Лев Данилкин — о том, за что не любит Набокова и Довлатова

EsquireКультура

Писатель Лев Данилкин — о лучших русских книгах XXI века, встрече с Пелевиным и гениальности Лимонова

Автор ЖЗЛ Ленина и Гагарина, лауреат «Большой книги»-2017 и один из главных русских критиков рассказывает, за что не любит Набокова и Довлатова, почему отказался писать биографию Пелевина и как встречался с Барнсом, Фраем и Сорокиным.

Игорь Кириенков

Фотограф: Татьяна Мейдман

Первые книги

Я лет до семи ненавидел читать — меня заставляли, чуть ли не силком, тыкали книжкой в харю, как Ваньку Жукова селедкой. Я сломался на «Незнайке» — то ли отец, то ли мать заупрямились и не стали дочитывать вслух какую-то главу до конца. Носовское остроумие уже тогда на меня действовало, как НЛП, мне было невтерпеж, и я принялся сам.

Уже класса с третьего я читал запоем — в школе даже больше, чем когда в «Афише» работал. Особенно летом, это была деревня Гавриловка, в Тамбовской области, там была фантастическая библиотека, и я набирал там книги и начинал их читать прямо на ходу, как Листик, которого Незнайка за это в осла превратил. Я бы даже не заметил, наверно. В той библиотеке было все и сразу, все книги, которые в моем Одинцово были почти недоступны, — от «Графа Монте-Кристо» до «Вниз по волшебной реке» Эдуарда Успенского.

Классе в шестом я случайно наткнулся на толкиеновских «Хранителей», про которых отродясь ничего не слышал — просто начал читать и провалился в эту книгу. Перечитывал, наверное, раз сто. Это единственная книга в жизни, которую я украл из библиотеки, — просто не мог с ней разлучаться надолго, она абсолютно как кольцо сауроновское на меня действовала. Она до сих пор у меня лежит — и вырванная страница в ней, со штампом. Потом, уже классе в 10, я пытался переводить «Хоббита», но сломался на всех этих бесконечных односложных английских глаголах в песнях. «Хоббита» я люблю, но уже поменьше; про то, что есть вообще продолжение — «Две твердыни», «Возвращение короля» — я узнал лет в 16, прочел один раз и больше не перечитывал. «Хранители» — священная книга, а это какая-то беготня, по горам по долам ходят шуба да кафтан, не то совсем.

Книги, которые хочется перечитывать

Сейчас я вообще ничего не перечитываю, а в детстве часто читал одни и те же книги каждый день, буквально каждый, и так годами. Самое сильное психотерапевтическое воздействие на меня оказывали «Том Сойер» и «Незнайка на Луне»: в особенно депрессивные моменты я мог перечитать их два раза за день, с любого абзаца. Мне до сих пор нравится читать вслух кому-нибудь «Незнайку» — как вот у Рубанова герой, который читает вслух начало лимоновского «Эдички», когда ему плохо.

Поразившая книга

Я с детства интересовался всем, что связано с историей, от Геродота до серии «Пламенные революционеры». Странно об этом вспоминать, но в 16 лет на меня дикое впечатление произвело «Красное колесо» Солженицына, которое я тогда прочитал целиком. Я подсел на его эпическую версию развала России, но это недолго продлилось, и сейчас меня от Солженицына воротит, от всех этих проповедей и наставлений, как нам надо избавиться от «азиатского подбрюшья» и молиться на Столыпина-вешателя. Ненависть к Ленину, которой он буквально сочится — тоже не мое, не моя икона. Мне не нравится сам его проект — навязать представление, что советская система была исторической ошибкой. Этот проект сейчас победил, эти идеи доминируют — и это тоже мне не нравится, я всегда болею за «андердогов», за проигрывающих.

