Характером я совсем не напоминала Наташу Ростову

Караван историйЗнаменитости

Людмила Савельева: «Надо прислушиваться к себе и к миру, тогда не пропустишь подарков, которые тебе посылают»

Характером я совсем не напоминала Наташу Ростову. «Люсь, знаешь, какая главная ее черта? — спросил режиссер Сергей Бондарчук, когда мы готовились к съемкам «Войны и мира». — Наташа жизнерадостная, она любит смеяться». А мне засмеяться казалось труднее, чем заплакать, я была романтичной, задумчивой, мечтательной...

Беседовала Ирина Кравченко

Фото: Мирослав Муразов/РИА Новости

В детстве я любила сидеть на подоконнике огромного окна нашей комнаты и смотреть на улицу. Однажды, а дело было вскоре после войны, забралась на свое любимое место и обнаружила рядом открытую жестяную банку с американской колбасой, которая пахла — с ума сойти! Начала есть — и ела, ела, ела... Понимала, что совершаю нечто ужасное — оставляю других без колбасы, но не могла остановиться. Когда вернулась домой мама, бросилась к ней в истерике: что я натворила! «Ничего, Люсенька, — принялась утешать она, — ничего, проживем».

Позднее я объездила весь мир и нигде не встречала такого потрясающего запаха, как у той колбасы. Наверное, он показался мне необычайным потому, что в послевоенное время недоедали, хотя, конечно, с блокадными годами не сравнить.

— Вы что-то помните из той, блокадной жизни?

— Нет, я же была ребенком. С началом войны мама, гостившая тогда с моей старшей сестренкой у родителей под Смоленском, бежала оттуда и пробиралась в Ленинград, чтобы проводить папу на фронт. Застала его еще в городе, он даже успел сделать нам буржуйку — и ушел защищать Невский пятачок. А мама осталась в Ленинграде. С шестого этажа перебралась в такую же коммуналку на первом: боялась, что муж вернется с войны покалеченным и ему трудно будет подниматься наверх. В любом случае правильно сделала: лифты-то перестали работать.

Подобно многим блокадникам, мама не особенно рассказывала о том, какие тяготы пришлось вынести. Знаю, что покупали на рынке столярный клей, который изготавливали на животных костях и жилах, варили его по нескольку дней, а потом ели. Рубили на дрова мебель и топили буржуйки. Света не было, водопровод замерз — за водой ходили на реку.

Но главное, мама ждала ребенка. Рожать не хотела: война, голод, дочке Вале не исполнилось еще и четырех лет. А ничего уже поделать не могла...

В кухне коммуналки стояла большая плита, которую растапливали опять же мебелью, на плите можно было вскипятить воду. В страшном январе 1942 года там, на теплой кухне, появилась на свет я.

В нашей коммуналке жили две женщины, оперные певицы из Франции, они не успели уехать и теперь от голода уже не вставали. Мама принесла меня к ним:

— Вот, посмотрите, у меня родилась доченька.

И одна из этих женщин почему-то сказала:

— Она будет артисткой. — Еще подарила мне гранатовое сердечко: — На память ей от нас.

Вскоре обе умерли.

Всю блокаду мы с мамой и Валечкой прожили в Ленинграде. Странно, но я росла даже пухленькой — у мамы было молоко, она меня кормила. А сама стала дистрофиком, нас троих после войны отправляли куда-то, в санаторий, что ли, немного отъесться.

В общем, мама и детей спасла, и сама выжила. Я была очень к ней привязана, обожала ее, все детство рисовала цветы и дарила ей. А вернувшегося с фронта папу не принимала, относилась настороженно. Постепенно привыкла, но таких теплых отношений, как с мамой, у меня с ним не возникло. У папы были еще Валечка и Олечка, родившаяся в 1946-м, — Лялька, как мы ее называли.

Нет, сами военные годы ничего вроде бы не оставили в моей памяти, но потом я пугалась разных звуков, например грома. На стене в нашей комнате висели часы с маятником, я боялась его стука и оставаясь одна, от страха залезала под кровать. После войны часто болела: бронхиты, воспаления легких...

— Но вы поступили в хореографическое училище. Блокадная болезненная девочка — и волшебный мир сцены... Как возникло желание стать балериной?

— В семье никто не имел отношения к искусству, мысль о балете пришла в голову мне самой.

