Безумное чаепитие
Второе столетие подряд математики и психологи, физики и лингвисты находят в бессмыслицах «Алисы в Стране чудес» Льюиса Кэрролла все новые и новые смыслы. Приглашаем присоединиться к безумному чаепитию, чтобы разобраться, какие глобальные вопросы о мироустройстве скрываются за шутками и каламбурами.
«Алиса в Стране чудес» родилась из шутливых историй, которые Кэрролл сочинял на ходу для своих юных друзей – детей профессора Лидделла. Однако седьмая глава книги – «Безумное чаепитие» – не была экспромтом. Она появилась только в третьем и окончательном варианте книги.
Любители чая ведут с семилетней девочкой странный разговор, который куда глубже, чем кажется. Собеседники Алисы – это Шляпник, Мартовский заяц и Мышь-Соня. Откуда взялись эти персонажи?
В английском фольклоре есть поговорки «безумен, как шляпник» и «безумен, как мартовский заяц». Поговорка про зайца отсылает к безумным прыжкам самца в период спаривания. Поговорка про шляпника, скорее всего, обязана своим происхождением английским шляпникам, использовавшим в своем ремесле ртуть. Хроническое отравление вызывало у них судороги, а то и психические расстройства.
Мышь-Соня (зоологическое название орешниковая соня) – это миловидный грызун, впадающий в зимнюю спячку. У Кэрролла она почти непрерывно спит, лепеча сквозь сон всякую нелепицу.
Оживляя персонажей поговорок и заставляя Соню спать, писатель делает переносный смысл буквальным. Точно так же поступают дети, еще не понимающие переносных смыслов и метафор. Чуковский в своей знаменитой книге «От двух до пяти» отмечал: «…когда, например, отец говорит угрожающе: «Покричи у меня еще!» – сын принимает эту угрозу за просьбу и добросовестно усиливает крик».
Итак, о чем же два безумца и грызун говорят с английской школьницей?
1Чем ворон похож на письменный стол?
Этот вопрос задает Алисе Шляпник, чем ставит ее в тупик. Действительно, что здесь общего?
Как и многие шутки Кэрролла, эта загадка поднимает глубокие вопросы об устройстве мира и человеческого мышления. Так, больные шизофренией порой склонны находить самые неожиданные связи между чем угодно. В одном эксперименте испытуемым называли пары слов и спрашивали, есть ли между этими понятиями что-то общее. Здоровые люди обычно отвечали, что между керосином и симфонией ничего общего нет. А вот пациент с шизофренией отметил, что керосин может вытекать из бидона с мелодичным звуком. Несомненно, между птицей и мебелью он тоже нашел бы сходство.
Переиначим вопрос: какая разница между вороном и столом? Очевидно, первый – живое существо, а второй – неживой искусственный предмет. Но шизофрения мешает отличать существенные признаки от случайных, так что больной мог бы ответить, например, так: ворон может сесть на стол, но не стол на ворона. Конечно, неожиданные ответы не обязательно свидетельствуют о болезни, это может быть остроумие и живость воображения.
Физик XX века сказал бы, что животное и стол, равно как океан или Солнце, состоят из одних и тех же элементарных частиц. И вообще, физические законы – это и есть законы, которым подчиняются все объекты во Вселенной. Так что задача физики состоит в том, чтобы как можно полнее выяснить глубинное родство между птицами, мебелью, звездами и всем прочим.
А что имел в виду сам писатель? Кэрролл признавался, что специально придумал загадку, не имеющую отгадки. Читатели предложили множество остроумных вариантов ответа на вопрос Шляпника. В основном они основаны на каламбурах, которыми, кстати, полна вся книга. Некоторые ответы обыгрывают перья, чернила и стихотворение Эдгара По, вероятно, написанное за столом. Другие каламбуры – чисто англоязычные. Например, воронов со столами роднят