«Задача регулятора — усиливать конкуренцию на рынке банковских продуктов»
Директор по финансовым сервисам «Авито» Татьяна Жаркова об отличиях классифайда от маркетплейса
На «Авито» ежедневно миллионы людей тратят и зарабатывают деньги, площадка предоставляет различные финансовые сервисы, но, в отличие от маркетплейсов, даже не планирует в обозримом будущем создавать собственный банк. О том, чем классифайд отличается от маркетплейсов и какие направления «Авито» намерена развивать, „Ъ“ рассказала директор по финансовым сервисам компании Татьяна Жаркова.
— В чем отличие «Авито» от маркетплейсов Wildberries, Ozon, «Яндекс»? На вашей площадке товары продают разные участники, в том числе юридические лица. Но вы никогда не позиционируете себя как маркетплейс и не выступаете на их стороне в различных спорах, почему?
— Для начала важно зафиксировать: «Авито» — это классифайд, а не маркетплейс. Эта модель принципиально отличается по своей природе. В маркетплейсах основную аудиторию продавцов составляют юридические лица, которые продают товары физическим лицам. В нашем случае основной объем сделок — это сделки между физлицами, продажа вещей с историей, как по количеству, так и по объему. Да, на «Авито» работают компании и предприниматели — сегодня это около 1,4 млн профессиональных продавцов, и это важная часть платформы. Но сердце и основа платформы именно C2C-сегмент. Это первая ключевая разница.
Вторая ключевая разница — модель расчетов. Когда сделка происходит на маркетплейсе, то все расчеты происходят прямо на площадке. У нас иначе: есть два варианта. Первый — когда покупатель и продавец используют доставку: тогда расчет действительно проходит через платформу. Второй и основной вариант — когда сделка происходит не на платформе: люди нашли друг друга через объявление и договорились о способе оплаты. Мы не видим момент трансакции.
— Получается, что как классический маркетплейс вы работаете только в защищенных сделках. Какая доля их в общем объеме?
— Не совсем так — мы не работаем как классический маркетплейс даже в защищенных сделках. У маркетплейсов есть собственная логистика и ПВЗ, у нас — нет. Мы работаем в asset-light модели: всю инфраструктуру доставки обеспечивают партнеры. У нас около 8 млн сделок в месяц проходят с доставкой, когда мы обеспечиваем безопасность оплаты за товар. Деньги поступают продавцу только после того, как от партнера по доставке приходит подтверждение, что покупатель получил товар. Сейчас в большинстве случаев такое подтверждение поступает из пункта выдачи.
— В случае, когда вы просто сводите продавца и покупателя, а сделка происходит не на вашей платформе, в чем интерес «Авито»?
— В этом сценарии бизнес-модель строится не на комиссии с каждой сделки, а на сервисах для продавцов: размещении объявлений и инструментах продвижения. Если продавец хочет повысить видимость объявления в поиске, он может подключить платные услуги. Их стоимость зависит не от процента от чека, а от категории, типа товара и выбранного инструмента.
Когда покупка проходит на платформе, к ней подключаются дополнительные сервисы: безопасная сделка и доставка. У «Авито Доставки» есть своя специфика: поскольку значительная часть сделок происходит между частными пользователями, логистика сильно децентрализована. Такая модель сложнее и дороже, но именно она позволяет развивать удаленную торговлю по всей стране. Поэтому на текущем этапе доставка для нас убыточна, мы не зарабатываем на ней.