Лоскутное одеяло господдержки
Государственная поддержка бизнеса в России не имеет четкой структуры: мер много, но иерархии целей и баланса между ними нет. Это тормозит достижение целей промышленной политики страны
Ключевая ставка снижается, но деньги в льготных программах государства больше не дешевеют автоматически. Причина — лимиты по госпрограммам ограниченны, а спрос на них кратно выше предложения. К такому выводу пришли участники вебинара о мерах господдержки для бизнеса, организованного консалтинговой компанией Strategy Partners.
Переход от разрозненных мер поддержки к мерам, которые способствовали бы реализации промышленной политики, обсуждался и на недавнем Национальном промышленном конгрессе (НПК) PromSpace, организованном РБК.
Сегодня приоритетные направления промышленной политики закреплены указом президента № 309 от 1 мая 2024 года, объяснял на пленарной сессии замминистра промышленности и торговли Василий Шпак: «В нем поставлены задачи по обеспечению технологической независимости и суверенитета по широкому спектру направлений. Развитие этих направлений заложены в девяти национальных проектах технологического лидерства».
В свою очередь, к нацпроектам привязаны программы государственной поддержки. У бизнес-инициатив, которые входят в контур государственных приоритетов, больше шансов получить субсидии. Однако эксперты указывают на недоступность инструментов, непредсказуемость изменений и отсутствие долгосрочного прогнозирования.
«По сути, то, что делает Минпромторг, — это промышленная политика, — сказала “Моноклю” доктор экономических наук, профессор кафедры экономики и управления предприятиями и производственными комплексами Санкт-Петербургского государственного экономического университета (СПбГЭУ) Елена Ткаченко. — Но она как лоскутное одеяло — бессистемная, несбалансированная по целям, ресурсам и срокам».
Существующие инструменты
Стопроцентная «дочка» Сбера компания Strategy Partners реализовала свыше 70 проектов по привлечению господдержки с общим бюджетом более 600 млрд рублей. «Все проекты, которые мы берем в работу после предварительного анализа, доходят до логичного завершения [и получают господдержку]», — рассказал нам директор направления «Господдержка» Strategy Partners Вадим Аникин. Но признал, что «без обращения к консультанту далеко не все инвестиционные проекты изначально готовы к прохождению экспертизы банков и институтов развития».
Одним из наиболее эффективно работающих инструментов эксперт называет займы от Фонда развития промышленности (ФРП). Базовая программа фонда «Проекты развития» позволяет привлечь от 100 млн до 2 млрд рублей на срок до пяти лет. Базовая ставка по программе составляет 5% годовых, но при выполнении специальных условий: например, при наличии гарантии банка, при покупке российского оборудования или ПО она может снизиться до 3%. Средства займа можно направить на разработку новых продуктов и технологий, инжиниринг, приобретение оборудования, прав на результаты интеллектуальной деятельности, финансирование отдельных расходов на опытно-конструкторские работы и выпуск пилотных партий продукции. Есть у ФРП и более специализированные программы.
Для более крупных промышленных проектов действует Кластерная инновационная платформа (КИП) от Минпромторга, где ФРП выступает оператором. Программа предусматривает льготные кредиты от 2 до 100 млрд рублей при ставке не более 11%.
Фабрика проектного финансирования от ВЭБ.РФ ориентирована на проекты от 3 млрд рублей с окупаемостью до 30 лет и сроком финансирования до 20 лет. Ключевым преимуществом этого инструмента является хеджирование роста ставки за счет госсубсидий и синдицированное кредитование в трех траншах.
Механизм финансового содействия Евразийского экономического союза (ЕАЭС) субсидирует 100% ключевой ставки по кредитам для совместных проектов из трех и более стран Союза. При коммерческой ставке до 20,5% стоимость кредита для предпринимателя составит не более 6,5%, срок субсидирования — до пяти лет, максимальный объем — 350 млн рублей в год. Однако, как отмечают в Strategy Partners, «несмотря на более чем двухлетний период действия, механизм остается недооцененным: уровень практического использования крайне низкий». Ранее сообщалось, что на получение поддержки здесь претендует порядка 20 проектов, а принято к реализации менее 10.
В недостаточной мере используются также соглашения о защите и поощрении капиталовложений (СЗПК) и специальные инвестиционные контракты (СПИК), офсетные контракты, инвестиционный и налоговый вычет и другие инструменты, отмечают аналитики.
Недостатка в программах нет, отмечает Вадим Аникин: «Основная проблема заключается в сложности доступа к ним, фрагментарности требований и недостаточной предсказуемости процедур».
Например, требования к заявочной документации не унифицированы: инвесторам приходится готовить разные версии бизнес-плана и финансовой модели для банков, федеральных и региональных институтов развития.
Несмотря на снижение ключевой ставки, льготные программы перестали напрямую коррелировать с ней. Лимиты ограниченны, спрос на меры господдержки ощутимо выше возможностей программ, а формулы расчета по КИП и льготному кредитованию АПК изменены так, что нивелируют эффект снижения ставки, констатируют в Strategy Partners. «Возможно для отдельных проектов, соответствующих государственным приоритетам, нужно сделать упрощенный доступ для дополнительных мер государственной поддержки», — предлагает Вадим Аникин.
Неочевидная эффективность
Крупным игрокам, тем не менее, удается воспользоваться господдержкой. Первый замгендиректора Трансмашхолдинга (ТМХ) Александр Морозов на пленарной сессии НПК благодарил ФРП и ВЭБ.РФ за помощь в реализации проектов.