Понять и купить
Основательница Masters и коллекционер Полина Бондарева — о том, как образовательный проект за десять лет стал культурной институцией, зачем искусству старые здания и региональные сюжеты, почему коллекцию собирают не только сердцем, чем Петербург отличается от Москвы и как в одном доме могут встретиться художники, архивы, музыка, дизайн и архитектура.
Проект Masters отметил свое десятилетие — расскажите о прогрессе за декаду. Что за это время изменилось больше всего?
Этот год для нас важный не только потому, что нам исполнилось десять лет, но и в связи с тем, что появилась новая площадка в Москве. Школа Masters начиналась с лекций по искусству, истории кино, музыки, литературы, а теперь стала полноценной институцией со своим издательством, книжным магазином, журналом, которая проводит исследования, посвященные образованию, архивам, важным художественным явлениям и инициативам. У нас сформировалась своя система координат, нам удалось встроить образование в существующий арт-рынок и сделать на нем фокус.
Новому пространству masters:dom на Софийской набережной уже больше полугода — что успело развернуться там за это время? Чем вы особенно довольны?
Новый дом стал точкой роста — расширились наши компетенции и экспертиза, запустились резиденции для художников. У дома есть своя история: он был основан меценатом-коллекционером Василием Кокоревым, который не просто занимался поддержкой художников, но и был коллекционером. В Кокоревском подворье был постоялый двор, где останавливались Толстой, Рерих, Чайковский. Это дало нам важную тему для исследования.
Первыми резидентами стали не классические художники, как изначально задумывалось. Мы от толкнулись от контекста места и междисциплинарного формата: композитор Дмитрий Устинов создал для нас произведение, развернув целую электромузыкальную лабораторию. Хореограф Ольга Цветкова поставила перформанс — получилось интересное исследование на тему современного танца и движения с репрезентацией в стенах нашего пространства.
Следующая резиденция будет двойной — с художницей Александрой Кокачевой из галереи Anna Nova и композитором и пианисткой Настасьей Хрущёвой: совместно с компанией «Мелодия» выпустим пластинку с произведением Настасьи, а Александра оформит обложку. Мы и дальше планируем необычные форматы, в том числе международные — например, скоро к нам в резиденцию приедет индийская художница по текстилю.
Вы говорили, что в планах проекта — программы, связанные с культурным наследием. Расскажите о них подробнее.
С этой темой мы начали сталкиваться через выпускные работы наших студентов программы арт-менеджмента. Многие из выпускников, которые живут в регионах, как раз начали работать с объектами культурного наследия — от создания отеля в старых конюшнях до покупки водонапорной башни или открытия музея в Выборге. Сегодня это крайне актуально. Мне кажется, мы сейчас приходим к децентрализации: региональные практики развиваются самобытно, они свободны от столичного контекста, и это подкупает.
В Петербурге проект Masters расположился в Левашовском хлебозаводе, памятнике конструктивизма, московский masters:dom — в историческом Кокоревском подворье: для меня это работа с историческим слоем. Одним из важных проектов стало участие в разработке музейного комплекса в Старой Ладоге в усадьбе Томиловых — Шварца, там в XIX веке жил коллекционер, который приглашал к себе художников, чьи ладожские пейзажи мы видим в Русском музее. Это все формирует невербальные связи через века. У меня в коллекции есть работа Евгения Антуфьева, которую мы с мужем приобрели более шести лет назад, — она как раз тоже посвящена анализу русской культуры и творчеству Льва Толстого. Всё это удивительным образом складывается в новый пазл и становится продолжением исследования художника и того, как искусство обретает новое прочтение в контексте места.