Школьная классика

В шестом классе я прочитал «Преступление и наказание» и был помешан на Достоевском, вплоть до коллекционирования книг Игоря Волгина и Людмилы Сараскиной. Потом я перешел в филологический класс 67 школы в Москве: мой учитель Лев Соболев особенно ценил Толстого и хорошее знание его текстов. Мы должны были помнить, какого цвета была собачка Платона Каратаева (лилового!), «диктанты» писали по «Войне и миру»: кто такие берейторы, что такое плерезы, вот это все. Я закончил 67-ю чуть ли не со всеми тройками, кроме литературы и истории, но зато в университет после соболевского класса поступил с четырьмя пятерками.

Я, наверное, могу теоретически перечитать сейчас всю эту «школьную классику» и наверняка кучу всего такого увижу, чего не понимал. Но я знаю, что у меня нет времени на романы, я кучу других важных книг не прочел — по истории и социологии. Художественная литература перестала быть для меня фетишем вообще, мне страшно нравится, не знаю, прочесть пару рассказов Валентина Распутина, которые я не знал, где-нибудь в самолете, или, там, Платонова, но выделить неделю на «Каренину» или «Карамазовых» — нет, конечно.

Если уж на то пошло, мне кажется, художественная литература перестает быть силой, которая структурирует общество, она стала нишевой, досуговой, по сути, сферой. Это раньше считалось, что есть настоящие писатели — люди с воображением, которые могут сотворить мир и таким образом его объяснить, и есть авторы нон-фикшена — поденщики-компиляторы, которые из-за бедной фантазии вынуждены работать с готовыми фактами. Сейчас эта романтическая концепция потеряла свою силу: гением может быть и тот, кто не выдумывает историю, как Барнс или Дэн «Террор» Симмонс, а отбирает несколько важнейших из миллиона уже существующих, как Малкольм Гладуэлл. Ну, то есть, «Некто Гитлер» Себастьяна Хафнера для меня ценнее фейхтвангеровского «Успеха».

Секретные шедевры

Недавно я прочел книгу выдающегося социолога Георгия Дерлугьяна «Агент Бурдье на Кавказе» — это такая биография советского человека, который под влиянием исторических обстоятельств в 90-е превратился в лидера сепаратистов и чуть ли не в исламского боевика; история развала СССР, рассказанная через историю одного точно выбранного автором героя. Сейчас я понимаю — вот идеальная биография живого человека, вот так мне нужно было писать биографию Проханова. Это блистательная по всем параметрам книга; и почему я не знал про нее раньше? Вообще, Дерлугьян — крупнейший историк и один из самых умных людей, которых я знаю.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Характер такой: пятиминутный путеводитель по основным психотипам Характер такой: пятиминутный путеводитель по основным психотипам

Психотипы: основные особенности и моменты, на которые нужно обратить внимание

Правила жизни
Наедине с природой Наедине с природой

Ирина Дубцова рассказала о том, как она работает над собой

OK!
Водит за нос Водит за нос

Разведутся или нет? Вся страна обсуждает накал страстей в звездной паре

StarHit
Опасный рейс. Удорожание перевозок поднимет цены на продукты и лекарства Опасный рейс. Удорожание перевозок поднимет цены на продукты и лекарства

Что ждет логистический рынок в этом году и как это скажется на стоимости товаров

Forbes
В нашу гавань заходили корабли В нашу гавань заходили корабли

Самый большой город Фландрии знаменит не только своим портом

AD
Письмо Джерома Д. Сэлинджера в Esquire, 1945 год Письмо Джерома Д. Сэлинджера в Esquire, 1945 год

Рассказ Джерома Д. Сэлинджера о жизни Винсента Колфилда

Esquire
Сибирь и Канада сражаются за магнитный полюс Сибирь и Канада сражаются за магнитный полюс

Северный магнитный полюс в последние годы движется очень необычно

Forbes
Какие специальности стремятся получить студенты британских вузов Какие специальности стремятся получить студенты британских вузов

Университетская Британия: от компьютерной криминалистики до нутрициологии

Forbes
Ночь в музее Ночь в музее

Загородная усадьба в духе классической итальянской виллы

SALON-Interior
Вне гравитации: шесть женщин-космонавтов, меняющих мир Вне гравитации: шесть женщин-космонавтов, меняющих мир

Над чем работают современные женщины-космонавты?

