Встреча в фуд-корте с главной авангардной группой поколения Shortparis

EsquireЗнаменитости

Прожектор Shortparis

Shortparis называют самой эффектной молодой группой страны и новыми героями питерского андеграунда. В фуд-корте торгового центра музыканты рассказали Esquire, почему выступать на стадионах – стыдно

Фотограф Алексей Костромин
Записали Сергей Минаев, Сергей Яковлев

Сергей Минаев: Кто придумал эту локацию? (фуд-корт в торговом центре «Галерея» в Санкт-Петербурге. – Esquire).

Николай Комягин: Администратор «Галереи»? (Смеется.)

Сергей Минаев: Но почему?

Николай Комягин: Ну посмотрите, какое чудесное место! Сидит дама в платке – явно представительница исламской конфессии, она красит губы, потребляет пищу. Она удовлетворяет свои базовые потребности, чтобы потом удовлетворить духовные. Здесь же рядом мужик в голубой рубашечке с галстучком, у него обеденный перерыв, он какой-нибудь аудитор или продавец сотовых телефонов. Когда я в первый раз оказался здесь вечером, обычными смертными посетителями «Галереи» были продавцы из Finn Flare. Уставшие женщины, апатичные. У них хватало сил дойти до какого-то «Теремка», сделать заказ, съесть и пойти домой. Это уникально. Мне кажется, это современный Вавилон, где много мерзкого и прекрасного одновременно – правды жизни.

Сергей Яковлев: Вы не такие же, как обычные смертные?

Николай Комягин: Я имел в виду продавцов, резидентов «Галереи». В общем-то мы все обычные смертные.

Сергей Минаев: Можно я сразу перейду к интервью, которое вы дали «Афише»? Там было много разного, иногда наивного, на мой взгляд. Вы рассказывали историю вашего перформанса (в творческом кластере «Бертгольд-центр» в Санкт-Петербурге. – Esquire), когда перед выступлением вы записали и запустили аудиообращение к строителям на киргизском языке («Уходите, уходите, мы не будем играть для вас…». – Esquire). И кто-то из вас сказал в интервью: «У нас получился диалог без обратной связи. Кто понял – ничего не ответил, а тот, кто мог ответить, ничего не понял. Но рано или поздно люди начнут задумываться». Над чем начнут задумываться?

Данила Холодков: Задумываться не над чем-то конкретным, а вообще, в принципе. Люди начнут погружаться в суть проблемы: «Почему мы не понимаем друг друга?» Есть противопоставление между теми, кто понимает, но не может ничего сказать, и теми, кто может сказать, но не понимает. Я имел в виду язык. Если мне на своем языке киргизские рабочие скажут, что они поняли меня, я не пойму их.

Сергей Минаев: Как ты думаешь, что киргизские рабочие в тот момент чувствовали, когда они видели вас и слышали знакомый язык?

Данила Холодков: Если сказать просто, то заинтересованность, конечно. Обычную заинтересованность.

Сергей Минаев: «Какие-то странные люди почему-то говорят на нашем языке...»

Николай Комягин: Для них реальность в тот момент стала сложнее. У всех в голове есть определенные паттерны. Возникли ситуации, которые не укладывались в них. Мысль может повести себя непредсказуемо. Мы об этом говорим. Мы как бы разрушаем привычную логическую цепочку, мысль выпадает из заведомо запланированных паттернов, и, соответственно, она способна на любое хаотичное движение. Оно может быть продуктивным, может быть деструктивным. В биографии каждого этого киргиза возникает прецедент, когда выходит группа совершенно посторонних людей, которые внешне выглядят как белые хипстеры, лысые, бритые парни – то есть максимально недружелюбно, – и вдруг обращаются к ним с уважением, с пиететом, то ли иронично, то ли серьезно. Они уже понимают, что это сложное измерение, в нем есть какие-то ходы. Такого опыта крайне мало. Все привыкли существовать в стандартах. А мы обогащаем друг друга непредсказуемостью.

Сергей Минаев: Ты действительно считаешь, что ты обогатил киргизских рабочих? Они подумали, что обстоятельства стали более дружелюбными?

Николай Комягин: Мне кажется, это приятное ощущение, когда кто-то обращается к твоей культуре и пытается говорить. Это создает прецедент одинаковости. Если бы мы были какими-нибудь либеральными ребятами, которые хотели бы прививать мультикультурность и принцип инаковости, мы бы так и работали. Мы создали бы инаковую ситуацию. И каждый из нас имеет опыт отличного. Вот и все.

Сергей Минаев: У меня, собственно, об этом и был вопрос – о диалоге культур. Вы видите его возможным?

Данила Холодков: Я думаю, что диалог возможен практически между любыми культурами.

Сергей Минаев: Я имею в виду диалог между большой массой людей, которые приезжают сюда, неся не просто иную культуру, а зачастую ее отсутствие. Я не говорю сейчас, что они плохие. Просто у них была такая страна. Плюс у них совершенно другая религия. И вы – вполне образованные мальчики, цитируете немецких философов, понимаете, как развивалась европейская цивилизация. Какой у вас может быть диалог?

