«То, чего не могут центральные банки, может сделать бизнес»
Андрей Михайлишин, генеральный директор АО «БРИКС Пэй», — о том, как устроена новая платежная инфраструктура
Новые платежные маршруты и системы, пожалуй, самая сложная тема в сфере финансов. Их ждут российские туристы, которые ездят за рубеж, их ждет российский бизнес. Но ждут ли их другие страны — большой вопрос: рабочей и эффективной платежной системы в обход западных стран мы все еще не увидели.
В этом году наконец должен быть представлен «промышленный» вариант BRICS Pay: в мае стартуют расчеты для розницы, и ожидается, что осенью сервис заработает для иностранцев, которые будут приезжать в Россию. Расчеты для бизнеса — дело более сложное и поэтому отдаленное.
О том, что же такое на самом деле BRICS Pay, как она устроена, почему ее развитие продвигается медленно и что самое сложное в ее разработке, «Моноклю» рассказал руководитель целевой подгруппы BRICS Payments and Fintech российской части рабочей группы «Финансовые услуги» Делового совета БРИКС и генеральный директор АО «БРИКС Пэй» Андрей Михайлишин.
— Давайте начнем с самого начала. Проект платежного сервиса, на базе которого сейчас развивается BRICS Pay, и разрабатывавшая его компания «Цифровые платежи» появились несколько лет назад. Как из этого выросло АО «БРИКС Пэй»?
— Идея создания альтернативной системы расчетов и платежей возникла еще в 2017 году. Задумка была сделать сервис, который позволит расплачиваться в разных странах без задействования привычных Visa и MasterCard. Нам это удалось, мы проработали всю организационно-юридическую модель, технику, сделали интеграцию в кассовое программное обеспечение. То есть построили альтернативную платежную инфраструктуру, тогда это все работало с криптовалютой. В 2018 году был готов прототип сервиса. Попутно мы сделали внутреннюю систему расчетов для блокчейн-коммуны МИСИС и ВЭБ.РФ. После чего Деловой совет БРИКС предложил нам создать систему платежных шлюзов с использованием QR-кодов — она должна была повысить интероперабельность между уже существующими решениями. И главное — дать возможность использовать электронные средства платежа одной страны внутри платежной инфраструктуры другой страны.
— Что это означает на практике?
— Условно говоря, вы приезжаете в Индию и везде, где у них принимаются платежи по UPI (Unified Payments Interface, индийская система мгновенных платежей, аналог нашей СБП. — «Монокль»), платите через нашу СБП. Или наоборот: индийцы приезжают в Россию и расплачиваются с помощью UPI.
Эта концепция была принята Деловым советом. Удивительно, что индийцы тоже подготовили доклад, и их концепция один в один совпадала с нашей. Мы переживали за позицию Китая, но китайцы тоже согласились. Так что в 2018 году мы получили зеленый свет на разработку такой системы. Изначально она называлась New International Payment System, и только спустя год появилось название BRICS Pay.
В 2024 году, когда Россия председательствовала в БРИКС, она выдвинула четыре инициативы, включая BRICS Pay, а мы как разработчик продемонстрировали прототип последней и получили очень хороший отклик.
— Что произошло потом?
— Технологически нам было понятно, что нужно сделать. Мы взяли свои существующие наработки и выделили их как нематериальные активы в отдельную компанию — АО «БРИКС Пэй».
— То есть этот проект полностью частный.
— Да. Все инвесторы проекта, акционеры — это все частные лица. Сейчас будет формироваться новый совет директоров, и в нем уже будут представители государства. Мы четко координируем работу и с органами исполнительной власти, и с Центральным банком. Но сам проект полностью частный и остается таким.
— Каких инвестиций потребовал BRICS Pay?
— Мы до сих пор находимся на этапе привлечения инвестиций. Предыдущий проект, который стал базой для BRICS Pay, стоил порядка 250–300 миллионов рублей. В рамках тех исследований мы получили два патента: один позволяет платить, когда нет интернета на устройстве клиента, второй — прилинковывать к одному QR любое количество других платежных систем.
— Что это значит?
— Практически в каждой стране есть своя платежная система. Как сделать, чтобы у человека, который путешествует, в любой стране все работало? Ответ такой: надо, чтобы к электронному средству платежа в BRICS Pay можно было подключить любое количество других платежных систем.
Сеть, а не консорциум
— Когда появились Visa и MasterCard, их основным преимуществом было то, что они связали все банки-эквайеры, которые обеспечивали платежи, и все банки — эмитенты карт. Если я правильно понимаю, у BRICS Pay совершенно другой принцип работы: этот механизм обеспечивает связь не между банками, а между платежными системами?
— Да, мы работаем на уровне платежных систем. Если говорить о транcакциях частных лиц, то схематически это выглядит так. Российский гражданин, путешествуя по Индии, покупает что-то в магазине по QR-коду со своего счета в российском банке, допустим в Сбере. «На той стороне» индийский банк-эквайер, расчетный счет у этого магазина тоже в индийском банке. В Индии своя платежная система UPI, у нас — СБП. В чем проблема? Допустим, в данной конкретной модели НСПК (оператор СБП) под санкциями, Сбер под санкциями. И в открытую индийские банки и NPCI (Национальная платежная корпорация Индии, разработчик и оператор UPI. — «Монокль») не будут работать с нашими подсанкционными банками и НСПК.
Значит, во-первых, необходимо исключить санкционных участников расчетов. Для этого требуется встроить в расчеты оператора по переводу денежных средств (ОПДС) внутри России — несанкционный банк. Во-вторых, нужна платежная система третьей страны, нейтральной, которая входит в БРИКС. Эта платежная система взаимодействует с неподсанкционным российским ОПДС и с расчетным банком в Индии, который работает с UPI. Так получается цепочка, звенья в которой связаны процессингом через API (Application Programming Interface, интерфейс, позволяющий разным программам обмениваться данными. —