Просто такая сильная дедукция
Как смерть Шерлока Холмса явила миру новую власть
Весной 1891 года, незадолго до своего 32-летия 22 мая. Артур Конан Дойль убил Шерлока Холмса. Великий сыщик, придуманный писателем, упал в Рейхенбахский водопад во время драки с профессором Мориарти. С настолько несправедливой гибелью вымышленного героя публика еще не сталкивалась — и начала яростно бороться за жизнь своего кумира. Рассказываем, почему Конан Дойль убил Холмса и как эта история научила фанатов отстаивать свои требования.
Глава первая, в которой Конан Дойль разбивает тысячи сердец
Рассказ «Последнее дело Холмса» был опубликован в декабре 1893 года в The Strand Magazine. Это был 26-й текст Конан Дойля о суперсыщике, в совершенстве владеющем дедуктивным методом. Шерлок Холмс уже сделал своего создателя — врача, решившего сменить медицину на литературу,— успешным и знаменитым писателем, а сам стал еще более знаменитым. Современники говорили, что из соотечественников Холмса известнее него только королева Виктория. Но она к тому моменту разменяла уже шестой десяток своего царствования и контролировала четверть мира, а Холмс существовал всего пять лет. И за этот срок успел обзавестись армией поклонников.
И вот очередной рассказ о нем сообщил, что гений сыска упал с обрыва где-то в горах Швейцарии в какой-то Рейхенбахский водопад, борясь с невесть откуда возникшим профессором Мориарти — гением преступного мира. Такой финал насыщенной, но короткой жизни Холмса привел их в ярость. Масштабы реакции реконструировать несложно — хотя бы потому, что декабрь 1893 года оказался черным месяцем для The Strand Magazine.
В этом журнале Конан Дойль опубликовал два цикла рассказов о Холмсе, они и две ранние повести («Этюд в багровых тонах» и «Знак четырех») составляли весь корпус текстов о сыщике. Стать домом для Холмса было большой удачей для The Strand Magazine. Первый рассказ, «Скандал в Богемии», был опубликован в шестом от основания журнала номере, и с тех пор почти ни один выпуск не обходился без Шерлока — публика моментально в него влюбилась. А узнав о его гибели, читатели массово стали отказываться от подписки на журнал. Он потерял более 20 тыс. человек своей аудитории и оказался в весьма сложном финансовом положении. Мнение редакции о судьбе Холмса, конечно, не совпадало с мнением автора: «Мы настойчиво, искренне и неустанно просили мистера Конан Дойля о пощаде. Как и сотни читателей, мы чувствуем, что потеряли старого друга».
Отказы от подписки стали только началом. Массовый и стихийный общественный протест под лозунгом «Оставим Холмса в живых» и годы спустя терроризировал и редакцию The Strand Magazine, и самого Артура Конан Дойля. Ему адресовали письма с угрозами и проклятиями, а особенно оскорбленные даже нападали на писателя на улице.
С настолько настойчивым и массовым давлением аудитории на автора культура сталкивалась впервые. Никогда читатель или зритель так яростно и длительно не требовал удовлетворить его потребность в развлечении. Источником этого небывалого явления была вторая промышленная революция. Индустриализация формировала в Великобритании нового читателя — грамотного горожанина с регулярным доходом и досугом. Журналы вроде The Strand Magazine превращали чтение в привычку: истории публиковались по частям, приучая аудиторию к героям и заставляя ждать продолжения.
Мир Шерлока Холмса идеально подходил для вкусов этой публики. Герой был харизматичным, рассказчик — доктор Ватсон — чуть наивен. Загадки и преступления выглядели почти мистическими, но блестящий ум расследователя рационализировал их и демонстрировал торжество логики над затуманивающим разум страхом перед необъяснимым. Рассказы о Шерлоке Холмсе были регулярным читательским опытом, возвращающим уверенность и уют в ускоряющемся мире. И вот Артур Конан Дойль вероломно разорвал отношения публики с ее кумиром и оставил читателей опустошенными и с разбитыми сердцами. Для такого поступка у писателя были очень веские основания.