Режиссер Александр Прошкин — о творческом пути и о работе над своими фильмами

Коллекция. Караван историйРепортаж

Режиссер Александр Прошкин. Счастливый случай

Киноработы Александра Прошкина — "Холодное лето пятьдесят третьего...", "Увидеть Париж и умереть", "Доктор Живаго", "Живи и помни" и многие другие запомнились зрителю навсегда. В интервью "Коллекции Каравана историй" режиссер рассказал о творческом пути и о работе над своими фильмами.

Беседовала Наталья Черных

«Очень хочется написать мемуары, а потом прожить по ним жизнь», — сказал как-то Николай Павлович Акимов — выдающийся режиссер, руководитель Ленинградского театра комедии, теперь носящего его имя. В моей жизни все определял его величество случай. 1957 год. Неожиданно раннее лето. Собираюсь поступать на искусствоведческий, бреду по Моховой с тяжелой авоськой книг. У входа в ТЮЗ шумная толпа девушек, и вдруг аплодисменты, крики. Из дверей появляется их кумир Ромео — Владимир Сошальский. Он с трудом прорывается сквозь толпу поклонниц, направляется на трамвай к цирку. (В те былинные времена звезды еще ездили на общественном транспорте.) Толпа неотступно следует за артистом. Те из девушек, что не успели сесть в трамвай, бегут следом.

«Вот это жизнь! Вот это судьба!» — роняю авоську на асфальт. Поднимаюсь и вижу на здании напротив ТЮЗа объявление о приеме заявлений на актерский факультет театрального института. Через десять дней я уже прошел первый тур, потом проскочил второй, третий... И вот уже на курсе знаменитого педагога Бориса Вульфовича Зона — страстного последователя Станиславского, воспитавшего много блестящих актеров: Бориса Блинова, Павла Кадочникова, Николая Трофимова, Алису Фрейндлих — всех и не перечислить.

За зашторенным окном — бурная весна хрущевской оттепели, а в полутьме аудитории — секта, погруженная в таинство театра. Великий магистр Борис Вульфович ищет ключ к душе каждого из нас. Это был большой каждодневный труд. На нашем курсе — много ярко одаренных, большинства из них, к сожалению, уже нет. Леня Дьячков, Света Карпинская, Женя Меркурьев, Саша Назарова, Олег Зорин... Остались немногие: мы с Эммой Виторганом. Впоследствии мои однокурсники стали народными артистами. Я тоже стал — но уже по другому цеху, как режиссер. А пока — мир необузданной фантазии, этюды, отрывки из классики, и вот уже незаметно четвертый курс и дипломные спектакли.

На меня обратил внимание кто-то из артистов Театра комедии. Опять неожиданность, случай. Почему — не знаю до сих пор. Может, зацепила молодость, внешность, но на курсе я был далеко не из первых. И вот я в кабинете худрука. Николай Павлович произвел на меня огромное впечатление своей внутренней свободой, интеллектом, иронией. Меня приняли, я оказался в легендарной труппе среди таких ярких звезд, как Зарубина, Вениаминов, Филиппов, Злобин, Усков, Уварова. Поначалу играл даже главные роли, но увлечение кино с детских лет дало о себе знать. И вновь счастливый случай. На доске распределения ролей я увидел маленькую записку: на ТВ объявляли конкурс на лучший сценарий телеспектакля. Выигравший получал право первой постановки. Я не растерялся и послал на конкурс экранизацию рассказа из журнала «Юность». Главные роли сыграли мои сокурсники — Света Карпинская и Сережа Коковкин. Еще одну роль — дядя моего товарища Ефим Захарович Копелян.

Владимир Сошальский в фильме режиссера Сергея Юткевича «Отелло», 1955 год

Дальнейшая моя судьба требовала перемен. К тому же ситуация в Ленинграде (как и вообще в стране) резко обострилась. Оттепель сменилась романовскими заморозками (Григорий Романов — первый секретарь Ленинградского обкома КПСС. — Прим. ред.). Закрыли знаменитый спектакль «Дракон» по пьесе Евгения Шварца. В антракте известная ленинградская поэтесса Ольга Берггольц, будучи не совсем трезвой, бросила в лицо одного из обкомовцев: «Позор вам, вы будете прокляты!» Началась новая волна гонений на культуру.

Травили не только Акимова, взялись и за Георгия Товстоногова. Даже этот признанный и обласканный властью мэтр впал в уныние. Акимов же держался стойко, его чувство юмора не отказало ему даже в эти дни. Ведь бесчинство власти настигло его не впервые, Николая Павловича до этого уже лишали театра и выгоняли из института, где он пестовал театральных художников. Он не позволял себе поддаваться отчаянию. Все происходящее воспринимал как стихийное бедствие, каприз природы. Был человеком из другой эпохи — пришелец из Ренессанса.

