«Жизнь полна сюрпризов»: как Энтони Хопкинс начинал актерскую карьеру
«Эти занозы и внутренние шпоры не давали мне остановиться — и в конце концов привели туда, где я сейчас», — пишет об одиночестве, отчужденности и тревоге 88-летний актер Энтони Хопкинс в автобиографии «Мы справились, парень». Forbes Young публикует отрывок из книги о том, как будущий обладатель двух статуэток «Оскар» стал актером
«Как знать, может, однажды ты станешь знаменитым. Жизнь полна сюрпризов», — сказала мать юному Энтони Хопкинсу. А отец наставлял: «Просто делай свое дело. Держи хвост пистолетом и не ной». В своих мемуарах «Мы справились, парень», которые в июне выйдут в издательстве «Альпина Паблишер», всемирно известный актер (обладатель множества премий, в том числе двух «Оскаров» и двух «Эмми») рассказывает о непростом детстве, взрослении, личной жизни и пути к трезвости.
«Жизнь моя — одиночество. Так было всегда. Ну и ладно, невелика беда. Даже неплохое вышло путешествие, если разобраться, — потому что я не жертва. Я нашел применение этим черепкам — одиночеству, отчужденности, тревоге, как их ни назови. И теперь я им благодарен. Эти занозы и внутренние шпоры не давали мне остановиться — и в конце концов привели туда, где я сейчас», — признается в введении к своей автобиографии 88-летний Хопкинс. Чувство вечной неприкаянности он называет «неизгладимой меткой, впечатанной в нутро».
Forbes Young публикует отрывок из мемуаров сэра Энтони Хопкинса «Мы справились, парень» о том, как в 17 лет он поступил в Королевский валлийский колледж музыки и драмы.
Мать вырезала квадратик из газеты Western Mail и протянула мне:
— Почему бы тебе не попробовать?
Это было объявление о прослушивании на получение стипендии Принса Литтлера в Королевском валлийском колледже музыки и драмы в Кардиффе.
Я отправил заявку. Через неделю меня вызвали на прослушивание — в Кардиффский замок. Я ждал в главном холле. Минут через 10 меня провели в студию B, где я познакомился с мистером Реймондом Эдвардсом, директором колледжа. Ради «стипендии Принса Литтлера в размере £40 в год» я из кожи вон лез, заучивая монолог Отелло перед убийством Дездемоны: «Так надо, о моя душа, так надо...» У меня не было ни малейшей актерской техники — только хороший голос и драматическое чутье.
Когда я закончил, мистер Эдвардс улыбнулся и предложил мне присесть.
— Да. Очень хорошо. Очень хорошо. Вы любите Шекспира?
— Да, но я мало что в нем понимаю. Могу прочитать «Быть или не быть: вот в чем вопрос».
— Хорошо, очень хорошо. Что ж, благодарю вас, Энтони. Мы вскоре дадим вам знать.
Он, похоже, был впечатлен. Через две недели мне пришло уведомление о том, что я вошел в шорт-лист из трех кандидатов и приглашен на собеседование с руководством колледжа, которое состоится 30 июля в 11:00 в ратуше Кардиффа.
Я решил, что «шорт-лист» — короткий список — это что‐то про мой рост.
— Нет, балда, — сказал отец. — Дело не в росте. Это значит, что из всех желающих отобрали только троих, и ты в их числе.