Композиторы о творчестве, культурном коде и технологиях

СНОБРепортаж

Русская музыка: подкаст о главных именах современной академической сцены. Интервью с композиторами Еленой Рыковой и Антоном Васильевым

a5c282cd8c1c3e899f7b05bd04091867515339df66876b1338ac377fafa1340e.jpg
Елена Рыкова. Фото: Предоставлено из личного архива

«Сноб» запустил подкаст-реалити «Русская музыка» — о главных фигурах современной академической сцены. Пять выпусков посвящены российским композиторам и музыкантам. Вектор развития современной академической музыки журналистка Полина Милушкова и музыкант Дмитрий Шугайкин обсудили с финалистами второго сезона проекта Aksenov Family Foundation, созданного с целью поддержки отечественных музыкантов. Героями третьего выпуска стали композиторы Елена Рыкова и Антон Васильев. Публикуем текстовую версию беседы.

Эмбед

Елена Рыкова — харизматичная, яркая, то и дело меняющая цвет волос, похожа скорее на посетительницу модных клубов Нью-Йорка. Живет, впрочем, тоже на восточном побережье штата, в Бостоне. В свои 30 лет она не только успела получить три образования — в Московской консерватории, в Высшей школе музыки и танца Кельна и Гарвардском университете, но и сама преподает композицию там же, в Гарварде. Работает Елена на стыке музыки и перформанса, ее произведения исполняют видные коллективы обоих побережий. В Москве Елена Рыкова представила новое сочинение для флейты, кларнета, баяна, голоса, перкуссии, фортепиано, скрипки и виолончели под названием XDAM, или «Икс там, где я».

Елена Рыкова: Я сейчас живу в Кембридже, который рядом с Бостоном, в Америке. Уже шесть лет, и в этом году заканчиваю там докторантуру.

Милушкова: То есть ты будешь доктором по музыке?

Рыкова: Доктор философии музыки.

Милушкова: А почему ты решила стать доктором философии музыки?

Рыкова: Да я на самом деле не решала, просто на тот момент находилась в Германии, в Кельне, училась, и…

Милушкова: Училась на кого?

Рыкова: На Masters in Composition (англ. «магистратура по композиции». — Прим. ред.). В кратчайшие сроки надо было сдавать экзамены, и получилось туда попасть. А потом надо было решать, ехать туда или не ехать. Потому что мне еще оставался год магистратуры в Кельне. Но я подумала так: если не попробую, потом, наверное, пожалею, что упустила возможность. И поехала. Спустя время я, конечно, поняла, что это классная возможность вообще увидеть другой мир, с другой перспективы.

Милушкова: Столько учатся на философа музыки?

Рыкова: Все зависит от стипендии. Конкретно там — два года. Потом два года ты преподаешь как минимум четыре разных курса, и затем начинается свободное плавание, что на самом деле очень круто. Конкретно эта программа в Гарварде классная, потому что не надо писать никакой диссертации. Нужно сделать обобщение проведенной работы. Мы все-таки композиторы, и прежде всего мы пишем музыку, поэтому мы, собственно, собираем портфолио своих сочинений и затем в конце его презентуем. По сути, это резиденция плюс преподавание.

На самом деле почти все мои проекты проходят в Европе. Мне очень нравится именно современная музыка в Европе, я на ней выросла, я ею интересуюсь и делаю ее. На американской сцене же у меня единичные исполнения.

Милушкова: Справедливо ли утверждать, что Германия — центр академической музыки прямо сейчас?

Рыкова: Я думаю, если мы говорим о европейской современной музыке, то да. Но если мы, например, говорим об американской современной музыке, то там другой дискурс — каждое произведение уже не просто о звуках.

Милушкова: Должна быть некоторая социальная повестка?

Рыкова: Да-да-да.

Милушкова: Я лично считаю, что творчество и культура должны быть максимально свободны. Автор может использовать социальный контекст, а может его не использовать, но точно нельзя говорить: «Ребята, что-то надо про женщин написать».

Шугайкин: Нет, ну, погоди, это же не про несвободу, это, скорее, про то, что мы — авторы, и у нас есть рупор, за счет которого мы можем сказать то, что хотим.

Рыкова: Там никто, в принципе, не навязывает, что нужно писать.

