Уроки Самотлора
В 2025 году Россия и её нефтяная отрасль отметили 60-летие первой нефти Самотлорского месторождения — крупнейшего по запасам в стране, которое на пике добычи давало четверть производства нефти СССР. В связи с этим представляется уместным обратиться к историческим урокам Самотлора и их значению для сегодняшних реалий.
В поисках запятой
29 мая 1965 года буровая бригада мастера Григория Норкина вскрыла нефтегазонасыщенный разрез — с этой даты и идёт отсчёт самотлорской нефти. Полученный в конце июня бригадой мастера Петра Безродного фонтан в 1000 кубических метров в сутки возвестил миру об открытии нового нефтяного гиганта в Советском Союзе — Самотлорского месторождения.
Масштабы добычи на Самотлоре поражали воображение даже искушённых профессиональных нефтяников. Вот как описывал своё знакомство с Самотлором в 1975 году мой покойный друг Виктор Отт (тогда ещё будущий гендиректор «Нижневартовскнефтегаза»): «…несколько месяцев по прошествии моего приезда сюда я с удивлением смотрел в НГДУ “Нижневартовскнефть” на табло электронном цифры добычи нефти — в час, в сутки… Мне казалось, что там ошибка, что этого не может быть, такие цифры там… где-то должна быть запятая… Не каждый может даже сообразить, что одно месторождение может добывать 154 млн тонн в год. Это несколько стран вместе взятые, даже со всеми этими Арабскими Эмиратами и так далее».
В подробнейшей летописи этого подвига — мультимедийной энциклопедии «Эра Самотлора» есть замечательная в своей исторической значимости фотография, на которой стоят, плечом к плечу, восемь гендиректоров «Главтюменнефтегаза». На них, не побоюсь сказать, в значительной степени держалось тогда благополучие СССР. Ибо на долю возглавляемых ими объединений приходилось порядка 70 % добычи нефти в стране и около половины всех валютных доходов страны! Они совместно добывали более одного миллиона тонн нефти в сутки! Треть этого объёма давал один Самотлор!
Все эти «нефтяные генералы» и впоследствии остались знаковыми фигурами в российской нефтяной отрасли, в топливно-энергетическом комплексе страны. Богданов и Алекперов создали и возглавили первые вертикально интегрированные нефтяные компании (ВИНК) страны — «Сургутнефтегаз» и «Лукойл». Путилов в 1990-е годы возглавлял государственную компанию «Роснефть». Шафраник и Отт в разное время в 1990-е годы побывали руководителями Министерства топлива и энергетики России. Медведев долгое время возглавлял в Госдуме организацию «Регионы России» и межфракционное депутатское объединение «Энергетический клуб России».
Две стороны медали
Освоение Западной Сибири — один из крупнейших народно-хозяйственных проектов страны, сродни плану ГОЭЛРО, индустриализации, эвакуации промышленности европейской части СССР на восток в первые месяцы Великой Отечественной войны и развёртыванию там новой промышленной базы, освоению целины, атомному проекту, космической программе, строительству БАМа.
Однако мне бы хотелось остановиться на других уроках Самотлора. У каждой медали есть, как известно, две стороны. Оборотная сторона определяется словом «эффективность». Оно, в свою очередь, также имеет два измерения: во-первых, насколько эффективно осваивался сам Самотлор с точки зрения разработки запасов месторождения, во-вторых, насколько эффективно использовались в стране доходы, генерируемые Самотлором и, шире, нефтяной отраслью.
Наконец, каждый народно-хозяйственный проект запускает множественные «эффекты домино», масштаб и продолжительность которых зачастую надолго определяют вектор дальнейшего экономического развития страны. Такой вектор для страны задал и Самотлор. Поэтому мы и сегодня отчасти продолжаем жить в рамках той парадигмы развития, которая сформировалась в стране в связи с открытием и освоением Самотлора. И, к сожалению, эта парадигма, на мой взгляд, может быть названа «драмой Самотлора».
Не загубили, но перегрузили
Виктор Отт, проработавший на Самотлоре 14 лет, писал: «…планы, которые с каждой пятилеткой становились всё более грандиозными, не соответствовали политике разумной разработки недр. <…> Самотлор — жемчужину, основное месторождение в Советском Союзе, <…> мы перегрузили. Не скажу, что загубили, но перегрузили основательно. Уровень добычи нефти по проекту там был порядка 100–120 млн тонн в год — <…> но его вывели больше чем за 150 млн. Конечно, перебор… Уже в открытую говорили о том, что не хватает технологической и инфраструктурной базы, чтобы выполнять бесконечно нарастающие планы».
Почему так произошло? Гадель Вахитов, возглавлявший в те годы «ВНИИнефть» и один из руководителей составления комплексного проекта разработки Самотлора, однозначно указывал в качестве основной причины следующее: «над всем довлел государственный план со всевозрастающими заданиями. Для удержания достигнутых объёмов добычи на промыслах шли на вынужденную интенсификацию отборов жидкости, добывая вместе с нефтью большие объёмы закачанной воды, что значительно снижало к. п. д. заводнения. Таким образом, технологические отклонения были обусловлены завышенными планами, необоснованными программами, т. е. стратегическим просчётом».