«Первая грязная война XX века»: как англичане сражались с богоизбранной нацией
Русская народная песня «Трансвааль, Трансвааль, страна моя» появилась на волне бурофилии, охватившей не только Россию, но и весь мир на рубеже XIX и XX веков. Как голландско-африканские фермеры стали для Европы Давидом, победившим Голиафа, и почему 100 лет спустя их государство стали называть «Талибаном Трансвааля», — в отрывке из книги географа Семена Павлюка «Все цвета Африки. История, политика и жизнь континента».
Географ и путешественник Семен Павлюк за почти 20 лет полевых исследований побывал в 36 странах Африки из 54. Как он вспоминает, знакомство с континентом началось для него в 2007 году, когда он оказался в Намибии в составе экспедиции по поиску алмазов. Алмазов тогда не нашли, но с тех пор Павлюк объездил почти всю Африку и теперь читает в МГУ курс «Социально-экономическая география Африки» — и написал об этом континенте книгу.
В ней он пытается противопоставить стереотипному образу Африки (голодающие дети с пустыми мисками в руках) более объемную и сложную картину. Хотя сейчас африканские государства занимают девять последних мест в рейтинге индекса человеческого развития, но так было не всегда — в 1960 году, когда независимость получили сразу 17 африканских государств, мир объявил о наступлении «года Африки» и заговорил о континенте как о «завтрашнем дне человечества».
Павлюк показывает, что Африка одновременно древняя и современная, богатая ресурсами и бедная экономически, единая цивилизационно и раздробленная этнически. Книга «Все цвета Африки. История, политика и жизнь континента» выходит в июле в издательстве Individuum. Forbes публикует отрывок.
Богоизбранная нация
Каждая нация считает себя ключевой в историческом процессе. «Умом Папуа — Новую Гвинею не понять», — сатирически писал поэт Владимир Герцик и был прав. Каждое государство объявляет себя богоизбранным. Но в истории африканеров XIX века есть нечто воистину библейское: и Исход, и путь на Землю Обетованную, и вероломное предательство, и Клятва, и помощь Господа в кровавой битве с превосходящим противником.
По итогам Наполеоновских войн, в ходе которых Нидерланды выступили союзником Франции, Британская империя аннексировала Капскую колонию. Как следствие, на южноафриканской земле столкнулись просвещенный XIX век и пуританский XVII. Одетые в ампирные фраки и жилеты британские пришельцы увидели колонистов в черных одеждах и широкополых шляпах, будто их соседи только что сошли с полотен старых голландских мастеров. Набожные африканеры казались британцам очнувшимися от двухсотлетнего сна Рипван-Винклями (герой одноименного рассказа Вашингтона Ирвинга голландский колонист Рип ван Винкль проспал 20 лет и вернулся в родную деревню). Вечно молятся Богу, держат рабов — настоящие мракобесы! Африканеры, в свою очередь, нашли посланцев капиталистического Альбиона жадными, бездуховными и беспринципными. Многое в этом культурном противостоянии напоминало конфликт между Севером и Югом США.
Смена официального языка колонии на английский, введение фунта в качестве валюты, приток британских колонистов — все это африканеры стерпели. Красной линией стал запрет рабовладения в 1834 году, ставящий на грань разорения многие фермерские хозяйства . Подавляющее большинство рабов в колонии были потомками невольников, привезенных с Малайского архипелага, с Анголы и с Невольничьего берега. Львиная доля таких фермеров, которых называли бурами (собственно, от голландского «фермер»), решила откочевать на восток от занятой англичанами территории, чтобы вести хозяйство на свой привычный манер.
Так начался Великий Трек — библейский исход буров на восток Южной Африки. Пожитки и семьи грузились в огромные повозки с колесами в человеческий рост, каждую тянула четверка рослых быков. Вокруг двигались конные всадники, гнавшие домашний скот. Все это напоминало покорение американского фронтира, хотя там освоение территории происходило в противоположном направлении — на запад.
В отличие от библейских евреев, буров никто не преследовал: опасность поджидала впереди. Вместо койсанских племен, не способных оказать серьезное сопротивление, на новых землях их встретило высокоорганизованное государство зулусов. За пятнадцать лет до начала Великого Трека вождь Чака, своего рода Чингисхан Южной Африки, объединил зулусские племена: его мощная армия, вооруженная копьями-ассегаями и новой боевой тактикой, стремительно покорила восточную часть современной ЮАР. Зулусы расселились по территории изгнанных ими народов (современная провинция ЮАР Квазулу-Наталь), но вскоре сами столкнулись с чужаками. На их новые земли прибыл первый отряд буров-переселенцев под руководством Пита Ретифа.
6 февраля 1838 года Ретиф явился в лагерь вождя Дингаана, наследника Чаки, надеясь заключить договор о покупке земли. Вождь принял посольство и даже якобы подписал договор, но в итоге приказал убить Ретифа и всех его спутников, пришедших в лагерь безоружными. Затем Дингаан распорядился расправиться с остальным отрядом буров. От рук зулусов тогда погибли 41 мужчина, 56 женщин, 185 детей и 250 рабов. Их избиение вошло в историю как Виненская трагедия — в честь городка Винен (Weenen), который основали на месте убийства несколькими месяцами спустя. На языке африкаанс имя города означает «плач».
Буры поклялись отомстить. 16 декабря 1838 года их небольшое войско под руководством Андриса Преториуса встретилось с армией зулусов на реке Нкома. Благодаря огнестрельному оружию и грамотной обороне 460 буров (и 200 помощников из числа женщин и рабов) разбили десятитысячное войско противника, не потеряв при этом ни одного человека. Потери зулусов составили более 3000 солдат. В историю это сражение вошло как Битва при Кровавой реке: Нкома покраснела от крови отступающих зулусов. Впоследствии в честь Преториуса будет названа столица колонии Трансвааль, а ныне столица ЮАР, Претория.