Милушкова: Думаю, социальный контекст — это какая-то добавленная стоимость, которая есть в условном общественном рейтинге, и те артисты, которые высказываются на нужные обществу темы, приковывают больше внимания.

Шугайкин: Еще таким образом ты олицетворяешь себя с конкретной группой людей и привлекаешь эту отдельную группу людей к своему творчеству.

Милушкова: А тебе важно возвращаться в Россию и делать что-то здесь? И если да, то почему?

Рыкова: Абсолютно точно важно. «Русская музыка 2.1» — первый проект с премьерой, который у меня случился за шесть лет, и да, я волновалась: что же я буду писать, там же все соберутся, все те, кого я помню еще с консерваторских лет. Мне это было важно, да. Здесь все родное, здесь корни, здесь все трогает.

На самом деле, это такое счастье — иметь возможность жить в той стране, где ты родился, и общаться на родном языке. По языку я скучаю, как ни по чему другому. У меня практически нет знакомых в Бостоне, с кем бы я по-русски разговаривала, то есть я реально забываю свой язык. Появляются грамматические ошибки, забываются склонения и слова, начинаешь иногда даже переводить. И это же связь: я по-разному думаю на русском и на английском. И даже какие-то слова: есть такое слово «переживание», музыкальное переживание. Как его перевести на английский? «Экспириенс» — это совершенно не то.

Шугайкин: А как ты думаешь, перестройка с одного языка на другой влияет на творчество? Есть ли разница в том, что пишет композитор, когда он думает на русском или на английском?

Рыкова: Нет, они переплетены. Мне часто кажется, что я застряла между двумя языками.

Милушкова: Были моменты, когда ты чувствовала себя чужой? Именно культурно.

Рыкова: Я пыталась работать над своим американским акцентом первые два года, а потом прочитала стихотворение у Рупи Каур: «Акцент — единственное, что осталось у меня от родины». Очень много думала о доме — где он у меня, и возникло чувство, что все равно, чтобы почувствовать какое-то ощущение дома, даже от того места, где ты живешь, нужно как минимум три года. Но это не значит, что ты начинаешь чувствовать себя среди своих. Когда я приезжаю в Россию, мне тоже иногда кажется, что я уже не местная.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Дворянская честь и закон. Отрывок из книги «Когда велит совесть» Дворянская честь и закон. Отрывок из книги «Когда велит совесть»

Что предшествовало судебной реформе 1864 года

СНОБ
«Я видела, как погибла моя дочь»: почему Агнии Барто писали тысячи таких писем «Я видела, как погибла моя дочь»: почему Агнии Барто писали тысячи таких писем

Мало кто знает, что творчество было не главным делом жизни поэтессы Агнии Барто

Cosmopolitan
«Это был последний шанс изменить жизнь»: история наркозависимого, которому удалось «соскочить» «Это был последний шанс изменить жизнь»: история наркозависимого, которому удалось «соскочить»

История Романа Аджиева, который сумел побороть свою зависимость

Psychologies
Самые красивые автомобили: американский Stutz Самые красивые автомобили: американский Stutz

Американская марка Stutz пережила два рождения

Популярная механика
Партнер-провокатор: что стоит за его манипуляциями и как реагировать правильно Партнер-провокатор: что стоит за его манипуляциями и как реагировать правильно

Как вычислить манипуляцию провокацией и как правильно реагировать на нее

Psychologies
Самая сложная головоломка в мире. Попробуешь разгадать? Самая сложная головоломка в мире. Попробуешь разгадать?

Мы приготовили для тебя задачку, которую называют самой сложной в мире

Cosmopolitan
Как феминистка Эми Дилвин стала одной из первых промышленниц Великобритании Как феминистка Эми Дилвин стала одной из первых промышленниц Великобритании

Писательница, предпринимательница, феминистка, миллионерша — все это Эми Дилвин

Forbes
Токены превращаются в люкс: 10 самых дорогих NFT-произведений на аукционах 2021 года Токены превращаются в люкс: 10 самых дорогих NFT-произведений на аукционах 2021 года

Список самых дорогих аукционных продаж NFT за год

Forbes
Фантастическая наноскульптура: слон высотой в сотые доли миллиметра Фантастическая наноскульптура: слон высотой в сотые доли миллиметра

