Три падения Дэна
«Я трижды падал и трижды поднимался…», — говорил Дэн Сяопин в беседе с послом КНДР в августе 1977 года. Второе из его падений пришлось на годы Культурной революции и оказалось самым страшным.
Первое падение
В 1933 году Дэн был молодым партийным работником и служил в Цзянси, где шла борьба между сторонниками Мао Цзэдуна и группой партийных руководителей, ориентирующихся на более жёсткую линию Коминтерна. Дэн попал под удар как один из людей, близких к маоистской позиции. Его критиковали за «оборонительную тактику», заставляли писать «самокритику», обвиняли в уклонах и недостаточной твёрдости. В начале мая 1933 года он получил «последнее серьёзное предупреждение», был снят с поста заведующего отделом пропаганды Цзянсийского парткома и лишён права носить оружие. Он потерял пост, но сохранил свободу и партбилет — по меркам внутрипартийных чисток это было не наказание, а предупреждение.
Со временем случившееся в Цзянси превратилось из пятна на репутации в доказательство лояльности Мао. Дэн постепенно вошёл в круг доверенных революционных кадров. Он не принадлежал к числу главных теоретиков партии и не был публичным вождём, но обладал тем, что особенно ценилось в руководстве КПК: опытом подпольной работы, военного управления, партийной дисциплины и практического администрирования.
Предчувствие беды
После провала «большого скачка» Мао был вынужден отойти от повседневного управления хозяйством, а практическое восстановление страны легло на более умеренных руководителей. Перед началом Культурной революции Дэн Сяопин был не просто старым революционером, а одним из руководителей повседневной работы партии: генеральным секретарём ЦК КПК, членом политбюро и его Постоянного комитета, а также заместителем премьера Госсовета.
Именно тогда позиции Дэн Сяопина и Лю Шаоци внутри партийно-государственного аппарата заметно усилились. Лю, занимавший пост председателя КНР, стал одной из главных фигур посткризисной стабилизации, ездил по стране, изучал последствия голода и добивался корректировки хозяйственной политики. Дэн, как генеральный секретарь ЦК КПК, контролировал значительную часть работы партийного аппарата и отвечал за проведение решений через систему кадров, ведомств и местных организаций. Их курс нельзя назвать отказом от социализма, но он представлял собой прагматическую коррекцию маоистского радикализма: восстановление управленческой дисциплины, ослабление крайностей коммунальной системы, осторожное использование материальных стимулов и попытку вернуть хозяйственной политике связь с реальными производственными результатами. Мао всё чаще воспринимал их как опасных каппутистов (走资派 — цзоуцзыпай, буквально: «идущий по капиталистическому пути»). Это был один из самых разрушительных ярлыков эпохи, означавший, что человек, формально оставаясь коммунистом, на деле ведёт страну к реставрации капитализма.
Второе падение
Мао почувствовал угрозу своей власти. Этот страх и запустил Культурную революцию — но главной мишенью Мао был не Дэн, а Лю Шаоци, которого он считал первым и самым опасным каппутистом. Дэн шёл вторым номером.
В 1967 году политическая травля усиливается. 11 января политбюро лишает Лю Шаоци, Дэн Сяопина и других каппутистов права участвовать в заседаниях. 1 апреля в открытой печати Дэна впервые называют «каппутистом № 2». Дэн пытается смягчить положение: пишет Мао почтительное письмо, признаёт, что «характер ошибок» уже определён, и просит наставлений. Мао не хочет окончательно уничтожать Дэна. В его логике Лю Шаоци был идеологическим противником — человеком, который сознательно выстраивал альтернативную линию и претендовал на роль центра власти; Дэн же оставался исполнителем, пусть и слишком самостоятельным. Лю подлежит уничтожению, Дэн — наказанию и перевоспитанию.