Новый черный для весны-лета — это цветы
Как, кого и на что вдохновляет период цветения и благоухания
Главный редактор журнала «Теория моды» Людмила Алябьева — о тычинках и пестиках как источнике вдохновения и для тех, кто моду творит, и для тех, кто о ней пишет.
Помните, как Миранда Пристли в «Дьявол носит Prada» отозвалась на идею включить в весенний номер аксессуары в виде цветов — «Цветы весной? Оригинально!»? Мы тоже помним, но решили, а почему бы и нет, и сделали выпуск «Теории моды», посвященный цветам, садам и прочей ботанике.
Цветы в моде и текстиле встречаются повсюду — собственно, эта повсеместность порой заставляет нас воспринимать их как нечто тривиальное и само собой разумеющееся. Между тем, как пишет Питер Макнил в статье, вошедшей в номер, «на протяжении долгой истории функции цветка были разнообразны: его искусственно культивировали с античных времен, в Средневековье он символизировал страсть и надежду, в эпоху Возрождения был предметом межкультурного обмена и торговли, в век Просвещения — объектом классификации и гибридизации, в XIX столетии обслуживал сентиментальные переживания и эротические импульсы, а в XX веке был воплощением фантазии (в сюрреализме), женственности и домашнего уюта».
Кстати, далеко не всегда цветы были исключительно атрибутом женственности, вплоть до начала XIX столетия и того, что Джон Карл Флюгель назвал «великим мужским отказом», цветочные узоры на равных присутствовали в мужском и женском костюме. И даже после масштабной трансформации мужского гардероба, ухода из него декора и ярких цветов, ботаника продолжала пробиваться, но уже на уровне деталей или домашней одежды — роскошных халатов, расшитых носовых платков и др.