Комбеды
Массовые организации сельской бедноты, создававшиеся в деревне на основании ленинского декрета от 11 июня 1918 года, должны были стать надёжной опорой партии в хлебной войне.
Чтобы вести эту войну, требовались значительные силы, и они стремительно возрастали. Если в начале июля в рядах продовольственной армии Григория Зусмановича, занимавшейся хлебозаготовками, служило более шести тысяч бойцов, то в декабре уже 41,5 тысячи. Для сравнения: в деникинских войсках, сражавшихся в тот момент с большевиками на Юге России, в совокупности насчитывалось лишь 40 тысяч штыков и сабель. Одновременно в 33 губерниях РСФСР существовали, по неполным данным, 131 637 комбедов, объединявших примерно полмиллиона человек, в абсолютном большинстве относившихся к бедняцкой группе крестьянства. Но комитеты охватывали далеко не всю сельскую местность в пределах советской территории. Из 265 376 населённых пунктов они действовали лишь в 139 849 (53 %) — с учётом приписанных отчётных сведений.
«Скопище голытьбы»
Намерения вооружённых комбедчиков выглядели агрессивно. Данные им полномочия подкреплял револьвер. «Если кулаки вздумают укрыть свои запасы, то и мы — бедняки, не будем считаться с ними, отнимем у них хлеб, хотя бы им пришлось от этого умереть», — грозили классовым врагам в Тамбовском уезде участники съезда семнадцати комбедов, состоявшегося в конце лета 1918 года. Они считали себя подлинной властью в сёлах и волостях, а на Советы смотрели подозрительно, так как в их составе хватало представителей крепеньких мужичков. Локальные конфликты и взаимные претензии становились неизбежными. В итоге на низовом уровне зачастую возникало двоевластие, а в деревнях воцарялись «склока и лишнее словоговорение», как отмечал член ЦК РКП(б) и председатель Совнаркома РСФСР Владимир Ленин.
Персональный состав комбедов вполне соответствовал их названию. Тому не стоит удивляться, учитывая содержание июньского декрета. Энергичные выходцы из бедноты открыли для себя завидные возможности, чтобы поправить дела и заодно свести личные счёты с обидчиками, копившиеся с конца предыдущего столетия. «Рвань <…> правила бал в деревне», — вспоминал о жизни в Ярославской губернии бывший член Политбюро ЦК КПСС, доктор исторических наук Александр Яковлев. Мемуарист не преувеличивал. советских источниках эпохи комбеды характеризовались как «скопище голытьбы, деклассированных и бесхозяйственных элементов города и деревни», утверждавших свою власть над крестьянством при помощи насилия. На «шкурничество комбедов» обращали внимание участники V Нижегородской губернской конференции РКП(б), состоявшейся 25–28 октября 1918 года.
Современник событий, агроном Иван Скворцов, происходивший из середняцкой семьи и занимавшийся с детства сельскохозяйственным трудом, вкратце так описывал деятельность комбедов: «Комитеты бедноты обязаны были следить за политическим поведением основной массы крестьянства. Следить за проведением мероприятий советской власти. Они выявляли кулаков и подкулачников. Это они определяли хлебные излишки у крестьян и по их указке продовольственные отряды затем выколачивали хлеб и другие с[ельско]х[озяйственные] продукты, оставляя самих этих тружеников без куска хлеба».