Андрей Рывкин написал рассказ о том, как рассыпаются иллюзорные ценности

EsquireКультура

Побег из Москвы

Андрей Рывкин

Бросив аспирантуру факультета международных отношений СПбГУ, но все-таки умудрившись написать ряд учебных пособий по истории США и Ближнего Востока, Андрей Рывкин стал журналистом и кинодраматургом. Пишет колонки для The Guardian, Airmail и русского Esquire, а также сценарии: в частности, выступил соавтором сценария фильма «Духless» и сериала «Лондонград». Специально для этого номера Esquire Рывкин написал рассказ о том, как рассыпаются иллюзорные ценности в руках тех, кто к ним привык, стоит появиться реальной угрозе.

Бар «Стрелка»

Вечеринка ZFZ: лучшая из всех, что бывают в Москве. Яркие неоновые огни освещают красивые лица. Диджеит красавица Соня – it-girl Москвы. Она в полупрозрачной майке и черной маске с надписью «будет хуже». Одной рукой Соня ставит музыку, а другой снимает сторис в инстаграм (соцсеть признана в РФ экстремистской и запрещена). Публика в экстазе. Все как всегда.

Ты – ухоженный, слегка грустный рекламист в перманентном экзистенциальном кризисе, который вяло проталкивается к бару сквозь море московских тел, не соблюдающих социальное дистанцирование. Решительности в твоих действиях нет, отрешенности зато до фига. Кто-то случайно проливает на тебя коктейль, но ты делаешь вид, что ты не заметил, хотя ты, конечно, заметил, да что там заметил – ты запомнил этот позор на всю жизнь.

Наконец ты у бара. Бармен тебя не видит в упор. К счастью, ты встречаешь знакомое лицо – Леня – давний друг, почти старший брат и хозяин торговой сети, которая умудрилась не обанкротиться, а даже взлететь. Леня обычно сидит на Рублевке, но тут ZFZ – и даже он вылез в центр, чтоб потереть с контркультурой. Леонид куда более властно требует внимания бармена, и вот уже через пару секунд тебе мешают коктейль. Счет закрывает Леня, указывая жестом, что, мол, «забей». Ты и забиваешь: в финансовом плане ты в последнее время, как и родной город, совсем не резиновый.

Ты рассказываешь, что недавно расстался с девушкой, что у тебя, разумеется, идея снять сериал про вашу жизнь – что-то по типу Girls, но в Москве. Леня в шутку кивает тебе на Соню, которая только закончила сет и теперь купается во внимании друзей и поклонников. «Твоя Лина Данэм», – говорит он, отпивая коктейль. Рядом с Соней еще маячит непонятного вида спортсмен, который совсем не вписывается в интерьеры, лица и разговоры твоего любимого бара. Судя по его растерянному взгляду – он сам это понимает.

Соня привычно машет тебе в удаленном приветствии – вы так постоянно пересекаетесь на каких-то вечеринках, но ты первый раз в жизни воспринимаешь это как приглашение: залпом гасишь половину бокала, говоришь Лене: «Запомни меня таким» – и направляешься к Соне. Провожая тебя взглядом, Леня сдерживает улыбку – понимает, что ты, возможно, замахнулся чуть выше своей головы. Как минимум будет весело.

Тебе уже даже не весело, тебе так вообще хорошо. Ты хвалишь Сонин сет, говоришь, что для тебя каждое ее выступление сродни Prozac – помогает от московской хандры. Это плоховатый пикап для Сони, и вот почему: у Сони нормальная, полноценная, очень красивая жизнь – в высотках, ресторанах и в бизнес-классе рейса Москва–Нью-Йорк. Ей хандра неизвестна, просто ты в очередной раз подумал, что relatability – твой конек. «Какая хандра?» – интересуется Соня. «Ну как, – отвечаешь ты, – карантины, «Стрелка» уже давно не та, протесты всюду. Мир к чертям катится, не лучше ли нам к этим самым чертям... напиться?» – казалось бы, изящно выезжаешь из неприятной ситуации ты. Соне, понятно, все нравится: она из Таллина, и Москва для нее – лучший город земли. Разумеется, после Нью-Йорка. Конечно же, после Нью-Йорка, как еще – даже безымянные «ковидные» могилы не разрушили этот образ. Ты что-то говоришь про то, как не любишь Бруклин и всех этих «честных хипстеров с бородами и кофе по 20 долларов за чашку», но обожаешь Манхэттен «как долбанный турист», хотя куда бы ты ни ехал – там все равно ты. Разговор не клеится. Соня пытается завершить ваше общение фразой «Может, лучше просто быть счастливым?». Но счастье – это не твоя опция, и ты отпускаешь шутку про спортсмена, пока еще не поняв, что спортсмен здесь как раз вместе с Соней – в отличие от тебя. «Кто этот чувак с показа Гоши Рубчинского?» Но вместо смеха Соня тут же меняется в лице, а спортсмен угрожающе поигрывает желваками. Ну что, приехали. Сейчас будут бить.

