Как сегодня выглядит борьба с капитализмом в сердце Европы

EsquireРепортаж

Жизнь на Марксе

По заданию Esquire журналист Егор Лапшов внедрился в ряды Lotta Comunista, последней крупной коммунистической организации Италии, и выяснил, как сегодня выглядит борьба с капитализмом в сердце Европы.

Иллюстратор Илья Митрошин

«Привет! Как тебя зовут? Ты торопишься? Оставишь свой номер?» Ранним утром у входа в университет меня останавливает симпатичная итальянка. Обрадованный ее вниманием, я оставляю свой контакт, но спросонья забываю спросить ее имя. К счастью, она звонит этим же вечером, чтобы назначить встречу. «Будет интересно», – обещает она.

Кьяре – так зовут девушку – девятнадцать, и она учится на лингвиста. На ней брюки клеш и потертая куртка, выдающие любительницу секонд-хендов. Короткая стрижка, серый берет на голове. «С 14 лет я воюю с капитализмом, – говорит она. – Владимир Ленин – мой кумир. Егор – это же русское имя? Ты из России? Я мечтаю увидеть «Аврору»! Я заверяю Кьяру, что от моей квартиры в Санкт-Петербурге до крейсера можно дойти за 15 минут. Кажется, лед тронулся. Мы говорим о цинизме, пропитавшем современное общество, она вручает мне листовку с призывом против войны в Сирии и прощается: «Если тебе правда интересно, давай я познакомлю тебя со своими друзьями. Мы встречаемся завтра. Они заедут за тобой в два». Так я попадаю в самую большую коммунистическую организацию Италии.

На антивоенной листовке, которую мне оставила Кьяра, изображены серп и молот, подписанные Lotta Comunista («Коммунистическая борьба» (ит.). – Esquire). В 1965 году организацию основали бывшие партизаны, исключенные из федерации анархистов за чрезмерные симпатии к Ленину. Поначалу основатели «Лотты» прибились к коммунистической партии Италии (распущена в 1991 году. – Esquire), но и оттуда их выгнали – в этот раз за акции в поддержку Венгерского восстания 1956 года. По мнению бывших партизан, решение ввести в Будапешт танки было предательством заветов Ленина, а значит, не имело ничего общего с настоящим коммунизмом.

Любой человек, проживший в Италии хотя бы неделю, перенимает местное ощущение времени. Если вам назначают встречу в 14:00 – значит, не раньше 14:20. Исключений я не встречал – до тех пор, пока не связался с «Лоттой». Ровно в 14:00 раздается звонок: «Мы у дома. Когда ты будешь?» Я одеваюсь, выбегаю из дома и встречаю Вэя. 28-летний китаец стоит у подъезда и с укором смотрит на меня.

– Почему ты опаздываешь?

– Извини, я не знал, что ты не итальянец.

– Прежде всего я коммунист. Больше так не делай! Идем.

На все мои вопросы бригадир отвечает с некоторой задержкой, как чат-бот в банковском приложении, обдумывая каждое слово. Но судя по довольной улыбке, которая постепенно проявляется на его лице, он проникается ко мне симпатией: «К нам еще ни разу не приходил русский. Тебе повезло: сегодняшняя встреча – главная в этом полугодии. Приедут гости из десяти стран».

Вэй живет в Италии десять лет. Он выучился на инженера, но уже три года не может найти работу.

«Русские ближе всего подошли к построению справедливого общества, – продолжает он. – Если бы Сталин все не испортил, а Ленин пожил бы чуть дольше… Наверняка ты сможешь рассказать нам много интересного».

Мы подходим к старенькому Fiat. За рулем сидит 73-летний А ле с с а н дро, с начала 1970-х убежденный коммунист. Всю жизнь он проработал на заводе Fiat, собирая машины. «Я дослужился до старшего мастера. Сейчас на пенсии. Эта машина, – он похлопывает по рулю, – подарок компании к 20-летию моей карьеры». Чтобы поместиться на заднем сиденье, нам с Вэем приходится убрать с него пачки листовок в багажник. Проехав несколько кварталов, мы останавливаемся. «Дальше – на метро, – говорит Алессандро. – Не хочу платить за парковку в центре. Когда у меня появилась эта машина, везде можно было парковаться бесплатно, представляешь?»

Наконец мы добираемся до старого кинотеатра в самом центре Милана, в двух шагах от улицы Монтенаполеоне, первой в Италии и пятой в мире по стоимости аренды. Несколько сотен человек с плакатами «Лотты» выглядят здесь странно. Вэй звонит своим sostenitori («сторонники» (ит.). – Esquire) и вычеркивает фамилии из списка в блокноте. Собрав группу из десяти человек, он ведет всех внутрь. Ярко-красные знамена, из колонок звучит «Интернационал», лотки со значками с портретом Маркса («если не покупаешь, фотографировать нельзя!»), книги Ленина и Энгельса. Вэй не отходит от меня ни на минуту.