Мы жили в центре, на улице Некрасова, которая прежде называлась и сейчас называется Бассейной. Лет в десять я из окна увидела девушку с чемоданчиком и очень интересной походкой: она красиво ставила ножки и держала спину ровно-ровно. Узнала, что это балерина, и как-то раз подбежала к ней: «Простите, а что такое балет?» К тому времени я еще не бывала в театре, никаких постановок не видела, только слушала по радиотарелке классическую музыку. Девушка мне немного объяснила: «Для балета надо иметь выворотность, шаг...» — еще что-то рассказала. Дома я начала «заниматься»: прыгала, гнулась, старалась ходить как она.

Фото: Vostock Photo

И вот мы с бабушкой отправились на экзамены в хореографическое училище. Приходим — уйма поступающих!

Члены приемной комиссии спросили:

— Ты занималась танцами?

— Нет.

— А что можешь станцевать?

— Да что хотите! Давайте вальс, — и закружилась.

Педагоги заинтересовались:

— Ты сама сейчас придумала?

— Сама.

И меня взяли. Приняли нас сорок человек, а до выпускного дошли только двенадцать: шесть мальчиков и шесть девочек.

В первый же раз, как пришла на занятия, упала на лестнице и сломала руку. Потом повредила ахилл, болезни легких не отпускали, но постепенно прошли, возможно, благодаря балету.

И пусть детства у нас почти не было — полдня балетный класс, полдня школьные уроки — но как нас учили! Помимо общеобразовательных предметов, преподавали историю балета, драматического театра, живописи, еще и курс музыкальной школы прошли. Правда физику и тому подобные науки я знала плохо, но к этому педагоги относились снисходительно. Зато хорошо успевала по гуманитарным предметам — по русской и зарубежной литературе, французскому языку. В училище имелась прекрасная библиотека, я там прочитала всего Диккенса, писала по нему реферат, наша учительница даже пригласила меня в университет, где преподавала.

Еще мы смотрели все оперы и балеты в Кировском, ныне Мариинском театре, нас часто водили в консерваторию.

Я и дома занималась у палки: папа соорудил мне в коридоре балетный станок. Настолько сильно хотела танцевать, что могла выполнить все, несмотря на болевшее тело, на стертые в кровь ноги: нам выдавали одну пару пуантов, больше купить было не на что. Какие пуанты, если на простую обувь денег не хватало! Смотрю сейчас на свои фотографии той поры, и на одной из них все девочки — в мальчишеских ботинках. Но в старших классах нам в училище платили небольшую стипендию, чтобы могли купить лишнюю пару пуантов.

Где-то со второго класса нас уже занимали во взрослых спектаклях, мы с подружкой танцевали «двоечки», «троечки», па-де-труа. Страха сцены я не знала. Позднее любимой героиней стала Жизель, и участвуя в старшем классе в постановке в составе кордебалета, в тот момент, когда она сходит с ума, я начинала плакать.

С партией Жизели выпускалась из училища, танцевала второй, очень сложный акт, с ней пришла в Кировский театр, куда меня взяли в класс солистов. Моим педагогом стала Наталья Михайловна Дудинская.

Тогда, уже в театре, появился — нет, не страх, а какой-то внутренний трепет. Например сидишь перед спектаклем в буфете, слышишь по радиотрансляции, как настраивается оркестр, и готовишься вскоре выйти на сцену. Волнение, возбуждение, восторг!.. Я жила балетом.

— И тут в вашу жизнь буквально ворвалось кино?

— Да, мне было восемнадцать, когда к нам в театр пришла ассистент Сергея Бондарчука, искавшая девушку на роль Наташи Ростовой.

Татьяна Сергеевна Лихачева обожала балет и позвала меня в Москву на свой страх и риск — я же не была профессиональной актрисой. Я оторопела: Наташу ведь играла Одри Хепберн, в которую была просто влюблена и считала, что лучше нее никто не справится с ролью. Татьяна Сергеевна стала уговаривать: «Послушайте, что вам стоит? Познакомитесь с Сергеем Федоровичем, увидите «Мосфильм». Я подумала: действительно, почему бы не поехать? И согласилась.

