Все виды ржавчины: каким получился спектакль «На дне» в постановке Льва Додина
Режиссер Лев Додин впервые в карьере обратился к пьесе Максима Горького «На дне», поставив на большой сцене петербургского МДТ спектакль с актерами своей «Молодой студии». Там, где у Горького большинству ключевых персонажей около 40 лет, исполнителям чуть больше 20. О том, как выглядит дно жизни в исполнении молодых и в авторской редакции режиссера, размышляет театральный критик Наталья Сиверина.
Спектакль имеет подзаголовок «Сочинение для сцены Льва Додина» — так же, как «Гамлет», поставленный в 2016 году, и «Чайка» 2022 года. Это означает, что режиссер адаптировал драматургический материал под свою концепцию. В случае с «На дне» Додин не только сократил текст пьесы, но изменил некоторые принципиальные моменты, отойдя от хрестоматийной трактовки этого произведения.
Кроме того, режиссер убрал пятерых персонажей, в частности, человеконенавистника слесаря Клеща, его умирающую чахоточную жену Анну, торговку пельменями Квашню. Возможно потому, что это люди, хоть и опустившиеся, но сохранившие характеристики социального положения в обществе, такие как профессия или семья. В трактовке Додина герои «На дне» существуют только за гранью человеческого сообщества.
Сценограф Александр Боровский создал выразительный образ скудности и пространственного, и человеческого существования персонажей. Сцена перегорожена ржавой железной стеной, оставляющей актерам буквально пару метров на авансцене. Конструкция отсылает как к «железному занавесу» в политическом смысле, так и к первоначальному театральному значению этого термина — противопожарному железному барьеру между сценой и зрительным залом.