Три века чая
Легенды, дипломатия, фальсификации, эксперименты, авантюризм: как заморское лекарство стало частью «русского кода»
Мифы и факты: первые дегустаторы
История знакомства жителей Русского государства с чаем окружена мифами. Например, можно встретить рассказ, будто этот напиток впервые привезли во времена Ивана Грозного казачьи атаманы Иван Петров и Бурнаш Ялычев, побывавшие с дипломатической миссией в Китае. Но в сохранившихся документах, описывающих эту поездку, чай не упоминается, а современные исследователи считают сообщение о посещении ими Китая поздней мистификацией.
На самом деле первыми известными дегустаторами чая были атаман Василий Тюменец и десятник Иван Петров, которые приехали с дипломатической миссией в государство Алтын-ханов, располагавшееся в степях между русской Сибирью и Китаем. Они были неграмотными, но по возвращении рассказали среди прочего, что пили отвар молока с листьями и какое-то «питье красное». Вероятно, имелся в виду чай, который пили двумя разными способами.
Другой популярный сюжет: якобы в 1638 году чай привез боярский сын Василий Старков в числе подарков Михаилу Федоровичу от Алтын-хана Омбо Эрдэни. При этом царь и бояре вначале отнеслись с недоверием, но потом распробовали и с удовольствием пили его. Однако и это поздний домысел. Василий Старков оставил подробное описание поездки к Алтын-хану. Во время приема послам предложили напиток, называемый чай: «Не знаю, листья ли то какого дерева, или травы. Варят их в воде, приливая несколько молока». Посланники отказались пить неизвестный подозрительный отвар, что едва не привело к дипломатическому конфликту. Алтын-хан среди прочих даров передал 200 пакетов чая общим весом около четырех пудов (примерно 65 килограммов). Старков пытался отказаться от «травы», говоря, что чай в России «неизвестен» и «излишен», но безуспешно. Везти такой подарок царю в Москву казалось странным, но и выбросить было нельзя: он получен при официальном дипломатическом обмене дарами. Чем закончилась эта история, неясно. Вероятно, чай так и не довезли до Москвы, либо свертки с «неизвестной травой» лежали в монарших кладовых, пока не испортились. Но в любом случае сведений об употреблении чая, переданного Старкову Алтын-ханом, не сохранилось.
Познакомиться поближе: лекарство и диковина
По мере освоения Сибири и расширения контактов с Китаем русские первопроходцы и дипломаты все больше знакомились с напитком. Федор Байков, возглавлявший посольство в Китай в 1654–1657 годах, в описании миссии упоминал, что в Пекине ему подносили «чай, вареный с молоком и коровьим маслом». Пить варево он тоже отказался, но перед возвращением купил немного чая в числе образцов китайских товаров.
Участник еще одной дипломатической миссии Иван Перфильев в 1658 году весь подаренный императором чай посчитал бесполезным и прямо в Пекине обменял на драгоценные камни. Однако со временем этот напиток перестал быть экзотическим. В 1670 году участники русского посольства уже спокойно употребляли его во время переговоров.
Англичанин Сэмюэл Коллинз, служивший врачом Алексея Михайловича в 1659–1666 годы, в описании России рассказывал, что из Сибири привозят в бумажных свертках китайский чай, который используется как лекарство. Есть мнение, что и сам Сэмюэл Коллинз лечил чаем царя, мучившегося болями в желудке. Однако в оставленных англичанином заметках использование этого целительного средства упоминается только один раз, когда в 1664 году он прописал отвар чая и ромашки одному из князей.
Во второй половине XVII века чай уже перестал быть диковинкой. Участник шведского посольства Иоганн Кильбургер, побывавший в Москве в 1674 году, в книге «Краткое известие о русской торговле…» рассказывал, что на рынке можно купить разные сорта ценой от 30 копеек до 20 рублей за фунт. Но чай еще долго считали лекарством, стоимость которого была слишком высока для повседневного употребления. Полагали, что он особенно помогает при болезнях легких, расстройствах пищеварения, бодрит и отрезвляет. При этом чай не заваривали, а именно варили, подолгу кипятя в котелке, и подслащали сахаром, получая напиток, который мы сейчас назвали бы чифирем.
Рост популярности: чайники и самовары
Только в XVIII веке, в петровское время, чай начали воспринимать как повседневный напиток. При этом он распространялся одновременно и при царском дворе как европейская традиция, и среди простого люда. Чай начали подавать в придорожных трактирах, где за то, что он бодрит и согревает, его полюбили ямщики и путешественники.