Книги, на которые стоит обратить особое внимание

WeekendСобытия

30 книг, которые надо купить на non/fiction

Выбор Игоря Гулина и Лизы Биргер

В Гостином Дворе до 3 декабря проходит ежегодная Международная ярмарка интеллектуальной литературы non/fiction — главная московская книжная ярмарка года. Weekend попросил Игоря Гулина и Лизу Биргер выбрать книги, на которые стоит обратить особое внимание.

Выбор Игоря Гулина

Генрих Сапгир. Собрание сочинений. Том 1: Голоса; Том 2: Мифы

Новое литературное обозрение

Фото: Новое литературное обозрение

Первые два тома масштабного собрания сочинений поэта, прозаика, переводчика и детского писателя Генриха Сапгира. Начиная с 1950-х годов Сапгир был одной из центральных фигур культурной жизни московского подполья, а в первое постсоветское десятилетие — деятелем, активно работавшим над преемственностью андерграунда и новой литературы. Он не был настолько ярким новатором, как его товарищи по «лианозовской школе» — Игорь Холин, Всеволод Некрасов, но был задорным экспериментатором, мастером гротеска и веселой игры жанров. Без опытов Сапгира точно не было бы Дмитрия Александровича Пригова. Это собрание — логичное продолжение проекта по изданию Пригова, затеянного «Новым литературным обозрением». Устроено оно схожим образом: книги объединены не хронологией или жанром, а сквозной темой. В первом томе это полифония: разнообразные масочные стихотворения (вроде цикла «Черновики Пушкина», в котором Сапгир дописывал стихи к отдельным строчкам классика), переводы, заметки о современниках. Тема второго тома — мифология, понятая максимально широко: сюда входят не только вариации на библейские и античные темы, но и миф об андерграунде, в формирование которого Сапгир внес изрядный вклад.

Тур Ульвен. Исчезание равно образованию

Издательство Ивана Лимбаха
Перевод Нина Ставрогина и Дмитрий Воробьев

Фото: Издательство Ивана Лимбаха

Сборник избранных текстов Тура Ульвена — одного из самых значительных авторов норвежской литературы конца ХХ века. Ульвен был из тех писателей, что ввели довольно провинциальную норвежскоязычную словесность в общеевропейский контекст (классики вроде Гамсуна и Ибсена писали на датском). Однако в самом его письме есть оттенок обаятельного анахронизма. 1980-е и ранние 1990-е, на которые пришлись главные годы работы Ульвена (в 1995 году он покончил с собой), были расцветом постмодернизма. Ульвен же был уверенным модернистом, прививавшим к традиционной норвежской поэзии и прозе находки Андре Бретона, Рене Шара, Пауля Целана, Сэмюэла Беккета. Его стихи (они составляют большую часть тома) — тонкие, печально-иронические, фиксирующие мельчайшие всполохи ощущений и действительно написанные как бы на границе исчезания, растворения сознания. «Печной дым клубится у тебя изо рта, / но у смерти / в насущном хлебе вкуса нет. / С завязанными глазами, / с зажженной свечой / в руке / выйдешь в морось, за всем живым, стремящимся / в последний перелет / вперед тебя».

Аннемари Шварценбах. Смерть в Персии

Издательство Ad Marginem
Перевод Виталий Серов

Фото: Ad Marginem

Первая выходящая по-русски книга швейцарской писательницы, журналистки и фотографа Аннемари Шварценбах. В 1920-х Шварценбах жила в Берлине и была заметной фигурой богемы веймарской эпохи — яркая интеллектуалка, утонченная лесбиянка, убежденная социалистка, ведущая подчеркнуто декадентский образ жизни. В начале 1930-х веймарский шик закончился, Шварценбах вернулась в Швейцарию, но вскоре пустилась в путешествия — в Турцию, Персию, Афганистан. Эти опасные поездки для нее были, по сути, бегством — от политической депрессии, склок с матерью, убежденной нацисткой, любовных неурядиц и наркотической зависимости. Написанная в 1935–1936 годах «Смерть в Персии» — вроде бы типичные путевые заметки просвещенной и привилегированной европеянки о загадочном Востоке, но одновременно это пронзительный дневник отчаяния. Шварценбах писала его прямо в путешествии — в малярийной лихорадке, опиумном бреду, любовной тоске по безнадежно больной дочери турецкого посла. Позже она переработала текст в роман «Счастливая долина», но по-русски выходит ранний, не публиковавшийся при жизни, менее литературный и более документальный вариант.

