Суверенные средства связи
Можно ли контролировать интернет на национальном уровне и сколько это стоит
Россия прошла подготовительную фазу создания «суверенного интернета», на которую ушло почти шесть лет — контроль за неугодными сервисами стал точечным и весьма эффективным. Но только для большинства пользователей, не умеющих или не желающих использовать инструменты для преодоления ограничений. Пока российские власти придерживаются «гуманной» модели: жесткие блокировки сочетаются с отсутствием ответственности за их обход. Системы контроля за интернет-трафиком активно развиваются также за рубежом, но их эффективность снижается из-за новых протоколов шифрования данных, возможностей eSIM и дороговизны оборудования для национальных файрволов.
Новый подход к снаряду
За неполный год мессенджер Telegram в России прошел путь от состояния «мы его не блокируем» до «заблокирован почти полностью»: в августе 2025 года Роскомнадзор отключил звонки, в октябре начал частично ограничивать трафик, а 10 февраля 2026‑го официально запустил замедление сервиса. К апрелю, как следует из данных опроса Hi-Tech Mail, нестабильную работу мессенджера констатировали 89% респондентов в РФ.
Претензии к мессенджеру сформулированы предельно лаконично: неисполнение российского законодательства, отсутствие серверов на территории России, недостаточно эффективная борьба с мошенниками. Это не первая попытка ограничить работу Telegram в нашей стране: впервые это хотели сделать еще в 2018 году. Но тогда механика оказалась неэффективной (Роскомнадзор (РКН) устроил «ковровую» блокировку IP-адресов и «положил» половину рунета). Во второй раз работу мессенджера тормозили в марте 2025‑го локально — в Чечне и Дагестане. Новый этап выглядит принципиально иначе: ограничения вводятся уже более аккуратно и эффективно. Так отработала инфраструктура контроля за интернетом в России, которую строят шестой год подряд.
Первая попытка ограничения работы Telegram провалилась именно из-за того, что у государства не было эффективных инструментов для решения такой задачи. По данным «РИА Новости», с начала 2026 года РКН потребовал удалить более 35,6 тыс. материалов в мессенджере. Сегодня пользоваться Telegram без VPN или прокси невозможно. В качестве отечественной альтернативы российским пользователям предлагают мессенджер MAX.
На пути к «суверенному интернету»
Серьезные успехи в борьбе с сервисами, которые российские власти считают зловредными, стали возможны благодаря принятому в 2019 году закону №90-ФЗ — он внес изменения в федеральные законы «О связи» и «Об информации». В публичном поле за нормативным актом закрепилось неофициальное название закон о суверенном интернете.
«Идея заключается в создании системы, способной обеспечить работу российского сегмента в случае его полного отключения от глобальной инфраструктуры или внешних киберугроз, — объясняет председатель совета по противодействию технологическим правонарушениям Координационного совета негосударственной сферы безопасности России Игорь Бедеров. — Этот подход отражает тренд так называемой эпохи возвращения — отхода от идей глобализации и корпоратократии к ценностям индустриального общества с его государственной монополией на средства производства, коими сегодня и стали ИТ-технологии».
Закон потребовал от операторов связи, поясняет аналитик акселератора Fintech Lab Сергей Вильянов, выстроить четыре контура контроля.
Первый — технические средства противодействия угрозам (ТСПУ), которые операторов обязали установить на своих сетях. Это программно-аппаратные комплексы, реализующие технологию Deep Packet Inspection (DPI): они разбирают содержимое интернет-пакетов и принимают решение, пропустить трафик, замедлить его или полностью заблокировать. Именно ТСПУ, как отмечает Сергей Вильянов, сегодня работают в России против Telegram, YouTube и WhatsApp.
Второй — централизованное управление сетями со стороны РКН при возникновении внешних угроз. Третий — Национальная система доменных имен, дублирующая глобальную систему Domain Name System. Отечественный аналог, по словам собеседника «Эксперта», призван сохранить работоспособность российского сегмента интернета, если международные корневые серверы окажутся недоступны. И четвертый — реестр точек обмена трафиком, которым должны руководствоваться операторы.
«Реестр — это краеугольный камень контроля, из-за которого возможны замедления, — поясняет Сергей Вильянов. — Изначально инструменты были универсальными и могли использоваться не только для противодействия классическим внешним атакам, но и для всего, что признано угрозой в принципе. Такое в 2019 году представить было трудно, поэтому можно лишь восхититься прозорливостью разработчиков этой концепции».
К 2026 году, по словам Сергея Вильянова, в стране «основные контуры» контроля интернета были уже созданы. Первоначально предполагалось, что ТСПУ государство поставит операторам бесплатно, на практике затраты в значительной части легли на провайдеров.