Наноскульптуры Джонти Гурвица, которые нельзя увидеть невооруженным глазом

Популярная механика
75 м² 75 м²

Квартира с оттенками охры для любителей Марокко

AD
Спасти Джорджа Флойда, или 5 компьютерных игр со странным сюжетом Спасти Джорджа Флойда, или 5 компьютерных игр со странным сюжетом

Кринжовые игры, от которых невозможно оторваться

Playboy
Вестсайдские сториз: зачем нам сразу две за год экранизации Шекспира Вестсайдские сториз: зачем нам сразу две за год экранизации Шекспира

«Вестсайдская история» и R#J: старомодный мюзикл vs скринлайф-опера

РБК
От пионера доставки продуктов в России до потери лидерства и продажи: краткая история ритейлера «Утконос» От пионера доставки продуктов в России до потери лидерства и продажи: краткая история ритейлера «Утконос»

Начинал со «столов заказов», одним из первых отказался от офлайн-магазинов

VC.RU
Яркая жизнь в стиле каваии: 4 шага, которые стоит сделать до конца года Яркая жизнь в стиле каваии: 4 шага, которые стоит сделать до конца года

Как сделать свою жизнь ярче, добавить позитивных эмоций?

Psychologies
Станислав Дробышевский: «Через 10 млн лет человек будет выглядеть удручающе» Станислав Дробышевский: «Через 10 млн лет человек будет выглядеть удручающе»

Станислав Дробышевский — о том, как эволюция превратит гомо сапиенс в «ждуна»

РБК
Мой рок–н–ролл Мой рок–н–ролл

Уютный и минималистичный интерьер для большой семьи

SALON-Interior
Как мы живем на 146 тысяч в месяц: история семьи из Санкт-Петербурга Как мы живем на 146 тысяч в месяц: история семьи из Санкт-Петербурга

Как живет семья Лилит из шести человек, в которой работают только двое

Cosmopolitan
Зеленая энергетика или «энергетический разворот» к солнцу? Зеленая энергетика или «энергетический разворот» к солнцу?

Солнечный свет как возобновляемый источник энергии

Популярная механика
Налоговый вычет за лечение: как получить и какие документы нужны Налоговый вычет за лечение: как получить и какие документы нужны

Как получить налоговый возврат за заботу о своем здоровье

РБК
Европейские «неприкасаемые». Кто такие каготы и почему их презирали Европейские «неприкасаемые». Кто такие каготы и почему их презирали

Даже в просвещенной Европе когда-то существовала бесправная и угнетенная каста

Maxim
Адриен и Клэр Адриен и Клэр

Художники Адриен Мондо и Клэр Барден — о творчестве в паре и будущем

Seasons of life
Первый роман Тарантино и новый Памук: 10 книг зимы Первый роман Тарантино и новый Памук: 10 книг зимы

Книги, которые действительно заслуживают нашего внимания

РБК
«Прочувствовать это должен каждый»: партнерские роды глазами мужчин «Прочувствовать это должен каждый»: партнерские роды глазами мужчин

Женщины все чаще хотят рожать вместе с мужьями. А что думают об этом мужчины?

Psychologies
Физики определили точку вылета электрона из молекулы при фотоионизации Физики определили точку вылета электрона из молекулы при фотоионизации

Найдена область молекулы, из которой электрон проникает в потенциальный барьер

N+1
«Врачи сказали, что у меня не будет детей»: как Понаровская победила бесплодие «Врачи сказали, что у меня не будет детей»: как Понаровская победила бесплодие

Певица рассказала, как ей удалось стать мамой вопреки диагнозу врачей

Cosmopolitan
Глубоководный карьер: как добыть алмазы со дна океана Глубоководный карьер: как добыть алмазы со дна океана

«Погружение» горнодобывающих компаний на океанское дно

Популярная механика
Смотреть запоем Смотреть запоем

Елена Ванина о передаче «Давай поженимся!»

Weekend
Рок-волна Рок-волна

Джоанна Стингрей публикует архивные фото и рассказывает о старых временах

Grazia
Первую многоножку с более чем тысячью ног назвали в честь Персефоны Первую многоножку с более чем тысячью ног назвали в честь Персефоны

Многоножка с более, чем тысячью ног, обитает под землей в Западной Австралии

N+1
63 м² 63 м²

Мария Единая оформила брутальный интерьер для своей подруги

AD
Открыть в приложении