Помню, шла на встречу с Бондарчуком, поднималась по лестнице, а он по ней спускался. И как-то странно на меня взглянул, я поняла, что не понравилась ему. Вскоре узнала: он был против балерины, полагая, что та неспособна сыграть драматическую роль. Но делать нечего: привезли — надо порепетировать, посмотреть. Я не боялась: ну не нравлюсь — и ладно, уеду обратно, у меня есть балет.

Взяли сцену, в которой Наташа говорит: «Поцелуйте куклу... Не хотите? Ну, так подите сюда...» Репетировала я ужасно: заикалась, краснела, бледнела. Бондарчук сказал: «Давайте завтра сделаем кинопробу». Я поняла, что он хочет отделаться от меня, и рассердилась на саму себя: неужели не смогу сыграть эту девочку, эту маленькую Наташу?!

На следующий день привезли на «Мосфильм», надели темный парик — у меня были светлые волосы — и платьице, дали в руки куклу... и я ощутила себя другой. Выскочила на съемочную площадку и все сыграла.

«Знаете, — произнес Сергей Федорович, совершенно иначе глядя на меня, — в вас есть что-то от Наташи Ростовой». И я почувствовала, что теперь понравилась ему, а когда нравлюсь, все сделаю как надо.

Стали вызывать на кинопробы с разными актерами, последней была сцена объяснения в любви с князем Андреем, которого играл Вячеслав Тихонов. Мне предстояло заплакать, чего я не умела, помог Иннокентий Смоктуновский. Поначалу он пробовался на роль князя Андрея, но Григорий Козинцев утвердил его в свой фильм «Гамлет», и Смоктуновский выбрал принца датского. Однако на пробах у Бондарчука в тот день присутствовал.

Я стояла лицом к камере, а Иннокентий Михайлович — спиной, и когда произнесла «Я умру, дожидаясь года: это нельзя, это ужасно», увидела, что у Смоктуновского текут слезы. И я тоже заплакала, не могла остановиться.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Александра Урсуляк: «С возрастом становлюсь все смешнее и смешнее» Александра Урсуляк: «С возрастом становлюсь все смешнее и смешнее»

Иногда надо выплывать из своего аквариума в открытое море

Караван историй
Между подвигом и сном Между подвигом и сном

Катя Варнава серьезно размышляет о проблемах русских женщин

Esquire
Ксения Каталымова. Жить надо в радость Ксения Каталымова. Жить надо в радость

Ксения Каталымова о работе в сериале «Мир! Дружба! Жвачка!» и других ролях

Коллекция. Караван историй
Учимся питаться, тренироваться и жить как Крис Хемсворт Учимся питаться, тренироваться и жить как Крис Хемсворт

Как Крису Хемсворту удается быть одинаково классным на экране и в жизни

GQ
Антон Васильев. Катя и мужчины, которые ее любили... Антон Васильев. Катя и мужчины, которые ее любили...

Брат актрисы Екатерины Васильевой рассказывает о своей знаменитой семье

Коллекция. Караван историй
Собака не волк?.. Собака не волк?..

Собака давным-давно трансформировалась в «неведомого» зверя

Вокруг света
Анастасия Стоцкая: «Стараюсь из своей жизни исключать любую критику» Анастасия Стоцкая: «Стараюсь из своей жизни исключать любую критику»

Анастасия Стоцкая — о мюзиклах, рок-операх и хейтерах

Караван историй
«Встречаться с миллиардером совсем не весело»: история модели Джилл Додд «Встречаться с миллиардером совсем не весело»: история модели Джилл Додд

Джилл Додд стала известной моделью уже к 20 годам

Cosmopolitan
Игорь Корнелюк: «Если случится что-то в жизни, выйду на Невский с аккордеоном. С голоду точно не умру» Игорь Корнелюк: «Если случится что-то в жизни, выйду на Невский с аккордеоном. С голоду точно не умру»

Я понял: это моя последняя свадьба, вышел в иную весовую категорию...

Караван историй
Не только Nirvana: 5 обложек известных альбомов, за которые дети тоже могут подать в суд Не только Nirvana: 5 обложек известных альбомов, за которые дети тоже могут подать в суд

Самые опасные кадры с пластинок

Maxim
Евгения Добровольская. От комедии до трагедии и обратно Евгения Добровольская. От комедии до трагедии и обратно

Евгения Добровольская о большой семье

Коллекция. Караван историй
Ричард Осман: Клуб убийств по четвергам Ричард Осман: Клуб убийств по четвергам

Каждый четверг они собираются вместе и обсуждают убийства

СНОБ
Мария Миронова: «Надо не бояться искать в жизни свой интерес. Но еще очень важно - если его находишь, не сворачивать» Мария Миронова: «Надо не бояться искать в жизни свой интерес. Но еще очень важно - если его находишь, не сворачивать»

А как я теперь? Как раньше ведь не будет...

