curve MX38VC относится к офисному сегменту

CHIP
Почему зарубежным трендам тяжело прижиться в России Почему зарубежным трендам тяжело прижиться в России

К сожалению, в России нет ни индустрии моды, ни умения одеваться

GQ
«Отстаньте, мне некогда!» «Отстаньте, мне некогда!»

Родион Газманов нашел себя в разных областях, освоил разные профессии

OK!
Открыть в приложении