Вторая Луна
Героями обложки журнала Time стали четверо астронавтов – такого давно не бывало. Компания Blue Origin сворачивает программу суборбитальных полетов, чтобы сосредоточиться на новой цели. Даже Илон Маск отложил свой знаменитый план колонизации Марса и концентрирует ресурсы SpaceX на Луне. Хочется спросить: а что случилось?
Разбираем начало второй лунной гонки, охватившей планету спустя полвека после первой.
Почему интерес к Луне вернулся именно сейчас?
Причина первая: ресурсы. Нет, речь не идет о добыче гелия-3 для будущих термоядерных реакторов. Реакции на основе этого изотопа пока далеки от освоения, к тому же на Луне он встречается в крайне низких концентрациях, и, чтобы получать приемлемые количества, спутник придется превратить в один гигантский карьер. Однако там обнаружилось нечто более ценное. За последние годы появилось достаточно данных о том, что в южных приполярных областях Луны, в вечной тени ее кратеров должны сохраняться большие запасы водяного льда. А лед – вещь уже не символическая, а весьма практическая: его можно превратить в воду для растений и людей, в кислород для дыхания и водород для ракетных двигателей.
Это упростит работу по освоению спутника, а в перспективе позволит сделать Луну ключевым инфраструктурным хабом для транспортной сети, которая распространится по ближней части Солнечной системы. В официальной директиве, давшей старт американской программе Artemis, Луна названа этапом на пути к «устойчивому присутствию» в космосе и миссиям вплоть до Марса. Эта внезапная стратегическая ценность не могла не привлечь внимание ключевого конкурента США – и в состязание включился Китай.
Другой причиной интереса к спутнику нашей планеты стала геополитика. Победа в лунной гонке не только поднимет престиж и продемонстрирует технологическую мощь страны, но и позволит заполучить больше ценных ресурсов, шире присутствовать в важном узле будущей сети космической инфраструктуры и в целом задавать стандарты и правила игры здесь, на Земле. Недаром те же США продвигают свою программу через соглашения Artemis Accords – серию мер и принципов мирного освоения окололунного пространства, которые регулируют взаимодействие государств и компаний. Китай параллельно собирает собственную коалицию. Обе стороны активно привлекают к работе бизнес: бурное развитие частной космонавтики, наблюдаемое в последние годы, обещает удешевить и ускорить процесс.
Чем вторая лунная гонка отличается от первой?
По сравнению с историей полувековой давности (1960–1970-е годы) ситуация стала более запутанной и многополярной. Это уже не дуэль двух держав за право первой установить свой флаг на Луне, а конкуренция между глобальными сетями. США выстраивает вокруг Artemis Accords коалицию, объединенную общими принципами работы и технологическими стандартами. Китай приглашает партнеров в альтернативный проект Международной научной лунной станции (МНЛС), одним из «учредителей» которого выступила Россия.
У каждой стороны есть собственное видение будущих стандартов, правил и режимов доступа к ценным локациям, орбитам и ресурсам, и обе не спеша воплощают их в реальность. Кроме того, новая лунная гонка не спринт, где страну в финале ждет победа или поражение, а марафон, цель которого – основание форпоста на совершенно новой территории. Это означает, что на орбите и поверхности спутника придется создавать сложную инфраструктуру, организовывать стабильное сообщение с Землей, обеспечивать выполнение длительных миссий и проведение сложных операций. Понадобится продуманная энергетика, логистика, связь – все то, что сделает роботизированные и пилотируемые полеты на Луну рутиной. Во времена «Аполлонов» такое было попросту невозможно.