Зеленые деньги: что мешает бизнесу зарабатывать на климатических проектах
Российский бизнес за четыре года запустил 107 климатических проектов, сообщили в Минэкономики. Итог этих инициатив — сокращение выбросов парниковых газов. По мнению экспертов, подобные проекты способны принести доход в миллиарды долларов, однако пока российским компаниям сложно найти покупателей как на внутреннем, так и на внешнем рынке. Почему так происходит, рассказывает Анна Кудрявцева, ведущий аналитик Центра цифровых технологий для природно-климатических проектов НИУ ВШЭ
Как можно продать сокращение выбросов
Достижение углеродной нейтральности может обойтись мировому бизнес-сообществу в огромную сумму — более $275 трлн, говорится в докладе консалтинговой компании Mckinsey. Эксперты поясняют, что эта сумма будет потрачена за 30 лет до 2050 года на изменение производственных процессов и внедрение зеленых технологий. Однако предприятия вряд ли смогут высвободить такие инвестиции на реорганизации производств: часто даже нет доступных технологий для сокращение выбросов отдельных производств. Поэтому регуляторы разрешили компаниям компенсировать часть своих выбросов за счет климатических проектов, что также уменьшает глобальный объем эмиссии СО2. Объем углерода, которые при этом не попадет в атмосферу, подсчитывается и идет в зачет мер бизнеса по декарбонизации. В качестве инструмента для таких расчетов введено понятие углеродных единиц (УЕ) или углеродных кредитов.
В России углеродный рынок начал активно формироваться в 2019 году. И уже в 2025 году такой регион страны, как Сахалин, стал углеродно-нейтральным за счет пилотного проекта по обязательному углеродному регулированию. Кроме того, благодаря созданной нормативной базе, усилиям государства и бизнеса, число климатических проектов в Российском реестре достигло цифры 107.
Казалось бы, теперь Россия может выйти на международный рынок и заработать на природном потенциале и усилиях по декарбонизации. В 2024 году заместитель генерального директора направления «Наука» фонда Андрея Мельниченко Илья Типунин предположил, что при масштабировании проекты восстановления луговых систем могут принести от $10 — $100 млрд в год. В январе 2026 года на торгах Петербургской биржи углеродные единицы проекта лесоразведения в Алтайском крае продавались по 750–780 рублей (10,4$) за единицу, а потенциал российских климатических проектов, по оценке Минэкономики, 103 млн углеродных единиц. Часть компании оставят для внутреннего использования, но значительный объем может быть продан.
Однако в феврале 2026 года аналитики Центра стратегических разработок пришли к выводу, что крупнейшие российские климатические проекты пока не соответствуют международным стандартам, а значит, не будут востребованы у покупателей на глобальном рынке.
Разбираемся, что из себя представляет глобальная площадка для торговли углеродными кредитами, почему России придется на нее выйти и почему пока это так сложно.
Почему российский бизнес будет вынужден покупать единицы
Объем добровольного рынка углеродных единиц в 2024 году составил $535 млн, а к 2050 году, по оценкам компании MSCI (ранее Morgan Stanley Capital International), он может вырасти до $45–250 млрд. Регулируемый рынок является еще более масштабным и в 2024 году поступления от углеродного ценообразования превысили $100 млрд, но в России обязательная плата на углерод пока не введена.
Основные покупатели углеродных единиц находятся в развитых странах Северной Америки, ЕС и Азии. Стоимость УЕ на добровольном рынке сейчас колеблется от $3 до $40. Но аналитики прогнозируют увеличение цены к 2040 году до $33-$63, а в амбициозном прогнозе MSCI — до $268 к 2050 году.
Спрос на единицы растет во многом благодаря IT компаниям. Они выполняют собственные ESG‑обязательства и достигают целей по углеродной нейтральности, инвестируя в масштабные климатические проекты. Так, в мае 2024 года была создана коалиция крупнейших корпораций Symbiosis, куда вошли Microsoft, Salesforce, Google. Участники коалиции планируют купить более 20 млн УЕ в течение следующих пяти лет. А один из крупнейших девелоперов климатических проектов Indigo Carbon заключил в 2026 году контракт на реализацию проекта с Microsoft на сумму $171–228 млн.
Также начинают развиваться отраслевые сегменты регулируемого рынка. Например, международные авиакомпании вот-вот начнут торговать УЕ в рамках программы CORSIA. Суть системы — снижение эмиссии в секторе за счет перехода на авиационное топливо, сжигание которого приводит к минимальным выбросам, или приобретения углеродных кредитов. С 2027 года CORSIA станет обязательной для стран-участниц Международной организации гражданской авиации, в их число входит Россия. С этого момента перевозчикам понадобятся углеродные кредиты для компенсации выбросов. По расчетам ВШЭ, российские авиакомпании вынуждены будут купить около 1,5-2 млн УЕ. При цене самой дешевой единицы в $20 перевозчики вложат в климатические проекты до $40 млн, а в 2050 году сумма вырастет на порядок.