Джон Бёрджер. Счастливый человек

Издательство Ad Marginem
Перевод Андрей Сен-Сеньков

Фото: Ad Marginem

Вышедшая в 1967 году книга английского писателя, критика и мыслителя Джона Бёрджера — очерк о знакомце автора, его соседе по деревне в Стаффордшире, враче Джоне Сассоле. Сельский врач — персонаж демократического пантеона XIX века, и Бёрджер, чрезвычайно ангажированный политически автор, знает, что такую фигуру уже не поставишь в освободительном авангарде. Тем интереснее в нее всмотреться. Сассол — прекрасный врач, обожаемый своими пациентами и любящий их. Но, помимо того, он своей практикой ставит вопрос о сущности самой профессии, состоящей буквально в борьбе со смертью. У Бёрджера врач — это ренессансная фигура: не узкий специалист, а человек, каждый день имеющий дело с самой сущностью жизни. «Счастливый человек» — книга очень поэтичная и вместе с тем трезвая, чуждая романтизации, постоянно ставящая болезненные политические вопросы (в том числе и к своему герою). Помимо того, здесь необычная форма. Эссе Бёрджера сопровождают снимки швейцарского фотографа Жана Мора. Они не иллюстрируют текст, а вступают с ним в ассоциативный диалог.

Надежда Санжарь. Записки Анны

Издательство Common place

Фото: Common place

Писательница Надежда Санжарь — практически забытая фигура эпохи Серебряного века и раннесоветской литературы. Эту забытость легко объяснить. Коллеги и критики не воспринимали Санжарь всерьез, а иногда откровенно издевались над ней. Исключением был разве что Блок, одно время с ней приятельствовавший (письма Санжарь к поэту напечатаны в приложении к книге). Но и он видел в ней прежде всего не литератора, а образец человеческой воли. Дочь проститутки и уголовника, не знавшая грамоты до 27 лет, претерпевшая множество унижений, она страстно хотела быть писательницей, вместе с тем презирала заносчивую интеллигенцию, но и стремилась к странному союзу с ней. Мечтой Санжарь было родить ребенка от великого человека; с этой просьбой она переходила от одного петербургского интеллектуала к другому, но план так и не увенчался успехом. Помимо того, она была своеобразным наивным философом и, как многие в ее эпоху, строила проекты по усовершенствованию самой человеческой природы. Обо всем этом она рассказывает в вышедшем в 1909 году автобиографическом романе «Записки Анны» — книге одинаково нелепой и страстной, диковинном документе духовных поисков начала ХХ века.

«Для голоса» Маяковского/Лисицкого

Издательство Арт Волхонка — Центр «Зотов»

Фото: Арт Волхонка – Центр Зотов

Первое в России факсимильное издание одного из главных шедевров конструктивистского бук-арта. Вышедшее в 1923 году в Берлине, но под маркой советского ГИЗа «Для голоса» не было такой уж важной книгой для самого Владимира Маяковского. Это небольшое избранное, составленное из стихотворений разных лет, особенно любимых чтецами-декламаторами («Хорошее отношение к лошадям», «А вы могли бы?», «Приказ по армии искусств», «Левый марш» и так далее). Обычно такие книжки выглядели довольно непритязательно, но Эль Лисицкий превратил ее в радикальный авангардный эксперимент — разговор на равных с автором (он сам говорил: «Автор — поэт стихов, я — поэт типографии»). Как и все искусство русского конструктивизма, этот проект отличается амбивалентностью: с одной стороны, чистая манифестация мастерства, виртуозная игра формы, с другой — утилитарный смысл, попытка создать новую революционную вещь. Лисицкий утверждал, что делает не буржуазную книгу-украшение, а пролетарскую книгу-прибор. Помимо собственно репринта, здесь — объемный искусствоведческий и филологический комментарий, а также ряд не публиковавшихся ранее документов.

«Семечки»: записная книжка Константина Вагинова

Издательство Европейского университета

Фото: Издательство Европейского университета

Еще один любопытный артефакт из истории русского модернизма. Поклонники Константина Вагинова (а за последние десятилетия он превратился из писателя для писателей в объект культа, сравнимого с культом его друзей-обэриутов) знали о существовании «Семечек» давно. Фрагменты их входили в собрание сочинений, но целиком этот текст до сих пор не публиковался. У Вагинова была парадоксальная эволюция: от утонченного эстетизма ранних стихов к безжалостному гротеску и коллекционированию разного рода курьезов в поздних романах. «Семечки» относятся как раз к последнему периоду. В сущности, это текст-коллекция. В течение трех последних лет жизни Вагинов заносил в специальную тетрадь комичные обрывки разговоров, анекдоты, матерные частушки, подслушанные интимные истории, новые фразеологизмы. Небольшая часть этого материала перекочевала в «Гарпагониану», его последний роман. Остальное — тоже как бы материал для возможных будущих текстов, однако читается он и как самостоятельная вещь — срез сырой, нецензурированной уличной речи ранних 1930-х.

