Только когда же это было, «летось»? Слово это встречается во множестве говоров

Наука и жизньКультура

Летось

Кандидат филологических наук Дарья Зарубина

Иллюстрация Л. О. Пастернака к роману Л. Н. Толстого «Воскресение». 1899 год.

«– Ведь я говорил вам, обгородили бы.
— А ты лесу дай, — сзади вступился маленький, невзрачный мужичок. — Я хотел летось загородить, так ты меня на три месяца затурил вшей кормить в замок. Вот и загородил.
— Это что же он говорит? — спросил Нехлюдов у управляющего.
— Der erste Dieb im Dorfe, — по-немецки сказал управляющий. — Каждый год в лесу попадался. А ты научись уважать чужую собственность, — сказал управляющий.
— Да мы разве не уважаем тебя? — сказал старик. — Нам тебя нельзя не уважать, потому мы у тебя в руках; ты из нас верёвки вьёшь.
— Ну, брат, вас не обидишь; вы бы не обидели.
— Как же, обидишь! Разбил мне летось морду, так и осталось. С богатым не судись, видно».

Читая этот фрагмент романа Льва Николаевича Толстого «Воскресение», внимательный к слову читатель очень хорошо видит и понимает, для чего затеяли весь этот спектакль крестьяне и немец-управляющий. Успокоить барина, которому взбрело в голову очередной раз «сделать как лучше», потому что веками мужики научены, чем оборачивается господская милость. Не до жиру, быть бы живу.

Поэтому и начинает заученный диалог немец-управляющий, стараясь избавить барина от смущения перед мужиками. Василий Карлович — «спокойный, самоуверенный», «сильный, перекормленный», считает себя знатоком русского мужика и прекрасно, правильно говорит по-русски. Толстой указывает читателю на тот поразительный контраст, который представляет управляющий и сам Нехлюдов с «худыми, сморщенными лицами и выдающимися из-под кафтанов худыми лопатками мужиков».

Разговор разыгрывается как по нотам. Управляющий знает свою роль на зубок: говорит о благодетеле-барине и о том, что крестьяне, нарушители закона, такой милости не стоят.

Мужик-краснобай отвечает ему по всем правилам:

«— Как не стоим, Василий Карлыч, разве мы тебе не работали? Мы много довольны барыней-покойницей, царство небесное, и молодой князь, спасибо, нас не бросает».

Да только прорывается желание сказать барину, как тяжело мужикам, как зажимает их управляющий. И как только начинает один говорить не по-заученному, Нехлюдов просит «перевести», объяснить: «Это что же он говорит?». И в этом вопросе не столько непонимание речи, сколько непонимание, как такое вообще может быть, как может свершаться такая несправедливость.

Хотя… Может, Нехлюдову и правда неясен смысл этих «затурить», «в замок» и загадочного «ле́тось». Причём в тексте романа это последнее слово встречается только три раза, два из них — в этом диалоге, и, видимо, употребляет его один и тот же мужичок, который никак не желает говорить «по сценарию».

На контрасте с этим простонародным «летось» управляющий переходит на немецкий. Мужички тотчас вспоминают про свои «роли». Потому что главная задача их — сохранить уклад, к которому все привыкли. Мало ли что барину «вздурилось». Крепко сидит в голове у мужика, что всякий раз такое благо выходит боком крестьянину, это лишь способ его, мужика, половчее обобрать, потому что каждый заботится только о своём благе.

А в другой деревне крестьяне прямо говорят Нехлюдову, что не возьмут землю, которую он им дарит, хотят оставить всё как есть. Да, тяжело сейчас, голодают, гибнут, но вдруг станет ещё хуже.

Слово «затурить» и современному читателю вполне понятно. Сохранилось просторечное «вытурить» — выгнать, грубо выставить за дверь. И по значению приставки «за» можно догадаться, что бедолагу схватили и бросили в тюрьму, не вытолкнули, а втолкнули в дверь, которую за ним и заперли на три месяца.

Только когда же это было, «летось»?

Слово это встречается во множестве говоров. Например, свойственно оно севернорусским говорам, в которых есть группа наречий с общим значением прошедшего времени: летось, зимусь, вёснусь, осенесь, утрось, ночесь. В таком случае «летось» — это «прошлым летом».