На читке очередной производственной пьесы — порождения времени — он сказал труппе: «Произведение сильное, не вызывает никаких мыслей и ассоциаций, будем ставить». Переписывал, дорабатывал, и вновь аншлаг и хохот в зале. Акимовский зритель воспринимал не столько текст, сколько подтекст. Это время получило клеймо под названием «застой». Но именно оно породило в Питере Бродского, Кушнера, Уфлянда, Рейна, а в Москве Вознесенского, Ахмадулину, Евтушенко. В театре же возникла эпоха Эфроса. Питерцы потянулись в столицу, где дышалось свободнее.

...В Москву я приехал с запиской от Акимова: «Этот молодой человек проявляет явный интерес и способности к режиссуре». Строчек Николая Павловича оказалось достаточно, чтоб получить постановку на Центральном телевидении, которое требовало притока новых сил. Картин по телевизору тогда показывали мало, дирекция «Мосфильма» отказывалась давать их, так что телеспектакли были основным жанром художественного вещания. За шесть лет в литературно-драматической редакции я поставил около тридцати спектаклей, мне повезло поработать не только с большой литературой, но и со знаковыми актерами того времени. Это, в сущности, и стало главной моей школой.

Театр комедии, спектакль «После двенадцати», Игорь — Александр Прошкин, Володя — Евгений Жаров, 1963 год

На биографической ленте о возвращении Александра Куприна в Россию я работал с могиканами: Кторовым, Муравьевым, Поповым, Массальским, Топорковым. Мы пользовались документальным материалом: письмами великих русских писателей начала XX века. Помню, как волновался Кторов, погружаясь в жизнь Бунина. Мы обменивались книгами о той эпохе, раскапывали новые подробности отношений, жизни. Это осталось со мной навсегда. Научился ли я чему-то у этих корифеев? Разве можно научиться таланту? Возможно лишь прикоснуться к ним и почувствовать масштаб их личности.

Потом, экранизируя «Пиквикский клуб», я попытался соединить традиции знаменитой мхатовской постановки с акимовской изящностью и иронией. Миша Козаков, гениальный импровизатор Ролан Быков, мощнейший Евгений Весник и, конечно, блестящий Александр Калягин в роли мистера Пиквика. Но главным открытием для меня тогда стал поэт Давид Самойлов, автор зонгов к нашему спектаклю — фронтовик, знаменитый поэт военного поколения, человек безграничной смелости и самоотверженности, доброты и жизнелюбия.

Сороковые, роковые, Свинцовые, пороховые... Война гуляет по России, А мы такие молодые!

Я и сейчас слышу его голос, его интонацию.

Магия Акимова еще долго не покидала меня, всем жанрам я предпочитал комедию. После «Пиквика» была «Д-р» — знаменитая пьеса Бранислава Нушича с Владимиром Этушем, Лией Ахеджаковой, юной и непосредственной Ириной Муравьевой. Кстати, ее острая эксцентричная роль покорила режиссера Владимира Меньшова, и последовало приглашение в актерский ансамбль будущего оскароносного фильма «Москва слезам не верит».

На репетиции спектакля «Митя» Татьяна Лаврова как-то сказала мне: «Роль мне нравится, я знаю, как сыграть, а теперь придумайте мне неожиданные препятствия. И тогда, может быть, я сыграю». Для меня это стало ключом общения с актерами.

Впрочем, Москва недолго оставалась оазисом культурного либерализма. Вслед за Анатолием Эфросом стали преследовать Юрия Любимова. И тут произошло невероятное: ретроград Лапин — тогдашний руководитель Гостелерадио — позволил опальному Эфросу поставить на ТВ самую смелую и беспощадную пьесу великого Мольера, да еще с Любимовым в главной роли! Спектакль назывался «Всего несколько слов в честь господина де Мольера». Вслед за Эфросом пришел и его сподвижник Эдвард Радзинский — драматург, обладающий абсолютным слухом времени. Жизнь кипела в литературно-драматической редакции, которой руководил тогда Константин Кузаков (по слухам, внебрачный сын Сталина). Сам он об этом не говорил, но и не опровергал. Кузаков был из тех крупных советских чиновников, которые послушно выполняли волю партии, но, возможно, в душе жаждал совсем иного. Он был человеком широко образованным, впрочем, как и Лапин.