«Егор приехал к нам из России», – бригадир с гордостью представляет меня другим sostenitori, среди которых два сенегальца, албанец и несколько итальянцев. Я нигде не вижу Кьяры. Вэй, будто прочитав мои мысли, окончательно разбивает иллюзии: «Кьяра не придет. Она занята вербовкой новых сторонников. Ты обязательно увидишь ее в следующий раз», – ухмыляется он. Зал тем временем заполнился под завязку, среди собравшихся много молодых арабов и африканцев, итальянцы постарше – им всем около шестидесяти. Во времена их юности итальянская коммунистическая партия была самой многочисленной из тех, что работали в развитых капиталистических странах. «Быть коммунистом значило быть модным», – вспоминает Алессандро. Наконец на сцену поднимается Ренато Пасторино – местная супер звезда, редактор главной газеты движения «Лотта», переводчик коммунистических трудов. «Он главный оппозиционер страны», – шепчет мне Вэй.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Проявить внимание Проявить внимание

Снимки, сделанные в СССР и России с конца 1940-х до наших дней

Esquire
«Он был разрушителем». Каким запомнится Эдуард Лимонов «Он был разрушителем». Каким запомнится Эдуард Лимонов

Каким Эдуард Лимонов был при жизни и чему нас всех учил

Forbes
Лана Дель Рей Лана Дель Рей

Правила жизни Ланы Дель Рей

Esquire
Тенерифе: подняться на вулкан и полюбить суккуленты Тенерифе: подняться на вулкан и полюбить суккуленты

«Остров вечной весны» Тенерифе создан для круглогодичных пешеходных прогулок

Yoga Journal
Трубка мира Трубка мира

Автор «Сталингулаг» объясняет, как гаджеты могут создать проблемы

Esquire
Карантин по-украински Карантин по-украински

Меры властей повлияли на жизнь граждан Украины куда сильнее, чем сама болезнь

Огонёк
Джордж Оруэлл Джордж Оруэлл

Правила жизни Джорджа Оруэлла

Esquire
Как «тараканы в голове» заставляют нас болеть Как «тараканы в голове» заставляют нас болеть

Почему опасно подавлять эмоции и как справиться с напряжением

Psychologies
Голодный и добрый Голодный и добрый

Почему Джордж Маккей ни за что не выберет скучную роль

Esquire
Сериалы марта: «Мир Дикого Запада», «Удивительные истории» Спилберга и другие новинки Сериалы марта: «Мир Дикого Запада», «Удивительные истории» Спилберга и другие новинки

Что еще нас ждет в марте помимо третьего сезона «Мира Дикого Запада»

Esquire
Литовская кольцевая Литовская кольцевая

Писатель Евгений Бабушкин делится своими наблюдениями за человечеством

Esquire
Мастера изоляции: как организована жизнь на МКС Мастера изоляции: как организована жизнь на МКС

Восемь фактов о буднях работников самого высокого офиса человечества

GQ
Девушка Мороз Девушка Мороз

Короткая платиновая стрижка, точеные скулы, шрам, похожий на иероглиф

Esquire
Без мужа, но с ипотекой: на что женщины берут кредиты и как их выплачивают Без мужа, но с ипотекой: на что женщины берут кредиты и как их выплачивают

Статистика показывает — женщины берут кредиты чаще мужчин

Forbes
Гарри ясно Гарри ясно

Дэниел Рэдклифф давно отошел от амплуа волшебника из Хогвартса

Esquire
Почему полезно спать с открытым окном Почему полезно спать с открытым окном

Чем меньше вы будете перегреваться, тем крепче станет сон

GQ
Другой Другой

Рассказ лауреата премии «Национальный бестселлер» Ксении Букши

Esquire
Страх и ненависть на дороге: 13 самых несимпатичных автомобилей Страх и ненависть на дороге: 13 самых несимпатичных автомобилей

История знает немало откровенно специфических на вид машин

Популярная механика
Особы тяжкие Особы тяжкие

Спустя 13 лет крепкой дружбы Брайан Крэнстон и Аарон Пол все еще вместе

Esquire
Взгляд за звёзды: что встречается за пределами Галактики Взгляд за звёзды: что встречается за пределами Галактики

И Млечный Путь, и другие галактики таят в себе множество неизведанного

Популярная механика
Глава 3: Нью-Йорк и Чикаго Глава 3: Нью-Йорк и Чикаго

– Вы гангстеры? – Нет. Мы русские

Esquire
Марсианский зонд придавил “крота” лопатой Марсианский зонд придавил “крота” лопатой

Даже на другой планете всегда есть место старым добрым дедовским методам

Популярная механика
Милоша узнаю по походке Милоша узнаю по походке

Милош Бикович – о том, в каких случаях искусство может оказаться важнее политики

Esquire
«Дети наглеют не сами по себе». Дима Зицер об ответственности за оскорбление учителей «Дети наглеют не сами по себе». Дима Зицер об ответственности за оскорбление учителей

Профсоюз учителей предлагает ввести штрафы за оскорбление педагогов

СНОБ
Командир панка Командир панка

Что главный панк русской музыки делал снаружи всех измерений

Esquire
Харви Вайнштейну дали 23 года тюрьмы: почему это правильно Харви Вайнштейну дали 23 года тюрьмы: почему это правильно

Почему приговор Харви Вайнштейну справедлив

Cosmopolitan
Харрисон Форд Харрисон Форд

Правила жизни Харрисона Форда

Esquire
Виктор Вексельберг: «Сколково» открыто для тех, кто приближает будущее Виктор Вексельберг: «Сколково» открыто для тех, кто приближает будущее

Интервью с президентом фонда «Сколково» Виктором Вексельбергом

СНОБ
Ход Козыревым Ход Козыревым

Почему Михаил Козырев не может гордиться своим культовым саундтреком к «Брату 2»

Esquire
Любовь, потери и затворничество. Личная драма Елены Прокловой Любовь, потери и затворничество. Личная драма Елены Прокловой

Судьба имела на юную Елену Проклову свои планы

Cosmopolitan
Открыть в приложении