Утопия, помещенная Франсуа Рабле в его роман «Гаргантюа и Пантагрюэль»

WeekendИстория

Откуда в утопии свобода

Утопия, помещенная Франсуа Рабле в его роман «Гаргантюа и Пантагрюэль»,— аббатство, которое Гаргантюа основывает для брата Жана в качестве дара за его подвиги

Проект Григория Ревзина «Оправдание утопии». Рабле: Телемское аббатство

Неизвестный художник. Портрет Франсуа Рабле, 1501–1600. Фото: Palace of Versailles

«Само здание было построено в виде шестиугольника, с высокими круглыми башнями по углам, диаметром в шестьдесят шагов каждая; все башни были одинаковой величины и одинаковой формы. <…> В нем насчитывалось девять тысяч триста тридцать две жилые комнаты, при каждой из которых была своя уборная, кабинет, гардеробная и молельня и каждая из которых имела выход в большой зал». Помимо этих комнат, в здании находились библиотека, «прекрасные просторные галереи, расписанные по стенам фресками, которые изображали подвиги древних героев, события исторические и виды различных местностей», «были устроены для развлечения ристалище, ипподром, театр, бассейн для плавания и изумительные трехъярусные бани», «манежи для игры в маленький и в большой мяч», «красивый парк с чудным лабиринтом посредине», сад и «большой парк, где была пропасть всяких зверей».

У Рабле «монах обратился с просьбой основать обитель, не похожую ни на какую другую». Архитектурно это не похоже на монастырь, но похоже на замки Луары, только «стократ пышнее Бониве, Шамбора и Шантильи». По устройству жизни Телем — это королевский двор без монарха. «Устав состоял только из одного правила: ДЕЛАЙ ЧТО ХОЧЕШЬ», и это главный тезис утопии Рабле, но более предметно жители аббатства занимались придворными досугами — они пировали, танцевали, охотились, гуляли, читали, музицировали, смотрели спектакли и участвовали в спортивных состязаниях. Это идеальные ренессансные придворные. «Среди них не оказалось ни одного мужчины и ни одной женщины, которые не умели бы читать, писать, играть на музыкальных инструментах, говорить на пяти или шести языках и на каждом из них сочинять и стихи и прозу. Нигде, кроме Телемской обители, не было столь отважных и учтивых кавалеров, столь неутомимых в ходьбе и искусных в верховой езде, столь сильных, подвижных, столь искусно владевших любым родом оружия; нигде, кроме Телемской обители, не было столь нарядных и столь изящных, всегда веселых дам». Это общество обслуживается множеством слуг и мастеров — «там жили ювелиры, гранильщики, вышивальщики, портные, золотошвеи, бархатники, ковровщики, ткачи».

В монастырь принимались только молодые люди. Можно предположить, что заняты они были прежде всего друг другом. Рабле не пишет об этом прямо, но всячески намекает: «надлежит ввести правило, воспрещающее женщинам избегать мужского общества, а мужчинам — общества женского», «перед залами женской половины находились помещения для парфюмеров и цирюльников, через руки которых непременно должны были пройти мужчины, навещавшие женщин». Отношения были свободными, желающие могли заключить брак, выйдя из монастыря. «Когда кто-нибудь из мужчин бывал вынужден покинуть обитель, то ли по желанию родителей, то ли по какой-либо другой причине, он увозил с собою одну из женщин, именно ту, которая благосклонно принимала его ухаживания, и они вступали в брак; они и в Телеме жили в мире и согласии, а уж поженившись, еще того лучше; до конца дней своих они любили друг друга так же, как в день свадьбы».

Шарль Ленорман. План Телемского аббатства, 1840. Фото: Charles Lenormant; Musee Medard

«Гаргантюа и Пантагрюэль» считается великим текстом мировой литературы, но Телем не считается великой утопией. Первая книга романа, «Гаргантюа» (изначально она была второй и вышла после «Пантагрюэля»), была опубликована через 18 лет после «Утопии» Томаса Мора, и это соседство придало тексту статус полемики, но полемики, не отмеченной печатью философии. С одной стороны, это как будто бы и естественно, поскольку мы имеем дело с произведением «смеховой культуры», не предполагающим аргументов против Мора с философских, экономических или политических позиций. Однако Михаил Бахтин, придавший роману Рабле колоссальное значение манифестации alter ego европейской цивилизации — карнавальной, смеховой, народной культуры,— именно телемский фрагмент таковым не считал. «По своему существу Телем,— пишет он,— гуманистическая утопия, отражающая влияние книжных (преимущественно итальянских) источников». Она выстроена на «простой замене отрицания утверждением. <…> В средневековой литературе мы найдем целый ряд аналогичных построений: например, „Правила блаженного Либертина" — пародийный монашеский устав, построенный на разрешении и освящении того, что монахам запрещается. <…> В эпоху Ренессанса образ „монастыря наизнанку", где все подчинено культу Венеры и любви, дает Жан Лемер в „Храме Венеры" и Кокийар в „Новых правах". Оба эти произведения оказали некоторое влияние на Рабле».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Не просто так Не просто так

«Изобретая Анну»: между «Сексом в большом городе» и историей Анны Сорокиной

Weekend
Человек и его бактерии: что нужно знать о кишечной микрофлоре Человек и его бактерии: что нужно знать о кишечной микрофлоре

Как микробиота защищает нас от инфекций и влияет на развитие болезней?