Forbes
Упс! 5 самых частых неловких ситуаций в постели (ты не одинок) Упс! 5 самых частых неловких ситуаций в постели (ты не одинок)

Какое твое худшее воспоминание о провале, случившемся в постели?

Playboy
Современные поп-песни мрачнее и злее старых, заключили ученые Современные поп-песни мрачнее и злее старых, заключили ученые

Раньше люди слушали гораздо более веселую, позитивную музыку

Maxim
Игра для настоящих мужчин Игра для настоящих мужчин

Нужно играть в «Калибр», чтобы выяснить, кто лучше

Популярная механика
Служу за решеткой Служу за решеткой

Работники ФСИН — о плюсах и минусах своей профессии

Огонёк
Потребительское отношение Потребительское отношение

Мы потихоньку учимся отстаивать свои права потребителя

Cosmopolitan
Техника молодежи Техника молодежи

Шесть современных художников, за которыми глаз да глаз

GQ
Уперлись в стену. Как разногласия из-за бюджета США повлияют на рынки Уперлись в стену. Как разногласия из-за бюджета США повлияют на рынки

Что может привести к замедлению американской экономики и переносу крупных IPO

Forbes
Рецензируем без спойлеров триллер «Море соблазна» Рецензируем без спойлеров триллер «Море соблазна»

Новый кинофильм, видимо, вызовет икоту у российских кинокритиков

Maxim
Здоровый цинизм. Поколение 30-летних откажется от державных ценностей Здоровый цинизм. Поколение 30-летних откажется от державных ценностей

Чем отличается поколение советских бэби-бумеров от того, что грядет ему на смену

Forbes
«Меня это бесит»: учимся выражать недовольство «Меня это бесит»: учимся выражать недовольство

Какие шаги стоит пройти, чтобы наладить конструктивный диалог с партнером

Psychologies
8 шагов, чтобы преодолеть или предотвратить депрессию 8 шагов, чтобы преодолеть или предотвратить депрессию

Как тяжело признать депрессию и справиться с ней

Psychologies
Без лишней спешки Без лишней спешки

Американский дизайнер Кара Манн планировала оформить свой дом на скорую руку

AD
Молитва, сон, караоке. Как управленцы справляются со стрессом Молитва, сон, караоке. Как управленцы справляются со стрессом

Как бизнесмены и топ-менеджеры борются со стрессом

Forbes
Трансцендентальная медитация: как практиковать самостоятельно Трансцендентальная медитация: как практиковать самостоятельно

Трансцендентальная медитация: как практиковать самостоятельно

Psychologies
7 признаков, что твоя девушка устала от тебя (советуем проверить) 7 признаков, что твоя девушка устала от тебя (советуем проверить)

7 признаков, что твоя девушка устала от тебя (советуем проверить)

Playboy
15 мыслей Эрика Булатова 15 мыслей Эрика Булатова

15 мыслей Эрика Булатова

GQ
Умны не по чину Умны не по чину

Государство вплотную занялось обучением и переподготовкой чиновников

Огонёк
Планета сверхлюдей, или сны о чем-то большем Планета сверхлюдей, или сны о чем-то большем

Памир в детстве казался волшебной страной

Вокруг света
9 главных правил, как встречаться с девушкой намного моложе тебя 9 главных правил, как встречаться с девушкой намного моложе тебя

Девять железных правил, чтобы завести здоровые отношения с молодой девушкой

Playboy
Желтая субмарина: Стелла Маккартни посвятила коллекцию отцу и Beatles Желтая субмарина: Стелла Маккартни посвятила коллекцию отцу и Beatles

Желтая субмарина: Стелла Маккартни посвятила коллекцию отцу и Beatles

Cosmopolitan
Открыть в приложении