Римский шопинг
Прежде чем завершить нашу прогулку по Риму, предадимся любимому занятию многих туристов – займемся походом по магазинам, рынкам и местам несанкционированной торговли. В античном Риме ведь можно было купить всё – от вещей до людей.
«Дорого здесь голодать, и рынок тебя разоряет»
Марциал (пер. Ф. А. Петровского)
Рынок Траяна
Почти для половины жителей Рима время часто не имело значения. В миллионном городе имелось около 400 тысяч праздношатающихся людей, у которых не было никакого другого источника дохода, кроме премий от своего патрона и «хлеба» (и других продуктов), которые раздавали римлянам по приказанию императора.
Разумеется, в Риме было немало и людей труда – рабочих и ремесленников. В городе зарегистрировано свыше 150 профессиональных объединений, коллегий (их сравнивают обычно со средневековыми гильдиями). Свои коллегии были у кузнецов и гончаров, плотников и медников, булочников и сукновалов, парикмахеров и парфюмеров, рыбаков и продавцов фруктов.
Многое из того, что сделано руками римских мастеров, добыто рыбаками или собрано садоводами, можно было увидеть на Рынке Траяна – в этом грандиозном полукруглом здании, замыкающем Форум Траяна. Этот рынок возведен около 111 года архитектором Аполлодором из Дамаска по поручению императора. Возможно, он был самым большим торговым центром Античности.
На шести этажах здания располагалось около полутора сотен лавок, торговавших всякой всячиной, а также множество складов, обустроенных лавочниками. На первом этаже, например, продавали овощи, фрукты и цветы; этажом выше – оливковое масло и вино. На следующих двух этажах можно было приобрести перец и другие восточные пряности. На пятом этаже находился зал, в котором по поручению императора раз в неделю гражданам Рима раздавали хлеб. На верхнем этаже были обустроены бассейны, в которых держали рыбу торговцы ею. По свинцовым трубам свежая вода поступала из акведука в бассейны для пресноводных рыб. Соленую воду для бассейнов с морскими рыбами привозили из ближайшей гавани – Остии.
Вероятно, на рынке торговали не только продуктами, но и другими товарами: одеждой, мебелью, посудой, ювелирными украшениями. Без этого нам трудно представить себе рыночную торговлю.
Разумеется, у Рынка Траяна имелись и свои недостатки. Не всем нравились толкотня в здании или назойливые призывы продавцов непременно купить их товар. Утомляли и разнообразные резкие запахи, преследовавшие покупателей, где к винным парам был подмешан возбуждающий аромат специй и стойкая вонь рыбы.
На Этрусской улице книжный магазин
Интеллектуалы, чьи интересы были далеки от «хлеба, прочей еды и зрелищ», становились завсегдатаями совсем других магазинов – например, шли на vicus Tuscus (викус Тускус), Этрусскую улицу, связывавшую Форум с Большим Цирком. Там, возле Форума, прямо за храмом Диоскуров (храмом Кастора и Поллукса), братья Сосии организовали торговлю книгами. В их лавке можно было купить свитки с текстами Горация и многих других римских авторов.
Сам Квинт Гораций Флакк, великий поэт эпохи Августа, завершил первую книгу своих «Посланий» шутливым напутствием ей, направляя эту странницу от родных пенатов в гостеприимный дом Сосиев – выставляя ее на продажу:
«Кажется, книжка, глядишь на Вертумн и на Януса свод ты –
Хочешь стоять на виду, знать, приглажена Сосиев пемзой.
Ты ненавидишь замки и печати, приятные скромным;
Стонешь ты в тесном кругу и места многолюдные хвалишь […].
Будешь ты Риму мила, пока не пройдет твоя младость;
После ж, руками толпы захватана, станешь ты грязной,
Непросвещенную моль молчаливо кормить будешь […]»
(I, 20; пер. Н. С. Гинцбурга).
«Торговля книгами была прибыльным делом, и Сосии принадлежали к числу крупных деятелей римской книготорговли, как можно судить на основании того, что Гораций употребляет их имя в качестве нарицательного», – пишет советский историк В. Г. Борухович в книге «В мире античных свитков» (гл. X, 1976).
Даже ручки дверей в книжной лавке Сосиев были обклеены листами папируса со строками из книг, выставленных у них в магазине. Это была своего рода реклама, побуждавшая людей читать и покупать книги.
Последнее было многим не по карману. Свитки с эпиграммами и одами, например, стоили 5 денариев. Какой-нибудь грузчик трудился бы несколько дней, чтобы заработать такие деньги. «Не с тех ли времен, – шутливо замечает немецкий историк Кай Радемахер, – литература стала роскошью, привилегией людей богатых?» (C. Rademacher. «Ein Tag im Leben der Millionenmetropole» // «Rom. Die Geschichte des Kaiserreichs 27 v. Chr. – 476 n. Chr.», 2012).
В базилике Юлия
От дверей этого книжного магазинчика открывался прекрасный вид на Римский форум – площадь шириной в несколько сотен метров, где во времена республики любили выступать с речами консулы и народные трибуны, обращаясь напрямую к гражданам Рима. Однако в императорскую эпоху, когда время вольности и народовластия отошло в прошлое, Форум постепенно превратился в каменный музей под открытым небом. Площадь покрылась храмами, колоннами, императорскими статуями и триумфальными арками, словно морщинами, приметами старости. Ее впору даже иронично назвать «мраморной кулисой, маскировавшей проем между Палатином и Капитолием».
Прямо напротив книжной лавки Сосиев находилась базилика Юлия, построенная Цезарем. В ее стенах разыгрывались настоящие судебные спектакли. Здесь, поднявшись на балюстраду, можно было послушать, как адвокат, прекрасный ритор (адвокатом и ритором был и сам Цезарь), битый час пламенно рассуждает о том, кто и почему должен наконец заполучить треклятое наследство.
В этих стенах велись процессы по самым разным гражданским делам. Искусные адвокаты превращали судебные заседания в подобие театрального действа, в котором по примеру своих артистических кумиров так блестяще играли роль защитника страждущих, так вживались в это дело, что одним лишь искусством риторики, умением гипнотизировать слушателей и судей своими речами выигрывали дело, не приложив к нему иных усилий.
В этом просторном зале, кстати, проводилось несколько судебных процессов одновременно. Их участники были отделены лишь полотном ткани. На такие процессы адвокаты часто приводили своих клиентов, служивших им «группой поддержки», клакой. При особенно удачных пассажах адвоката его сторонники разражались громом аплодисментов. Подобные овации, сопровождавшие выступления участников одного процесса, часто сбивали с толку участников других процессов. Тем приходилось прерывать свои речи, останавливать слушания, прежде чем восторженный шум за занавесом утихнет и можно будет возвратиться к нерешенным вопросам, чтобы, может быть, через каких-нибудь полчаса, после удачной речи здешнего адвоката, зрители тоже взорвутся шумом, гамом, овациями, мешая всем остальным.