От неловкого и, возможно, физически неприятного момента тебя спасает Леня, который быстро переводит разговор на привычную для Сони тему – саму Соню. Ты успеваешь шепотом поинтересоваться у Лени (у шестого по счету человека на вечеринке) – «как там с колумбией?» – Но, увы, ответ отрицательный. В ответ на эти грустные новости ты налегаешь на коктейли: апероль здесь – апероль там. Вот и люди начинают, как просекко с вермутом, мешаться ложкой в твоем сознании: друзья, молодые журналисты, этот парень, который явно удолбан и всем рассказывает про своего психоаналитика, который помог ему пережить карантин. Парень часто бегает в туалет, и этим он тебе симпатичен. Но вместо стимуляторов он дает тебе две таблетки Xanax – «релакснуться перед сном» – хоть за это спасибо. Номер психоаналитика ты, кивая, записываешь в выключенный телефон (парень не замечает) и обещаешь завтра же позвонить.

Соня делает селфи в кругу друзей и подруг, среди которых оказываешься ты, Леня и спортсмен. Все улыбаются, на заднем плане уже другие диджеи – какие-то красавцы в смокингах. Ты где-то сбоку отчасти тебя заслоняют друзья Сони. Ты уже нормально принял коктейлей, так что улыбаешься пьяным. Соня, как и положено звезде, в центре: идеальный ракурс, белоснежные зубы и блеск smokey eyes. Вспышка – и ты попал в историю. Или в сторис. Надо будет проверить потом.

Ты уже никакой, едешь на заднем сиденье в такси по непривычно пустынной Москве. Если бы не респиратор – пары алкоголя окутали бы всю «Киа-Рио». Ты с грустью отмечаешь, что она так и не выложила ваше селфи. Ты откидываешься на заднем сиденье. Мимо такси быстро и почти беззвучно по разделительной полосе проносится караван с мигалками – серые фургоны, которых спереди и сзади прикрывают черные Suburban. Водитель что-то говорит на таджикском. Ты то ли спишь, то ли пытаешься оттереть пятно на одежде. Видимо, Xanax надо было принимать дома, а не на выходе из бара. Дома ты пытаешься не врезаться в многоярусную полку с кучей разных кроссовок, промахиваясь, ставишь айфон на зарядку и, теряя сознание, ложишься в постель.

Душистый кофе

Ты просыпается после крепкого сна. На часах утро, но, видимо, следующего дня. Сутки проспал, офигеть. Сеть, кстати, не ловит – что Wi-Fi, что LTE. Пока роутер и айфон перезагружаются, ты приступаешь к любимому делу: открываешь заветную полку на кухне, вынимаешь красивый набор склянок с кофейными зернами и с удовольствием выбираешь New Day Brew от кооператива «Зерно» (они сделали ребрендинг после протестов в Калифорнии). Итальянская кофемолка рычит, и вот ты уже завариваешь кофе методом Chemex, отточенным движением пропуская через крупно молотые зерна тонкую струю кипятка из специального чайника с длинным носиком. Сейчас все наладится: кофе, свежий воздух, и все будет окей. С этими мыслями ты выходишь на балкон.

У тебя потрясающий вид на Москву – спасибо наследству. Внизу веселая сцена: соседи – папа, мама и дочка – в спешке набивают свой паркетник сумками. Куда-то спешат. Дочка кричит, ищет собаку. Сбежала, что ли? Кто в воскресенье вообще такой нервный? Или сейчас вторник? Короче, они идиоты. Внезапно совсем рядом безошибочный треск, будто сухие деревяшки бьются друг о друга. Потом пара хлопков. Чей-то мат вдалеке. Чей-то вой прямо рядом. Ты понимаешь, что стук деревяшек – это автоматная очередь. Ты заползаешь в квартиру и закрываешь двери балкона. Ты зашториваешь окна. Ты практически плачешь. На всех каналах синий экран. За окном одиночный выстрел, громкий. Тут ты что-то вспоминаешь и ползешь в кладовку. Там ты находишь запылившийся, оставшийся от родителей домашний телефон. Ищешь розетку, подключаешь. Гудок, есть сигнал! Ты ищешь номер в айфоне и набираешь его на городском. В Лондоне, в ресторане Burger & Lobster, у Лени звонит телефон. Это ты, и тебе очень страшно. Привет.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Виктор Цой. 1980 – 1983 Виктор Цой. 1980 – 1983

В компанию к панк-музыканту по прозвищу Свин попадает Виктор Цой

Esquire
«Ударом в подбородок вряд ли можно вырубить мужика». Кто и как учит российских женщин самообороне «Ударом в подбородок вряд ли можно вырубить мужика». Кто и как учит российских женщин самообороне

Единственная в России женщина-эксперт по системе самообороны крав-мага

Forbes
Общество Общество

Захар Прилепин – о том, почему после 1990-х страна ждала от нулевых большего

Esquire
Елена Камбурова. Берегите нас, поэтов Елена Камбурова. Берегите нас, поэтов

«Вы хотите, чтобы и у нас случилась Пражская весна?!»