Катя Морозова.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Выше ограничений Выше ограничений

История одного здания, вместившего дух предпринимательства

Weekend
Трудовая дисциплина Трудовая дисциплина

Об отношении Гвардиолы к тренировочному процессу и его системе мотивации игроков

Ведомости
Диагнозы не горят Диагнозы не горят

Новый детективный сериал видного сценариста Денниса Лихейна «Дым»

Weekend
Позитивные вибрации: плюсы и минусы дизельной модификации пикапа JAC T9 Позитивные вибрации: плюсы и минусы дизельной модификации пикапа JAC T9

JAC T9: настоящие внедорожники еще выпускают

ТехИнсайдер
Как в том меме Как в том меме

Почему ироничные картинки стали видом коммуникации и целым культурным пластом

Grazia
Академик Петр Чумаков: вирусы позволяют увидеть раковые клетки и сформировать иммунный ответ Академик Петр Чумаков: вирусы позволяют увидеть раковые клетки и сформировать иммунный ответ

Вирусы дают надежду в лечении самых злокачественных видов рака

Наука
Музыка — не в нотах Музыка — не в нотах

Что мы потеряли в музыке за последние сто лет, педантично следуя нотам?

СНОБ
Ксения Хаирова Ксения Хаирова

О Валентине Талызиной, актрисе поистине уникальной

Караван историй
Крупным планом: что происходит с отечественным кинорынком Крупным планом: что происходит с отечественным кинорынком

Какое кино сейчас интересно зрителям в России?

Inc.
Пушки или масло Пушки или масло

Как технологии двойного назначения помогли послевоенной конверсии

Эксперт
Чьим голосом вы говорите с собой? Чьим голосом вы говорите с собой?

Тест: как часто вы точно понимаете, чего на самом деле хотите

Psychologies
Алексей Маслов: «Для Китая Россия — это прежде всего точки продаж» Алексей Маслов: «Для Китая Россия — это прежде всего точки продаж»

Как развиваются связи РФ и КНР и чего ждать в будущем

РБК
«Ревность о Севере: Прожектерское предпринимательство и изобретение Северного морского пути в Российской империи» «Ревность о Севере: Прожектерское предпринимательство и изобретение Северного морского пути в Российской империи»

Почему предпринимателей интересовала печорская древесина

N+1
От «коробочек» — к нелинейной архитектуре От «коробочек» — к нелинейной архитектуре

Как может выглядеть архитектура XXI века?

Монокль
Биология эльфов Биология эльфов

Чем эльфам пришлось бы «пожертвовать» в обмен на вечную жизнь?

Вокруг света
Человек и мир агентов искусственного интеллекта Человек и мир агентов искусственного интеллекта

Три сценария для поддержания человеческой уникальности в мире ИИ

Наука
Точное определение Точное определение

От идеи журналиста до легенды футбола: история Суперкубка УЕФА

Ведомости
Взять курс на богатство Взять курс на богатство

Как научиться зарабатывать больше, а еще избавиться от спонтанных трат?

Psychologies
Разработаны методы генного редактирование смертельно опасных заболеваний мозга Разработаны методы генного редактирование смертельно опасных заболеваний мозга

Ученые успешно применили технологии генного редактирования для коррекции мутаций

ТехИнсайдер
Свиньи как свиньи Свиньи как свиньи

История «Скотного двора», главной сказки холодной войны, в вопросах и ответах

Weekend
Лето, прощай! Лето, прощай!

Что нужно успеть сделать на даче до конца августа

Лиза
Как развить интуицию Как развить интуицию

Хочешь научиться доверять внутреннему голосу?

Лиза
Самое голодное место в мире: что происходит в секторе Газа и можно ли это исправить Самое голодное место в мире: что происходит в секторе Газа и можно ли это исправить

Рассказываем, что происходит в Газе с продовольствием и что к этому привело

Forbes
Не всякая поганка — гриб Не всякая поганка — гриб

Почему красивых и изящных водоплавающих птиц назвали поганками?

Наука и жизнь
Что делать, если бизнес приносит убытки Что делать, если бизнес приносит убытки

Какие шаги помогут стабилизировать ситуацию, если предприятие работает в минус

Inc.
Не сносить, а наслаивать Не сносить, а наслаивать

Архитектор Сергей Чобан — о ценности Мавзолея и контрастной Москве

СНОБ
Искусство момента и вечности Искусство момента и вечности

Книги об истории и философии искусства, о вдохновленных и вдохновлявшем

Weekend
«Американцы хорошо продают себя, но работают слабо». 5 бизнес-ошибок основателя платформы ИИ-музыки Mubert «Американцы хорошо продают себя, но работают слабо». 5 бизнес-ошибок основателя платформы ИИ-музыки Mubert

Чего не следует делать стартапам с совершенно новой технологией на рынке

Inc.
С любовью к русской песне, фолк-группа «Красива» С любовью к русской песне, фолк-группа «Красива»

О силе традиций, народной музыке, женской дружбе и не только – в нашем интервью

Лиза
Все это время вы не понимали свою кошку: 5 популярных мифов, в которые вы до сих пор верите Все это время вы не понимали свою кошку: 5 популярных мифов, в которые вы до сих пор верите

Хорошо ли вы знаете свою кошку?

ТехИнсайдер
Открыть в приложении