В похожем значении слово встречается несколько раз у Виктора Петровича Астафьева. В книге «Плацдарм», второй книге неоконченного романа «Прокляты и убиты», один из героев вспоминает, как гибли его товарищи на Истре:

«А кто мне время на подготовку отпушшал? — сердился новоиспечённый полководец. — Прямо с эшелону в бой кидали, в Истру энту говённую, бездонную. Я летось в Кремель по делам ездил, дак попросился Истру посмотреть. Чё, если русский солдат покруче выпьет, с похмелья перессыт».

Кандыба, герой повести «Без приюта», входящей в состав книги В. П. Астафьева «Последний поклон», говорит, что «летось» сбежал из детского дома.

«Из щели подоконника выковырял бычок — сам и прятал когда-то, сильный бычок — половина “беломорины”. Оживел корешок от такой находки, закурил, распахнулся. На нём рубаха свежая, хоть и не новая. — Дом как дом. Получше, правда, канского, из которого я летось мотанул. Побогаче. — Он затянулся по-взрослому умело, густо выдохнул дым, щуря глаз. — Воспиталки тоже всякие, есть дуры дурами, которые ничё, ходят в детдом всё равно как на лесобиржу доски складывать. А которые и папой и мамой сразу быть норовят!.. Этих братва со свету сживает, — Кандыба до трубочки дососал бычок, защёлкнул его в тугую дверь печки, посидел недвижно, ровно бы забыв про меня, и неожиданно улыбнулся, так же, как в прошлые наши отрадные времена, всем лицом: быстрыми глазками, кругляшком носа, широкими губами. — Одна щебетунья-мамочка бегает, кудряшками трясёт: “Вороваць нехорошо! Драться и ругаться нехорошо! Учицесь, деци! В этом ваша достойная благодарность за цёплую о вас заботу!..” Про великих людей трещит, какие они все были послушные, как всё время помогали родителям, как старательно учились, примером были для всех... Макаренку какого-то часто поминает. Не знаешь, кто такой?»

По-северному цокая, «трещит» кудрявая «мамочка» про великих, а в повести «Где-то гремит война» уже сам главный герой «Последнего поклона», Витька, повзрослевший, горячо рассказывает о великих, отговаривая тётку, измученную несчастливой долей, «удавиться». И именно по слову «летось» обнаруживается эта неожиданная «рифма». «Летось» муж тётки Августы, которого она оплакивает как погибшего на войне, «насадил табаку». «В огороде место оставалось.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Путешествие в тарантасе с кокурками, скородумками и другим дорожным припасом Путешествие в тарантасе с кокурками, скородумками и другим дорожным припасом

Домашние припасы по-гоголевски

Наука и жизнь
Х – значит «Холостяк»: интервью с новым героем шоу Антоном Криворотовым Х – значит «Холостяк»: интервью с новым героем шоу Антоном Криворотовым

Что ждет от популярного и обсуждаемого шоу совершенно не медийный человек

Cosmopolitan
Трагедия Эйнштейна, или счастливый Сизиф Трагедия Эйнштейна, или счастливый Сизиф

Очерк второй. Эйнштейн против Паули. Единая теория поля

Наука и жизнь
Один + один Один + один

Какие бьюти-средства усилят действие друг друга, а какие лучше не сочетать

Лиза
Где лечиться? Где лечиться?

В какую поликлинику идти – государственную или частную

Домашний Очаг
Почему состоятельные люди оставляют детей без наследства Почему состоятельные люди оставляют детей без наследства

Почему многие звезды и бизнесмены не завещают детям своё состояние

РБК
Вопросы на засыпку Вопросы на засыпку

Найдите ответы на пять простых, но каверзных вопросов, призвав на помощь логику

Наука и жизнь
На сцену за мечтой На сцену за мечтой

Актриса Галина Безрук о разочарованиях, стереотипах и личном счастье

OK!
Память — главная функция мозга Память — главная функция мозга

Отвечает директор Научного центра неврологии РАН академик Михаил Пирадов

Наука и жизнь
Оставили на съедение Оставили на съедение

Вы готовы бежать на край света за редким фруктом?

