Откровенное интервью с ректором Академии Русского балета Николаем Цискаридзе

PsychologiesЗнаменитости

Николай Цискаридзе: «Я могу позволить себе меняться»

«Чем бы у меня получилось заниматься с той же страстью, что и танцем? Вышиванием, — признается Николай Цискаридзе, ректор Академии Русского балета имени Вагановой и премьер Большого театра. — А еще я мог бы работать консьержем. Для меня важно, чтобы работа была статичная».

Текст: Наталья Фомина. Фото: Данил Головкин

Поло из хлопка, кардиган, джинсы, все – Brunello Сucinelli; кожаные ботинки, Pal Zileri

Нечеловеческая, животная пластика, почти Демон с картины Врубеля на нашей обложке. Съемка позади, мы идем разговаривать в небольшую гримерку. Здесь два обычных стула и один барный, на высоких ножках. Николай выбирает его и зависает надо мной в воздухе. Это очень театрально. И немного комично — учитывая нашу и без того ощутимую разницу в росте.

Он в прекрасном расположении духа, потому что наконец-то выспался: «Я обычно во сне куда-то взбираюсь, а сегодня ничего не видел, так сладко спал! Накануне в Михайловском театре была премьера спектакля, где я танцевал с моей ученицей Анжелиной Воронцовой. Я давно не готовил новую роль, поэтому волновался и за себя, и за Анжелину. И когда все прошло хорошо, был такой счастливый! А на следующий день я перевозил двух своих котят из Питера в Москву. Это тоже стресс. И вот наконец я счастливо уснул. Утром открыл глаза, увидел рядом спящих котят. И мне стало так хорошо...»

Psychologies: Николай, вы реалист, циник, человек земной, но при этом верите в чудеса, в мистические вещи. Такой же была ваша мама. По образованию физик, она гадала на картах и предсказывала будущее. Как все это может сочетаться в одном человеке?

Николай Цискаридзе: Я не вижу здесь противоречий. Кстати, многое из того, что мама предсказывала, сбывается до сих пор. Перед уходом она говорила об очень важных вещах. В том числе и о том, что я буду возглавлять одну из главных школ мира. Мне было двадцать, жил я в Москве и даже не думал о Ленинграде. И вот, когда через много лет я стал ректором Академии Русского балета, подумал: «Господи, мама-то меня догнала».

Мама очень болела и боялась, что может скончаться до моего совершеннолетия. Когда я стал взрослеть, она меня готовила к тому, что я останусь один. Хотела, чтобы у меня всего было в достатке, чтобы имелась крыша над головой. И ей было очень важно, чтобы если уж я выбрал эту странную в ее понимании профессию, то обязательно стал настоящим профессионалом.

Разве она могла на это повлиять? Это ведь зависело в первую очередь от ваших способностей, от труда и желания стать первым?

Н.Ц.: Мама дала карт-бланш моим учителям. Вручила педагогу стек для лошадей и сказала: «Мне нужен результат. Если надо — можете его пороть». Она и сама была очень жесткой и строгой. Но при этом я имел столько любви и заботы в семье, как никто. Педагог меня, конечно, не порол, но на орехи я получал регулярно. Однако ни удары, ни крики меня не унижали и не обижали. Просто в моей парадигме не существовало сомнения в том, что это делается мне во благо. Сейчас же я как педагог наблюдаю в основном сломленных, недолюбленных, недоцелованных в семье детей. Кричать на них противопоказано. Им нужно говорить: «Ты самый лучший, я тебя люблю».

Похоже, у вас не было проблем с самооценкой?

Н.Ц.: Были чудовищные сомнения и переживания по поводу внешности. И до сих пор есть. Я считаю себя одним из самых некрасивых людей на земле. Понимаете, для меня все красивое — светлое. В моем детском представлении человек с темными волосами не может быть красивым. Я хотел бы родиться белокурым и голубоглазым, а родился... С ужасом вспоминаю период пубертата. Мне казалось, что все сверстники вокруг выглядят лучше меня. Но в балетном зале все менялось. Там я понимал, что равных мне нет. И я с большим удовольствием занимался актерством, потому что мне интереснее быть кем-то, а не собой. Уверен, любой большой артист — это побег от самого себя.

Я, например, страшный интроверт. Об этом знают только самые близкие друзья. Они в курсе, что вынуть меня из скорлупы невозможно. У меня нет потребности общаться. Мне комфортно в моем доме. Я статичен: мне нужно, чтобы все было в зоне доступа, чтобы можно было лежать на диване и не двигаться. При этом я обожаю путешествовать, что-то узнавать. Поэтому я всегда составляю четкий план, где все продумано до мелочей. Я очень организованный человек. Мама на эту тему шутила: «Никогда не жила со свекровью, но родила ее». Я ее «строил», будучи еще трехлетним. Мама была с сильным характером, но мой оказался еще сильнее. Он просто стальной.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Марина Зудина: Марина Зудина:

Большое интервью с Мариной Зудиной

Караван историй
Что с них взять? Что с них взять?

10 очень мужских особенностей поведения, которые пригодились бы женщинам

Maxim
“Я считаю секс скучным” “Я считаю секс скучным”

Алексей Шевцов готов прожить всю жизнь без физической близости

Psychologies
Windows 11 против Windows 10: стоит ли вам обновляться? Windows 11 против Windows 10: стоит ли вам обновляться?