Популярная механика
«Писатель бывает чрезвычайно туп, но все же не настолько, как думают о нем иные критики» «Писатель бывает чрезвычайно туп, но все же не настолько, как думают о нем иные критики»

Уистен Хью Оден о том, зачем люди пишут книги и как их читают

Weekend
Пористый ацетат целлюлозы защитил мороженое и ледник от таяния Пористый ацетат целлюлозы защитил мороженое и ледник от таяния

Материал не дал льду растаять под действием солнечных лучей почти шесть часов

N+1
Стихийные отношения Стихийные отношения

Громкие заявления о подъеме уровня океана голландцы не слышат, а видят

Вокруг света
Путь к углеродной нейтральности Путь к углеродной нейтральности

Какую роль будет играть сельское хозяйство в декарбонизации экономики

Агроинвестор
Мечты о чем‑то большем Мечты о чем‑то большем

Иван и Михаил Засидкевичи — они же группа Dabro

Glamour
«Я против семейственности»: Надежда Михалкова — о сериале «Номинация», проблемах киноиндустрии и отношениях с отцом «Я против семейственности»: Надежда Михалкова — о сериале «Номинация», проблемах киноиндустрии и отношениях с отцом

Надежда Михалкова — о том, что на самом деле думает о российской киноиндустрии

Esquire
Держи лицо: какие манипуляции в мужской пластике особенно востребованы и почему? Держи лицо: какие манипуляции в мужской пластике особенно востребованы и почему?

Что полезно узнать, прежде чем решиться на пластику?

Esquire
У истоков интернет-порно: о чем на самом деле сериал «Пэм и Томми» У истоков интернет-порно: о чем на самом деле сериал «Пэм и Томми»

Минисериал о главном секс-скандале 1990-х с участием Памелы Андерсон

РБК
6 странных способов, которыми люди охраняют погребения и могилы 6 странных способов, которыми люди охраняют погребения и могилы

Тайные комнаты, ртуть и военные подразделения — всё это охрана погребений

Maxim
Война будущего Война будущего

Борьба за территорию сменяется борьбой за умы

Esquire
От бумеров до альфа От бумеров до альфа

Теория поколений распространилась в виде мемов и героев. Кто из них вы?

Популярная механика
Маршруты Сикстинской Мадонны Маршруты Сикстинской Мадонны

«Сикстинской Мадонне» было суждено пережить много приключений

Дилетант
Наследство Жириновского. Почему российские партии переживут своих лидеров, но не переживут Путина Наследство Жириновского. Почему российские партии переживут своих лидеров, но не переживут Путина

Как болезнь Жириновского отразится на судьбе путинской политической системы

СНОБ
Как водители наказывают обочечников на дороге (сурово, но справедливо) Как водители наказывают обочечников на дороге (сурово, но справедливо)

Нашумевшие истории о противостоянии обочечников с принципиальными водителями

РБК
Раба Москвы: каким получился фильм «Продукты-24» Михаила Бородина, прогремевший на Берлинале Раба Москвы: каким получился фильм «Продукты-24» Михаила Бородина, прогремевший на Берлинале

Режиссер из Узбекистана о том, как его соотечественники попадают в рабство

Esquire
«Семейным лучше не надо». Как мы устраивались в ГИБДД. Репортаж «Семейным лучше не надо». Как мы устраивались в ГИБДД. Репортаж

Хорошее здоровье, отсутствие плоскостопия — как устроиться в ГИБДД?

РБК
Не стыдитесь сделать работу своим главным приоритетом Не стыдитесь сделать работу своим главным приоритетом

Как обойти всех на карьерных поворотах?

GQ
Людмила Петрушевская Людмила Петрушевская

Писательница Людмила Петрушевская — о литературе, кино и своем настоящем имени

Maxim
На всю оставшуюся жизнь: Isuzu MU-X На всю оставшуюся жизнь: Isuzu MU-X

Пора проголосовать рублем за старую школу автомобилестроения

Maxim
Археологи нашли древнекорякские погребения в отвесных скалах Археологи нашли древнекорякские погребения в отвесных скалах

Остатки жилищ, многочисленные артефакты из камня, кости и дерева

N+1
Самая соль Самая соль

Морская соль полезна для волос и помогает устранить перхоть и выпадение

Лиза
Во Франции нашли поселение железного века и римскую виллу с термами и винным погребом Во Франции нашли поселение железного века и римскую виллу с термами и винным погребом

Находки археологов рассказали о процветании Руссильон в древности

N+1
«Яды: вокруг и внутри. Путеводитель по самым опасным веществам на планете» «Яды: вокруг и внутри. Путеводитель по самым опасным веществам на планете»

Отрывок из книги химика Сакины Зеналовой о ядовитых веществах природы

N+1
Фотосессия на миллион: 8 главных правил от эксперта Фотосессия на миллион: 8 главных правил от эксперта

Фотогеничность и креатив — это не врожденный дар, а навык, который можно развить

Cosmopolitan
«Уэбб»: наследник великих космических обсерваторий «Уэбб»: наследник великих космических обсерваторий

Чего нам ждать от телескопа имени Джеймса Уэбба?

Наука и жизнь
Локомотив беби-бумеров, идейные миллениалы и прагматичные зумеры: гид маркетолога Локомотив беби-бумеров, идейные миллениалы и прагматичные зумеры: гид маркетолога

Разделение на поколения — один из самых популярных способов сегментации рынка

Forbes
Легко и с юмором Легко и с юмором

Марина Кравец — о юности, голодных художниках и ненормативной лексике

Cosmopolitan
Почему не стоит бояться «Улисса» и что почитать, чтобы его понять Почему не стоит бояться «Улисса» и что почитать, чтобы его понять

«Улисс» Джеймса Джойса — одно из фундаментальных произведений XX века

РБК
Открыть в приложении