Grazia
Стая товарищей Стая товарищей

Рассказ Елены Первушиной

Наука и жизнь
Фитиновая кислота: найти и обезвредить Фитиновая кислота: найти и обезвредить

В ряде полезных растений содержится коварная фитиновая кислота

Здоровье
Керенский: первая любовь революции Керенский: первая любовь революции

Мог ли изменить ход истории глава Временного правительства в 1917 году

Дилетант
Алиса Горшенина Алиса Горшенина

Алиса Горшенина посылает капсулу прошлого и рентген настоящего в будущее

Собака.ru
«Матчу» — 6 лет: важные для телеканала рекорды к его дню рождения «Матчу» — 6 лет: важные для телеканала рекорды к его дню рождения

В ноябре 2021 года главному спортивному телеканалу страны исполняется 6 лет

Esquire
Первые шаги к миллиарду: с чего начинали Галицкий, Дуров, Тиньков, Фридман и Абрамович Первые шаги к миллиарду: с чего начинали Галицкий, Дуров, Тиньков, Фридман и Абрамович

34-ый выпуск Forbes Digest посвящен разбору первых шагов в бизнесе миллиардеров

Forbes
Человек и салат: 9 мифов о Юлии Цезаре Человек и салат: 9 мифов о Юлии Цезаре

Правда и мифы о Юлии Цезаре

Вокруг света
Не по-королевски! Чем детство Арчи Виндзора будет отличаться от детства Джорджа Не по-королевски! Чем детство Арчи Виндзора будет отличаться от детства Джорджа

Для детей королевской семьи предусмотрены особые правила и указания

Cosmopolitan
Алкогений: Георгий Данелия Алкогений: Георгий Данелия

«Выпившего творца куда только не занесет: то в женское общежитие, то в милицию»

Maxim
О чём пишут научно-популярные журналы мира О чём пишут научно-популярные журналы мира

Интересные исследования и новости научного мира

Наука и жизнь
Кейт Аткинсон: Большое небо Кейт Аткинсон: Большое небо

Первые главы нового цикла романов Кейт Аткинсон

СНОБ
Почему мы переоцениваем наши силы и что с этим делать Почему мы переоцениваем наши силы и что с этим делать

Почему не стоит задирать планку требований к самому себе слишком высоко

РБК
Пока все дома: как научиться работать «на удаленке» и не впасть в депрессию Пока все дома: как научиться работать «на удаленке» и не впасть в депрессию

Как простым сотрудникам пережить переход «на удаленку» без особых потерь

Forbes
Несколько способов осадить критикана Несколько способов осадить критикана

С непрошеной критикой так или иначе сталкивается почти каждый из нас

Psychologies
Как семья из Огайо создала бизнес стоимостью $1 млрд, придумав самый популярный антибактериальный гель в США Как семья из Огайо создала бизнес стоимостью $1 млрд, придумав самый популярный антибактериальный гель в США

Супруги Липпман начинали после войны с производства чистящих средств для рук

Forbes
Метеозависимость, рассол от похмелья и 3 других мифа о головной боли Метеозависимость, рассол от похмелья и 3 других мифа о головной боли

Врач-невролог Дмитрий Шубин отделяет зерна от плевел, а мифы — от правды

Популярная механика
Святая простота. Почему так привлекателен мир без правил Святая простота. Почему так привлекателен мир без правил

Теперь система вступает на путь прямых и примитивных ответов на любые вызовы

СНОБ
Михаил Бабенко: Быть экологически ответственным выгодно Михаил Бабенко: Быть экологически ответственным выгодно

Уже пора понять: от нас зависит, что останется нашим детям

РБК
Обливаться вином, прыгать через младенцев: 6 удивительных европейских фестивалей Обливаться вином, прыгать через младенцев: 6 удивительных европейских фестивалей

Шесть оригинальных народных праздников

Forbes
Пять женщин-архитекторов, за которыми стоит следить Пять женщин-архитекторов, за которыми стоит следить

Перспективных женщины-архитекторы и их проекты

Forbes
Открыть в приложении