Караван историй
Земля их не держит: мастера и рекордсмены беспосадочных перелетов Земля их не держит: мастера и рекордсмены беспосадочных перелетов

Не все пернатые летают одинаково хорошо

Вокруг света
10 мыслей, чтобы вернуть себе равновесие 10 мыслей, чтобы вернуть себе равновесие

Что делать, если переживания становятся тяжелым испытанием

Psychologies
Секретный проект NASA «Лунная пыль» — всплыли новые документы Секретный проект NASA «Лунная пыль» — всплыли новые документы

В 1965 году что-то разбилось в городке Кексбург штата Пенсильвани

Популярная механика
Марина Яковлева: «Я сказала Джигарханяну «Нет! Останемся друзьями» Марина Яковлева: «Я сказала Джигарханяну «Нет! Останемся друзьями»

Моя мама была суровой. Я ее и любила, и боялась

Караван историй
Как создают трансгенные растения: 5 показательных примеров Как создают трансгенные растения: 5 показательных примеров

Кажется, что создать трансгенное растение просто, но на самом деле это не так

Вокруг света
Владислав Миллер: «Я четко понимал, что если сейчас не оправдаю ожиданий Машкова, второго шанса не будет!» Владислав Миллер: «Я четко понимал, что если сейчас не оправдаю ожиданий Машкова, второго шанса не будет!»

Со стороны его путь видится как безусловное везение. Но случайностей не бывает

Коллекция. Караван историй
Как перенести онлайн-друзей в реальную жизнь Как перенести онлайн-друзей в реальную жизнь

Как заводить друзей с помощью новых технологий

GQ
Месье безупречность. Подержанный Renault Duster Месье безупречность. Подержанный Renault Duster

Надёжность и выносливость Renault Duster выше всяких похвал. Ну, почти…

4x4 Club
Что такое «метавселенная», которую строят Марк Цукерберг, Сатья Наделла и Тим Суини — и зачем это нужно Что такое «метавселенная», которую строят Марк Цукерберг, Сатья Наделла и Тим Суини — и зачем это нужно

Виртуальные миры, в которых объединятся все технологии и устройства

VC.RU
Измены и тайные романы: личная жизнь Ваенги, Булановой и других поп-звезд Измены и тайные романы: личная жизнь Ваенги, Булановой и других поп-звезд

Личная жизнь у Кати Лель, Татьяны Булановой и других звезд складывалась непросто

Cosmopolitan
«Будь здорова, но несчастлива»: как Василий Шукшин разрушил жизнь первой жены «Будь здорова, но несчастлива»: как Василий Шукшин разрушил жизнь первой жены

Женщина, которая считала себя единственной женой Шукшина

Cosmopolitan
Девушка стала «твердой как дерево» от холода, но смогла выжить: чудо или простая анатомия? Девушка стала «твердой как дерево» от холода, но смогла выжить: чудо или простая анатомия?

Ранним утром в канун Нового года мужчина наткнулся на тело своей подруги

Популярная механика
Как устроен рынок б/у компьютерной техники в России и как сегодня работают там продавцы Как устроен рынок б/у компьютерной техники в России и как сегодня работают там продавцы

Как изменился рынок б/у компьютерной техники в России

Inc.
Вес ушёл. Что дальше? Вес ушёл. Что дальше?

20 лайфхаков, которые помогут не поправиться

Худеем правильно
Дворянское гнездо: как был устроен быт во французской провинции времен Людовика XIII Дворянское гнездо: как был устроен быт во французской провинции времен Людовика XIII

Быт во французской провинции времен Людовика XIII

Вокруг света
Конструктивная и деструктивная агрессия: в чем между ними разница? Конструктивная и деструктивная агрессия: в чем между ними разница?

О природе агрессии и о том, чем она может быть нам полезной

Psychologies
Корневая система Корневая система

Натуральную косметику не обязательно покупать – ее можно готовить и дома

Лиза
Открыть в приложении