Караван историй
Ронан Варвар Ронан Варвар

Откровения Ронана Фэрроу, чья статья разрушила карьеру Харви Вайнштейна

Esquire
Термиты построили гнезда в соответствии с кривизной поверхности Термиты построили гнезда в соответствии с кривизной поверхности

Чем больше кривизна гнезд термитов, тем активнее строительство в этой области

N+1
Проявить внимание Проявить внимание

Снимки, сделанные в СССР и России с конца 1940-х до наших дней

Esquire
11 предметов мужского гардероба, которые мы не хотим видеть 11 предметов мужского гардероба, которые мы не хотим видеть

Модные ошибки совершают не только женщины, но и мужчины

Cosmopolitan
Индустрия Индустрия

Генпродюсер канала «Пятница!» – о том, не напрасно ли мы прожили нулевые

Esquire
8 неожиданно интересных фантастических фильмов снятых в Латинской Америке 8 неожиданно интересных фантастических фильмов снятых в Латинской Америке

Иногда у пришельцев барахлит навигатор и они промахиваются мимо Голливуда!

Maxim
Алло Алло

Почти пятьдесят лет творчества Петрушевской – это постоянный поиск и движение

Esquire
10 мужчин, которые добились успеха в зрелом возрасте 10 мужчин, которые добились успеха в зрелом возрасте

От Ван Гога до Джона Хэмма — все эти мужчины стали знаменитыми после 30 лет

Esquire
2006 год 2006 год

Газовая война с Украиной, смерть Анны Политковской и беспорядки в Кондопоге

Esquire
Финал «13 причин почему» – главное разочарование от Netflix в 2020 Финал «13 причин почему» – главное разочарование от Netflix в 2020

Клэй Дженсен сходит с ума, и мы вместе с ним

GQ
Особы тяжкие Особы тяжкие

Спустя 13 лет крепкой дружбы Брайан Крэнстон и Аарон Пол все еще вместе

Esquire
Семь простых способов продлить срок работы для своего смартфона Семь простых способов продлить срок работы для своего смартфона

Советы, которые действительно продлевают жизнь телефона

Maxim
Будет больно Будет больно

Я живу на три города – так вышло. В каждом у меня по женщине

Esquire
Гирт Яковлев: Гирт Яковлев:

Знаменитый латвийский актер Гирт Яковлев отмечает восьмидесятилетний юбилей

Караван историй
Гарри ясно Гарри ясно

Дэниел Рэдклифф давно отошел от амплуа волшебника из Хогвартса

Esquire
«Наколдованная» ширма не дала пятилеткам списать «Наколдованная» ширма не дала пятилеткам списать

Такой эффект ученые назвали «моральным барьером»

N+1
Виктор Цой. 1989 – 1990 Виктор Цой. 1989 – 1990

24 июня 1990 года группа «Кино» дает концерт на стадионе «Лужники»

Esquire
Когда 3 мало, а 6 — уже много: почему у автомобиля 4 колеса Когда 3 мало, а 6 — уже много: почему у автомобиля 4 колеса

Почему подавляющее большинство легковых машин имеют 4 колеса?

Популярная механика
Джордж Оруэлл Джордж Оруэлл

Правила жизни Джорджа Оруэлла

Esquire
Доживем до 2030: какие пункты «июльского указа» Путина могут быть выполнены в реальности Доживем до 2030: какие пункты «июльского указа» Путина могут быть выполнены в реальности

Недостижимые цели в «Национальных целях России до 2030 года»

Forbes
Цой жив Цой жив

Виктор Цой погиб в автокатастрофе в Юрмале 15 августа 1990 года

Esquire
«Наша цель  — раздеть Лукашенко»: уехавший в Россию соперник белорусского президента о бегстве и стратегии оппозиции «Наша цель  — раздеть Лукашенко»: уехавший в Россию соперник белорусского президента о бегстве и стратегии оппозиции

Почему Валерий Цепкало не верит в честную победу Александра Лукашенко

Forbes
Пятиминутный путеводитель по... фейковым новостям Пятиминутный путеводитель по... фейковым новостям

Лучшие фейки событий и теорий заговоров, мистических тварей и личностей

Esquire
Scientific American (США): космический полет, устремленный к звездам — и растянутый на несколько поколений Scientific American (США): космический полет, устремленный к звездам — и растянутый на несколько поколений

Этот проект может стать нашим первым целенаправленным шагом из Солнечной системы

ИноСМИ
Михаил Горбачёв: «Лёша, б...!» Михаил Горбачёв: «Лёша, б...!»

Президент Горбачёв не смотрел сериал «Чернобыль», но очень им интересовался

Дилетант
Война на истощение Война на истощение

70 лет назад, в конце июня 1950 года, началась Корейская война

Огонёк
Открыть в приложении