Суверенитет натолкнулся на магнит
Запуск производства высококачественных постоянных неодимовых магнитов под угрозой: за два года до запуска завода «Росатом» так и не определился с источниками сырья и не закупил оборудование
Магниты системы неодим-железо-бор — главное звено всей редкоземельной цепочки. «Есть языки, на которых говорят люди. А есть язык современной техники. И магниты — слова этого языка» — так поэтично описала эти изделия на конференции Magnetech исполнительный директор Ассоциации производителей и потребителей редких и редкоземельных металлов (РМ и РЗМ) Елена Хромова. Без редкоземельных магнитов невозможно создание электрического транспорта, беспилотных и роботизированных систем и прочей современной техники.
В России производят самарий-кобальтовые магниты, используемые в основном в системах СВЧ-приборов военного и гражданского назначения. Но самые востребованные магниты, неодимовые, выпускаются лишь в небольшом количестве, причем в основном из китайских заготовок.
Разговоры о собственном заводе редкоземельных магнитов ведутся с 2014 года, но сроки запуска сдвигались уже трижды: с 2020-го на 2023-й, затем на 2028-й и теперь на 2029 год.
И хотя представитель «Росатом МеталлТех» на конференции Magnetech вновь пообещал к 2029 году запустить магнитный завод в удмуртском Глазове, в ходе дискуссий выяснилось, что вопрос с доступом к тяжелой группе РЗМ (тербий, диспрозий), которые необходимы для изготовления высококачественных магнитов, по-прежнему не решен. А оборудование для предприятия придется закупать в Китае, который вводит все новые ограничения на экспорт редкоземельных технологий.
Китайская ловушка
На магниты приходится почти половина (46%) потребления редкоземельных элементов в мире. Они основа технологического суверенитета, продукт, без которого невозможно создание конечного изделия. Но сегодня почти весь мировой рынок производства магнитов — по разным оценкам, от 90 до 98% — сосредоточен в Китае. Поднебесная контролирует также около 70% мировой добычи РЗМ и является монополистом в выпуске диспрозия и тербия, необходимых для обеспечения термостойкости магнитов. Система производства в КНР выстроена таким образом, что неодим в готовом магните стоит дешевле, чем в оксиде неодима, то есть с каждым следующим переделом продукт не дорожает, а дешевеет, рассказал генеральный директор инжинирингового центра «Русредмет» Андрей Нечаев. «Это сделано сознательно, чтобы убрать средние переделы и выдавить с рынка конкурентов, — убежден он. — Поэтому в РЗМ-тематике сегодня выживает только единая цепочка — от карьера до ветряка или автомобиля».
Ряд стран сейчас пытается вырваться из китайской редкоземельной ловушки и создать единую технологическую цепочку даже ценой отказа от рыночных принципов. Так, министерство обороны США в прошлом году заключило десятилетний контракт на полный выкуп продукции нового завода MP Materials по завышенной цене, чтобы снизить зависимость от поставок из КНР. Похожие программы есть у Индии и ЕС.
Для России сложившаяся ситуация выглядит еще абсурднее, поскольку в основе китайского редкоземельного чуда лежат советские технологии. Советский Союз выпускал около 8500 тонн редкоземельных металлов. Добыча велась в РСФСР, Киргизии и Казахстане, переработка — на Украине и в Эстонии. Распад страны обернулся утратой мощностей и разрывом производственных связей, а санкции довершили картину.
Отечественная технологическая цепочка сегодня выглядит таким образом: Ловозерский ГОК в Мурманской области добывает лопаритовую руду, обогащает ее и ежегодно отправляет 7–12 тыс. тонн концентрата в Прикамье, на Соликамский магниевый завод (СМЗ). Оба предприятия входят в контур «Росатома».
СМЗ производит около 2000 тонн коллективного концентрата РЗМ в год. Частично его вывозят в Китай, а частично поставляют группе «Скайград» — единственной российской компании, способной разделять концентрат на оксиды металлов. У «Скайграда» есть также технология извлечения РЗМ из фосфогипса (побочный продукт при производстве фосфорных удобрений). Но это подмосковное предприятие регулярно сталкивается с проблемой сбыта: в России продавать соединения редкоземельных металлов некому из-за отсутствия высокотехнологичных отраслей, а экспортировать мешают санкции.