Литдрама, конечно, не была свободной резервацией. И все же кое-что ей позволялось: и приглашение опальных режиссеров, и выступления писателей, и даже некоторые формальные эксперименты. Через годы, уже в новой России, на базе традиций, заложенных в нашей редакции, возник телеканал «Культура». Впрочем, случалось, что сын Сталина терял бдительность. Почти год я снимал двухсерийную работу «Война с саламандрами» по острому политическому роману Карела Чапека. Кузаков с гордостью показал эту работу Лапину. Реакция была мгновенной: смыть!

А наша с Радзинским телеповесть, то есть сериал, которые только стали входить в моду, назывался «Ольга Сергеевна» — по имени главной героини, которую предстояло сыграть самой любимой народом актрисе Татьяне Дорониной. Соглашаясь на эту работу, я понимал, что затягиваю на своей шее петлю. Написано было только две серии. Что произойдет дальше — неведомо даже автору. Опасная, но и очень увлекательная игра. Сначала выбрали актеров, а потом Радзинский написал роль под каждого. Так появились герои Плятта, Джигарханяна, Ефремова, Копеляна, Гафта, Дурова, Нееловой, Невинного и других, тех, кого мы любили. Это был еще не совсем фильм, а спектакль, снятый на натуре кинокамерой. Но он открыл мне дверь в мир большого кино. «Ольга Сергеевна» имела огромный резонанс и отклики как от страстных поклонников, так и от непримиримых критиков, и не только среди профессионалов. Зрители (особенно зрительницы) не смогли простить Дорониной карьеру успешного ученого и наряды от Славы Зайцева. За прошедшие 40 лет «Ольгу Сергеевну» показывали десятки раз.

И вновь случай: неожиданный звонок от Владимира Мотыля, в те годы худрука Студии художественных фильмов творческого объединения «Экран». Спрашивает: «Знаете Рустама Ибрагимбекова?» Знаком с ним я не был, но он был очень известным театральным драматургом. Черная полоса настигла и его: очень человечные и мудрые пьесы внезапно стали кому-то неугодны. В кино, театре и даже на ТВ появилась так называемая производственная тема.

Рустам нашел выход — «Стратегией риска» стала биография первооткрывателя сибирской нефти Фармана Салманова. Сейчас уже мало кто знает его имя, но именно на подвиге этого человека основано наше сегодняшнее относительное благополучие. Нынешние нефтяные олигархи обязаны ему своими миллиардными состояниями. А Салманову досталась лишь звезда Героя Соцтруда и весьма скромная пенсия. Его жизнь — история чрезвычайно талантливого человека, который шел к своей цели, балансируя между тюрьмой и орденом.

После того как забил первый нефтяной фонтан, он подарил своим изнуренным нечеловеческим трудом товарищам праздник — футбольный матч (Салманов в молодости играл за «Нефтчи»). Но дождь превратил поле в болотистую жижу. Тогда был поднят вертолет Ми-8, и в течение часа болото осушили. Матч состоялся, но Салманов был отдан под суд. Позднее я снял семейную мелодраму «Опасный возраст» с Будрайтисом и Фрейндлих в главных ролях. А дальше свершилась мечта моей юности: дорогой и любимый сердцу «Мосфильм». Я снял телефильм «Михайло Ломоносов» и первую полнометражную картину «Холодное лето пятьдесят третьего...».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Елена Блиновская. Больше всех я люблю скептиков Елена Блиновская. Больше всех я люблю скептиков

Большое интервью с создательницей «Марафона желаний» Еленой Блиновской

Коллекция. Караван историй
Прикладная мифология: как и зачем люди придумали созвездия Прикладная мифология: как и зачем люди придумали созвездия

Как можно ориентироваться по небу, учитывая такое обилие звезд?

Вокруг света
Светлана Немоляева: Светлана Немоляева:

Наша судьба была предопределена

Коллекция. Караван историй
Всему свое место: как алфавит упорядочил мир вокруг нас Всему свое место: как алфавит упорядочил мир вокруг нас

Отрывок из книги «Всему свое место: Необыкновенная история алфавитного порядка»

Forbes
Анна Большова: Анна Большова:

У нас в театре такого еще не было, это беспрецедентный случай

Коллекция. Караван историй
«Ледники Эльбруса сократились более чем на 20%»: 11 вопросов гляциологу «Ледники Эльбруса сократились более чем на 20%»: 11 вопросов гляциологу

Зачем нужен атлас ледников Эльбруса и как блестки помогают «нашаманить» погоду?