Николай Комягин: Что такое диалог?

Сергей Минаев: Диалог – это первая ступенька: мы поздоровались, объяснились, сформулировали какие-то принципы, обозначили свои комфортные и дискомфортные зоны, и дальше начинаем вместе существовать. А я говорю про историю, когда тебя атакуют. Есть большая пассионарная масса, для которой на первом этапе ты работодатель, потому что масса здесь зарабатывает, а на втором этапе ты, конечно, противник, потому что занимаешь их жизненное пространство.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Город Город

Более века Лазурный Берег неразрывно связан с понятием «дольче вита»

Esquire
Все, что вам нужно знать о тренче Все, что вам нужно знать о тренче

С чем носить тренч и как выбрать правильный

GQ
Понедельник Понедельник

День, который мог бы стать обычным, если бы не произошла трагедия

Esquire
Голосовые практики осознанности Голосовые практики осознанности

Три медитации на звук

Yoga Journal
Проявить внимание Проявить внимание

Снимки, сделанные в СССР и России с конца 1940-х до наших дней

Esquire
Ирония судьбы Ирония судьбы

Способность острить и смеяться над чужими шутками определяет отношения с миром

Добрые советы
Гуттаперчевый мальчик Гуттаперчевый мальчик

Главный комик страны Александр Гудков высмеивает легендарные обложки Esquire

Esquire
Рынок в $10 млрд: за что воюют изобретатели редактирования генов Рынок в $10 млрд: за что воюют изобретатели редактирования генов

Новые исследования в области технологии CRISPR могут оживить борьбу за патенты

Forbes
Кэш и мир Кэш и мир

Горькая ягода «Кэшбери» — история новейшей финансовой пирамиды

Esquire
«Прометей» для всей страны: компания Маттиаса Варнига и «Ростех» создают национальную противопожарную систему «Прометей» для всей страны: компания Маттиаса Варнига и «Ростех» создают национальную противопожарную систему

Создаваемый оператор противопожарных систем собирается усилить контроль за ТЦ

Forbes
12 апостолов 12 апостолов

12 новейших апостолов – героев поколения – и их свежие идеи

Esquire
Папины дочки: 10 богатейших женщин мира Папины дочки: 10 богатейших женщин мира

Среди самых обеспеченных женщин мира по версии Forbes — новый лидер

Forbes
Децл (Кирилл Толмацкий) Децл (Кирилл Толмацкий)

Правила жизни рэпера Децла

Esquire
8 мест, где запрещено фотографировать, но люди все равно фоткаются 8 мест, где запрещено фотографировать, но люди все равно фоткаются

Спрячь свой инстаграм подальше от неприятностей

Playboy
Лав Ю Лав Ю

Актриса Юлия Хлынина покоряет мир

Esquire
Поворот на Запад: как заработать на валютных облигациях Поворот на Запад: как заработать на валютных облигациях

Большой госдолг правительства США — это возможность, а не риск для инвесторов

Forbes
Театр Сатира Театр Сатира

Главный редактор Esquire и YouTube-пародист Satyr препарируют современный юмор

Esquire
Как найти девушку для серьезных отношений и брака: подробное руководство Как найти девушку для серьезных отношений и брака: подробное руководство

Где познакомиться с девушкой для серьезных отношений

Playboy
Будущее бремя Будущее бремя

Почему в XXI веке футурология – грустная наука

Esquire
Талант и воля Талант и воля

Уиллем Дефо служит примером новому поколению Голливуда

The Rake
Калифорния скролл Калифорния скролл

Как скриншоты из видеоигр попали в музеи

Esquire
«Богини отечественного производства»: крейсеры типа «Диана» «Богини отечественного производства»: крейсеры типа «Диана»

Крейсеры типа «Диана» сложно отнести к выдающимся достижениям судостроения

Популярная механика
Защита Бурунова Защита Бурунова

Сергей Бурунов на примерах показал, как труден бывает путь к славе

Esquire
Сила притяжения Сила притяжения

Зачем нужно понимать механизмы действия силы гравитации

Yoga Journal
Война будущего Война будущего

Борьба за территорию сменяется борьбой за умы

Esquire
7 пугающих практик медицины прошлого: от трепанации до прижигания ран 7 пугающих практик медицины прошлого: от трепанации до прижигания ран

О медицинских практиках прошлого, вызывающих сейчас отвращение и ужас

Популярная механика
Жевать лучшего Жевать лучшего

Самые влиятельные московские рестораторы о трендах, бизнесе и любви к еде

Esquire
Чем закончится «Игра престолов»? 9 самых необычных и крутых фанатских теорий Чем закончится «Игра престолов»? 9 самых необычных и крутых фанатских теорий

Самые крутые теории и предположения о том, чем закончится «Игра престолов»

Playboy
Надпись на камне: Девяностые – это Я Надпись на камне: Девяностые – это Я

Отрывок из романа Игоря Григорьева

Esquire
15 важных вопросов о здоровье и питании 15 важных вопросов о здоровье и питании

Врач тибетской медицины Тимур Каримов отвечает на вопросы о здоровье

Yoga Journal
Открыть в приложении