Плюсы и минусы обновления операционной системы от Microsoft с 10 на 11 версию

Популярная механика
Занять свое место Занять свое место

Мы погружаемся в тайны семейного прошлого — и меняется что-то в нас самих

Psychologies
«Ты сделала — держи лопату и копай»: как стать генеральным директором в 24 года «Ты сделала — держи лопату и копай»: как стать генеральным директором в 24 года

Валерия Матюхина, гендиректор «СберТройка» и победитель рейтинга «30 до 30»

Forbes
Время для любви Время для любви

Мне казалось, что с появлением малыша я поменяюсь кардинально. Именно внутренне

Домашний Очаг
Вы их не замечаете, но они меняют наш мир: 6 книг о самых маленьких жителях нашей планеты Вы их не замечаете, но они меняют наш мир: 6 книг о самых маленьких жителях нашей планеты

Самые необычные и интересные книги о насекомых

Популярная механика
Я хочу, чтобы меня любили Я хочу, чтобы меня любили

Быть любимыми – это условие выживания, потому что любовь – не просто чувство

Psychologies
Зачем старейшему инвестфонду США акции Rivian, Microsoft и Snap и кто им управляет Зачем старейшему инвестфонду США акции Rivian, Microsoft и Snap и кто им управляет

Портфельный менеджер Джо Фат не боится грязной работы и новых технологий

Forbes
6 признаков глупого человека 6 признаков глупого человека

Как понять, кого нужно избегать? Да и нужно ли на самом деле?

Psychologies
«Иначе как паникой не назовешь»: что делать во время падения рынка «Иначе как паникой не назовешь»: что делать во время падения рынка

Как вести себя частному инвестору во время паники на рынке?

Forbes
Ирина Хакамада: «Полезно нырнуть на самую глубину отчаяния» Ирина Хакамада: «Полезно нырнуть на самую глубину отчаяния»

Хакамада меняется в каждом отрезке времени. Сейчас у нее очень непростой период

Psychologies
10 признаков того, что тебе не хватает железа 10 признаков того, что тебе не хватает железа

Как понять, в норме ли твой гемоглобин

VOICE
Дженнифер Лопес Дженнифер Лопес

Ее считают иконой женской и расовой борьбы за равенство и воплощением китча

Psychologies
Генетики нашли древнейший случай заражения ребенка гемофильной палочкой Генетики нашли древнейший случай заражения ребенка гемофильной палочкой

Ребенок страдал от инфекции, вызванной гемофильной палочкой типа b

N+1
Тайны смартфона Тайны смартфона

В обычном мобильном телефоне заложено много неведомых тебе возможностей

Лиза
Прогресс или лидерство: как страны мира относятся к беспилотным автомобилям Прогресс или лидерство: как страны мира относятся к беспилотным автомобилям

Зачем людям нужны беспилотные автомобили?

Популярная механика
Юлия Бордовских: «Женщина не стареет, она взрослеет» Юлия Бордовских: «Женщина не стареет, она взрослеет»

Юлия Бордовских — о новой профессии, отношении к возрасту и идеалах красоты

Здоровье
Кристаллотерапия — новый велнес-тренд. Разбираемся, на что способны драгоценные камни Кристаллотерапия — новый велнес-тренд. Разбираемся, на что способны драгоценные камни

Терапия камнями набирает обороты и уже оформилась в мощный велнес-тренд

Esquire
Королева манто Королева манто

Перед тобой Олеся Судзиловская — приготовься к передозировке прекрасного

Maxim
Первые (и очень нелепые) роли звезд, о которых они предпочли бы забыть Первые (и очень нелепые) роли звезд, о которых они предпочли бы забыть

Некоторые звезды предпочитают не вспоминать, с чего все начиналось

VOICE
В зоне комфорта В зоне комфорта

Оксана Акиньшина – о том, почему так и не получила актерского образования

Cosmopolitan
Неустойчивое владение: как розничные инвесторы влияют на российскую политику Неустойчивое владение: как розничные инвесторы влияют на российскую политику

Почему IR-службам стоит внимательнее учитывать мелких игроков финансового рынка

Forbes
Быть частью общей борьбы: как женщины вдохновляют друг друга в спорте Быть частью общей борьбы: как женщины вдохновляют друг друга в спорте

Что нужно, чтобы привлечь инвесторов в профессиональный женский спорт

Forbes
Раскрепощенные красавицы! Пикантные фото актрис сериала «Мажор» Раскрепощенные красавицы! Пикантные фото актрис сериала «Мажор»

Актрисы сериала «Мажор» обрадовали мужчин горячими кадрами

VOICE
«Натаха есть в каждом»: создатели сериала «Почка» о морали, коррупции и семейных узах «Натаха есть в каждом»: создатели сериала «Почка» о морали, коррупции и семейных узах

Создательницы сериала «Почка» — каково снимать сериал женской командой?

Forbes
Ошибки кроя, которые дешевят образ: учимся избегать вещей с плохой посадкой Ошибки кроя, которые дешевят образ: учимся избегать вещей с плохой посадкой

Почему иногда образ смотрится дешево и как этого не допустить

Cosmopolitan
Какое место в медальном зачете Олимпиады заняла бы Госдума? Какое место в медальном зачете Олимпиады заняла бы Госдума?

Какой результат по медалям показывают наши депутаты

Maxim
«Почва только для одной партии» «Почва только для одной партии»

Зимой 1934 года закончилась бурная эпоха глубоких кризисов и острых потрясений

Наука
Открыть в приложении