Вокруг света
Александр Збруев: Александр Збруев:

Александр Збруев знает, наверное, что такое счастье

Караван историй
Датчик распредвала — что делает и как понять, что он неисправен Датчик распредвала — что делает и как понять, что он неисправен

Датчик положения распредвала — одна из деталей, о которых не задумываются

РБК
Рубен Симонов: «Для деда Москва была усыпана красивыми женщинами как бриллиантами...» Рубен Симонов: «Для деда Москва была усыпана красивыми женщинами как бриллиантами...»

При дедушке — Рубене Симонове — театр имел свое лицо

Коллекция. Караван историй
Доказательство равенства Доказательство равенства

Откуда мы знаем, что ничто не бывает мелким, неважным или далеким

Weekend
«Оттепель — это период, когда власть вела себя как шизофреник» «Оттепель — это период, когда власть вела себя как шизофреник»

Почему сегодня вокруг 1960-х складывается целая мифология

Полка
Интервью с группой Mana Island о новом альбоме «Итака» Интервью с группой Mana Island о новом альбоме «Итака»

Группа Mana Island — о современной Москве и возвращении спустя пять лет

СНОБ
На высшем уровне На высшем уровне

Правила хорошего тона: какие из них актуальны в современной жизни?

Лиза
Москва, Питер и Королевская Гавань из «Игры престолов». Какие карты создают геймеры в Minecraft Москва, Питер и Королевская Гавань из «Игры престолов». Какие карты создают геймеры в Minecraft

Самые известные постройки в Minecraft

СНОБ
Как не купить б/у машину со скрученным пробегом. Инструкция от экспертов Как не купить б/у машину со скрученным пробегом. Инструкция от экспертов

Как проверить, не скручен ли пробег, и какие модели в зоне риска

РБК
Электромобили наших прадедов: какими были первые электромобили Европы и США Электромобили наших прадедов: какими были первые электромобили Европы и США

Пятерка машин с электрическими моторами, которые стали предвестниками Tesla

CHIP
10 ошибок, которые ты совершаешь в ванной комнате 10 ошибок, которые ты совершаешь в ванной комнате

Казалось бы, что может быть проще, чем принять душ?

Лиза
Практики сопротивления виртуальной власти Практики сопротивления виртуальной власти

Современного человека нельзя описать исходя из его цифрового следа

Эксперт
5 захватывающих семейных саг, которые стоит прочесть 5 захватывающих семейных саг, которые стоит прочесть

Масштабные произведения, не уступающие классическим романам о семьях

СНОБ
9 вредных советов Григория Остера, которые впору брать на вооружение всем взрослым россиянам 9 вредных советов Григория Остера, которые впору брать на вооружение всем взрослым россиянам

С детства обожаемые советы от Григория Остера

Maxim
Не хлебом единым: история и рецепт итальянской поленты Не хлебом единым: история и рецепт итальянской поленты

Полента столетиями спасала итальянцев от голода

Вокруг света
Элитные хряки поделятся своими генами Элитные хряки поделятся своими генами

«Отрада» — первый проект по производству семени чистопородных хряков

Эксперт
Юрий Грымов: Юрий Грымов:

Я считаю, что никакой преемственности в искусстве нет и быть не может

Коллекция. Караван историй
Кристаллический Шекспир Кристаллический Шекспир

В Электротеатре «Станиславский» закончилась премьера проекта МИР РИМ

Эксперт
По своему хотению По своему хотению

Какие существуют современные методы контрацепции?

Лиза
Директор фонда «Подари жизнь» — о доброте, системности и 100 рублях Директор фонда «Подари жизнь» — о доброте, системности и 100 рублях

Директор фонда «Подари жизнь»: почему благотворительность — это про любовь

РБК
Культурное погружение: 7 удивительных подводных достопримечательностей Культурное погружение: 7 удивительных подводных достопримечательностей

Иногда, чтобы увидеть нечто прекрасное, нужно сперва спуститься на дно

Вокруг света
«Депрессия — показатель слабости»: 10 главных заблуждений о психическом расстройстве «Депрессия — показатель слабости»: 10 главных заблуждений о психическом расстройстве

Депрессия проявляется в различных формах и не всегда так, как показывают в кино

Psychologies
Невидимые убийцы: найдено объяснение внезапной остановке сердца у здоровых людей Невидимые убийцы: найдено объяснение внезапной остановке сердца у здоровых людей

Дышать оказалось опасно

Вокруг света
Чемпион, ракета, тихий троечник: как хвалить подростков в зависимости от типа личности Чемпион, ракета, тихий троечник: как хвалить подростков в зависимости от типа личности

Когда похвала полезна, а когда может принести подростку вред?

СНОБ
Открыть в приложении